Базис

При малейшей угрозе я автоматически активировал ее. И уж тем более не собирался выходить на любые поединки без несокрушимой брони разума. Что опять же логично, учитывая земной опыт, схватки со Жнецом и другими местными, и это без всяких допросов Крома.

А ставку враги делали на три непривязываемых артефакта. Первый я обозначил для себя как «Шок». Редчайший. Бил он только по разуму, с легкостью преодолевал практически все известные обручи и другие амулеты, но не был запрещен для населения, так как вызывал всего лишь абсолютную дезориентацию в пространстве на полминуты. Эффект походил на светошумовую гранату, разорвавшуюся внутри черепной коробки пациента. Табу же являлись те амулеты, которые подавляли полностью волю, заставляя выполнять любые приказы. Но тоже с оговорками. Напитан народный сюрприз был под завязку энергией Оринуса. Я предположил, что именно божественное влияние позволяло использовать подобные мощные средства без управляющих колец высочайших рангов или собственных способностей, развитых в магических академиях.

Второй аргумент противника. Аналог «Карающих Шипов Ирмы», которые мне передал дер Ингертос для борьбы со Жнецом. Здесь кинжал имелся в единственном экземпляре, однако пробивал не только любую незримую защиту, но и не самые уникальные и лучшие из возможных доспехи такие, как «Бастион Тисса». Моя броня пусть и редкая, но встречалась.

И третий фактор успеха. «Видеть невидимое» — далеко не уникальная вещица, выглядящая как уродливые гогглы. И «Пелена Найта» для нее не являлась преградой. Это на тот случай, если я успею пропасть с радаров после гонга. Староста сделал вывод из моих дуэлей, на которых был частым зрителем, и Совет учел этот фактор.

Могли бы что-нибудь и более убойней достать из закромов, но опять же все упиралось в управляющие амулеты. Ни у кого не имелось «Повелителя магии» или соответствующих ему способностей. И мощнейшие артефакты в большинстве случаев взаимодействовали только с аристо. Пока не знал с чем связно, со спецификой благородных или же так страховались древние от всякого рода люмпенов. Однако факт оставался фактом. А так, за столетие проживания рядом с источником разнообразных древних предметов, в арсеналах Родов скопилось немало хитрых вещей. И последний аспект вызывал жгучее желание заглянуть в их тайники и склады.

По замыслу артультовцев все было просто. Выходящий на поединок со мной применял связку: «Шок», «Шип»… и голова глэрда Райса на блюде, а вся энергия, сила Сумеречных и их умения переходили победителю, становящемуся еще и легендой Народа.

На лице Орла играла зловеще-торжествующая улыбка, когда защитный купол сомкнулся над нами. Он успел даже толкнуть речь про возмездие, мроков, яму со слизнями и прочий бред. Я молчал и ждал сигнала.

— Началиии!

Да, Орел успел использовать «Шок», я зафиксировал и излучение, и неприятно удивился, как тот с легкостью снес защиту сначала от Арракса, затем Горра, а вот на Ихоре споткнулся, но энергии в последнем оставалось всего лишь около десятой части от полного заряда.

В глазах противника начало только-только мелькать удивление, а гримаса меняться, как один взмах «Когтем» решил исход дуэли. Не стал затягивать, устраивать танцы или тренировать питомца в битве тотемов. Желание имелось, но решил сегодня Глока, если не прижмет, не задействовать. Не хотелось демонстрировать всем и каждому его возможности. Отметил и то, что призрачный питомец противника не проявился после смерти хозяина. Видимо, специфика ритуала.

В результате ровно десять секунд продлилась дуэль. И львиная доля времени пришлась на то, чтобы после моментального обезглавливания пациента, пройти до призмы и воздеть над ней бородатую башку.

— Я, глэрд Райс глава Дома и Рода Сумеречных, по праву победителя забираю всю силу его Рода!

С первыми каплями крови, бьющаяся в призме огненная птица вынеслась, опять сделал круг, собрала оружие, дополнительно поглотила только сейчас материализовавшегося призрачного орла, а затем скрылась с яркой вспышкой в моей печатке. Жреческий артефакт вновь помутнел. Все это уже проходил.

А в следующую секунду будто провалился в другую реальность или сон. Я оказался в огромной мрачной зале с арочным потолком и взирал на все сверху.

Сотни, если не тысячи, разнокалиберных свечей до конца не могли отвоевать у тьмы жизненное пространство. Она клубилась по углам, шевелилась, завихрялась и перетекала, будто живая. Причудливые тени мелькали по разрисованным барельефам совсем из других эпох.

В центре помещения возвышался прямоугольный черный алтарь, сплошь испещренный серебряной вязью рун. Над ним левитировал призматический синий кристалл, который мерцал тревожно. От него в разные стороны исходили сотни и сотни разной толщины нитей такого же цвета, переплетающихся между собой и тянущихся в разные стороны.

Присмотрелся.

И в долю секунды неожиданно для себя понял что находилось передо мной, как оно работало, осознал и порядок своих последующих действий, будто новый информационный пакет от Оринуса распаковался в голове. И это без всяких лишних умопостроений, догадок и усилий. Скорее всего, получение знаний Народом происходило именно только таким образом. Эдакие откровения свыше, ведь все их способности только от богов. И за все была уплачена цена кровью миллионов и миллионов жертв. Люди не шли по сложному пути познания мира аристо. Только сейчас становился понятен масштаб потери наркомана-Линса для Волков. Он должен был стать не только великим волшебником, но и реальным фактором роста, так как лично удостаивался аудиенции у Оринуса.

Работать с алтарем Орлов оказалось легко. Заключенную в нем энергию перенаправил в свой перстень, дополнительно потянул за все нити, забирая умения, возможности родовых клинков, тотемы, а также просто вытягивая ее из всех членов Рода. А затем мир принял обычные очертания, успел лишь заметить, как кристалл, бывший сосредоточием силы Рода, рухнул на антрацитовую столешницу. Вроде бы всего лишь с полуметровой высоты, но словно взорвался изнутри на сотни или даже тысячи осколков.

Мне показалось, пробыл я в подземелье не меньше пары минут, но на площади не прошло и мгновения, так как дер Вирго, будто был пойман в стоп-кадр. Или восприятие в момент перехода туда-сюда ускорялось до предела, потому что по внутреннему времени прошло около пары секунд, прежде, чем оно потекло привычно.

И сначала по барабанным перепонкам ударил гомон толпы. Затем вдруг ставшая, пусть не оглушительной, но где-то близко — тишина. Секунда, вторая и… все поглотил вой, ор, стоны, плач, рыки, взывание к небесам и Оринусу. В один миг не считавшие никого за ровню, а только себя настоящими Людьми, приземлились на бренную землю. Несколько обезумевших «человеков» попытались пробиться сквозь заслон гвардейцев, добраться до меня, однако воины их отбросили щитами обратно в толпу, кого и зуботычиной наградили.

Я немного помог приведению в чувства пациентов, материализовав райса рядом с одним из самых ретивых. Тотем зло каркнул в лицо Орлу. Отчего бузотер упал на спину, пополз ею вперед. Глок же взмыл вверх, сделал круг над толпой и скрылся в родовом кольце.

Вот и начали сбываться мои предсказания про беды на головы всех и каждого.

Старейшины безмолвствовали. Тигр, остававшийся до этого невозмутимым, сбледнул с лица. Глазки забегали по сторонам. А я еще плеснул напалма, произнес громко спокойно и неумолимо: