Башня мертвых

Я возмутился:

– Хочешь сказать, Смерть – наместница Единого бога? Его карающая длань?

– Опять ты все поэтично обставил… но в общем, да.

Я от души рассмеялся. Альтер спросил, что у нас происходит, а я ему помахал напитком, мол, иди сюда, тут рассказывают удивительные вещи! Но он не спешил присоединиться.

– А чего же ты тогда против бога пошел, а? Рондо? – начал я, - Если его воля такова, что он решил лишить нас того, что подарил когда-то – жизни, то ты, противящийся этому не антихрист ли случаем?

И я вновь рассмеялся.

– Крау?

– Что?

– Как думаешь, Бог злой или добрый?

Я подавил очередную волну смеха, а затем призадумался. Можно ли к высшему существу применять такую оценку? Его пути неисповедимы и все тут! Так я и ответил.

– Знаешь, а мне кажется, если Бог сотворил нас по своему образу и подобию, то все совсем не так. Бог спас мою жизнь, подарив мне тот доспех, что я ношу. У Эленмер вместе с руками он отнял магию. Я уничтожил культ каннибалов в Ривенхоле, но растлил дочь собственного брата. Как считаешь, есть в нас нечто схожее?

Я искоса посмотрел на него. Очевидно, он ожидал от меня вопросов, но я не стал их задавать.

– Что для тебя эта дорога наверх, Крау? – спросил Рондо, не дождавшись от меня слов. – Что она значит в твоей жизни?

– Мной движет любопытство. Хочу знать – что там наверху. – солгал я.

Рондо раздражённо сплюнул в пропасть, словно раскусив меня.

– А для меня этот путь – паломничество. Я хочу доказать, что мы достойны жизни, Крау. Что мы достойны вечной жизни. Не где-то там, в далеких землях, а здесь, в нашем раю.

Алый горизонт распустил свои ветви по небу. Вдали я видел, как кровенеют горы, как мертвые леса близ башни наливаются соком. Черные дороги, точно вены сларков пересекали тело безжизненной земли, раскинувшейся под башней. Кафиниум твердыней стоял посреди пустоши. Птицы, измазанные углем, бороздили небо, то величественно оседая на кронах, то скитальцами убегая в желтые отлитые золотом края – земли когда-то вечного королевства.

VIII. Привет, Крау

Стояла легкая изморось. Надвинув капюшоны, мы прикидывались тенями. Запах переминался с сырого лесного на дикий цветочный.

Уже какое-то время вместе с Альтером мы следовали за неудачной помесью оленя и медведя. Волосяной покров пушистый, рога - ветвистые и жесткие.

Мясо, добытое неделю назад, закончилось, и мы продолжили путь. Новый этаж оказался более щадящим, чем я смел надеяться.Очередной лес, за исключением того, что в этом, куда не ступи, наблюдались крошечные деревеньки и города. Местные муравьи хоть и не блистали архитектурными подвигами, напоминали людей. Их жизнь, тем не менее ни на секунду не показалась мне настоящей. Их искусственное поведение не было похоже даже на своих оригинальных собратьев.

Охотился в основном Альтер, я в этом деле мало смыслил. Сидел себе и разглядывал, как они ползают… Вот двое поцапались ни с того ни с сего… а этот продолжает себе тащить веточку! Из окна выглядывает еще один (или одна?), машет, словно передает привет. Сцепившиеся муравьи быстро прекращают драку, машут в ответ. А это что? Воздушный поцелуй?..

– Идем, - прошептал Альтер, - туда.

Я и не заметил, как «олень» ушел с поляны.

– Я смотрю жизнь братьев наших меньших тебе нравится меньше, чем охота. – сказал он, улыбнувшись.

– Маленькие они только для нас. Если действительно существует этот ваш чертов эльфийский пантеон божеств, то для них наша жизнь выглядит точно так же. – я указал пальцем на небо.

– Еще с раннего детства думал, что если бы я был одним из этих богов, то послал бы пророка сказать людям, что с неба скоро прольется божественный напиток и вылил бы на них ведро мочи.

И вот снова мы стережемся в кустах. Муравьи здесь еще только затевали «большую» стройку. Они колоннами шли друг за другом, вырисовывая причудливые линии. В одном месте закладывался фундамент замка, наподобие наших в Юсдисфале, в другом корпели над мостом через крошечную трещину в земле. При желании ее легко можно было обойти или на крайний случай положить веточку побольше и использовать ее… Еще одна схожесть с людьми и еще одно доказательство их ложности.

Я примял трещину пальцем. Интересно, продолжат ли они строить мост?

Нет. Муравьи все бросили и начали формировать новые колонны. Линии на земле становились все более причудливыми.

– Что же, ест он нормальные растения, значит и нам его слопать можно. – Альтер прицелился арбалетом. – Если что – сразу за ним.

Я кивнул.

Выстрел пришелся животному в шею. С визгом зверье понеслось куда-то в лес. Альтер побежал за ним. Я вздохнул и решил еще разок взглянуть на муравьев…

Словно мертвые, они застыли в том положении, в котором находились, когда мой взгляд оставил их.

Я встал и тут же мне открылась пренеприятнейшая картина. Колонны мертвых муравьев вырисовывали на знакомом мне языке надпись:

Привет, Крау

IX. Может и хорошо, что мы умираем?

Теперь мы шли назад. Тушу, разумеется, тащил я. До этого я почти прохлаждался, так что дело можно считать справедливым.

Обходя огромные колонны, опоры башни, свет падал на тропу, по которой мы брели. Кто образует здесь эти тропы? Есть ли тут разумные существа помимо нас? От ответа зависело многое.

Альтер почти выходил Эленмер. В последние дни она даже начинала понемногу разговаривать (чего я лично уже не ждал). По очереди мы кормили ее, помогали с одеждой… Бедная Элен... Сколько всего мне хотелось сказать ей, но каждый раз, когда собирался, перед глазами стояла картина, которая развернулась передо мной в тот злосчастный день.

Сам я, чтобы держаться молодцом, часто фехтовал с Вивай. Благодаря опыту я мог хоть что-то противопоставить ее гибкости и смекалке. С Рондо мы часто вели непринужденные беседы о религии, материи и наших судьбах. С Альтером мы резались в карты. Игрок он был что надо и мастерски умел провоцировать. Как-то раз я проиграл ему свою порцию мяса…

В основном мы шли молча, но потом Альтер сказал:

– Знаешь, я тут подумал… Мне кажется я знаю, как придать нашему предприятию чуть больше смысла…

Я был весь во внимании.

– Мало кто из нас рассчитывает выжить, а уж чтобы убить смерть… - продолжил он.

– Ну, Вивай точно не из этого лагеря.

– Она молода и слишком много доверяет своему надуманному предназначению. С чего она решила, что если Смерть ждет ее, это значит, что именно ей уготовано пронзить ее черное сердце? Да и есть ли оно вообще у такой бессердечной суки? Впрочем… даже у моей матери было. В этом я лично убедился, ха-ха. А она была пострашнее какой-то там сущности.