Беглецы

Никогда еще не видел он такого спокойного беглеца и… настолько похожего на ангела.

— Значит, ты беглец?

Парень утвердительно кивает.

— Браслет краденый, но кража произошла не в этих местах.

Еще одно достойное удивления признание: беглецы никогда не говорят о том, что вещи, которые они пытаются заложить, краденые. Обычно ребята приходят и рассказывают заранее заготовленную историю о том, кто они и почему хотят заложить то, что принесли. Ростовщик обычно слушает их, стараясь оценить литературные достоинства истории ради развлечения. Если рассказ ему нравится, он просто выгоняет мальчишку за дверь. Если кажется скучным, звонит в полицию и просит забрать посетителя. А этот парень не счел нужным выдумывать историю; он решил, что самое верное — рассказать правду. С таким случаем ростовщику сталкиваться еще не приходилось.

— Так что, — спрашивает мальчик, — вы будете брать или нет?

Ростовщик пожимает плечами:

— Кто ты такой, тебе лучше знать, но, как я уже сказал, иметь дело с несовершеннолетними я не могу.

— Может, стоит сделать исключение?

Ростовщик смотрит на мальчика, потом на браслет и переводит взгляд на дверь, чтобы убедиться, что других посетителей в ломбарде нет.

— Что ты хочешь?

— Условия просты. Пятьсот долларов наличными. Сейчас. Потом я уйду, а браслет останется у вас. И будем считать, что мы никогда не встречались.

Ростовщик надевает привычную мину блефующего игрока в покер:

— Ты что, смеешься? За этот кусок дерьма? Позолота, искусственные бриллианты, плохая работа — я дам тебе за него сотню долларов, и ни пенни больше.

Парень внимательно смотрит ему прямо в глаза:

— Вы лжете.

Естественно, ростовщик лжет, но признаваться в этом не намерен.

— А что, если я сейчас позвоню в инспекцию по делам несовершеннолетних? — спрашивает он.

Парень протягивает руку и забирает браслет с прилавка.

— Можете звонить, — говорит он, — но тогда эта штука вам не достанется, ее заберут полицейские.

Ростовщик думает, поглаживая бороду. Да, видимо, парень не так наивен, как ему поначалу казалось.

— Если бы это был, как вы выразились, кусок дерьма, — говорит мальчик, — вы бы не стали предлагать мне сотню. Думаю, вы бы вообще ничего мне предлагать не стали. Не знаю, честно говоря, сколько стоит эта штука, — продолжает он, глядя на висящий на пальце браслет, — но думаю, несколько тысяч. Я же прошу пятьсот долларов, а значит, сколько бы он ни стоил, сделка для вас выгодна.

Ростовщик уже не в состоянии блефовать — браслет завладел его вниманием настолько, что даже слюни потекли. Он прекрасно знает, сколько может стоить такое украшение, — по крайней мере, догадывается. Даже если пойти самому и заложить его в другом месте, дадут как минимум раз в пять больше, чем просит мальчик. А денежки ему бы очень пригодились: можно было бы, к примеру, отправиться в далекое путешествие; жена всегда мечтала об этом.

— Двести пятьдесят. Это мое последнее слово.

— Пятьсот. Жду три секунды и ухожу. Одна… две…

— Ладно, по рукам, — вздыхает поверженный ростовщик. — Ты меня просто грабишь, парень.

Да, вот так и надо делать дела. Пусть парень думает, что заключил выгодную сделку, хотя на самом деле кто кого ограбил, еще большой вопрос! Ростовщик тянется за браслетом, но парень убирает руку:

— Сначала деньги.

— Сейф в задней комнате. Я вернусь через секунду.

— Я пойду с вами.

Ростовщик уже не спорит. Ясно, что парень ему не доверяет. Излишняя доверчивость давно уже привела бы его в заготовительный лагерь.

В задней комнате ростовщик становится спиной к парню, чтобы загородить от него сейф — мальчишке вовсе незачем знать комбинацию цифр. Отперев замок, он открывает дверцу, и в ту же секунду на голову ему обрушивается что-то тяжелое. Мысли превращаются в искры, поднимающиеся над костром, и ростовщик теряет сознание раньше, чем падает на пол.

Спустя какое-то время мужчина приходит в себя. Болит голова, и не оставляют смутные мысли о том, что случилось нечто нехорошее. Только через несколько секунд он приходит в себя настолько, чтобы вспомнить, что именно произошло. Маленький ублюдок ограбил его! Заставил открыть сейф, а потом вырубил его и украл деньги.

Так и есть — дверь сейфа открыта. Но внутри не совсем пусто — на стальной полке лежит браслет. На сером уродливом фоне золото и бриллианты кажутся еще привлекательней.

Сколько денег было в сейфе? Пятнадцать тысяч максимум. Браслет стоит как минимум втрое дороже. Ростовщик не в накладе — и парень это знал.

Потирая шишку на голове, мужчина встает на ноги. Ростовщик злится на парня за то, что он сделал, но к злости примешивается восхищение — о таком благородном преступлении он никогда даже и не слышал. Если бы он был таким же умным и честным человеком, обладал бы такими же крепкими нервами, как у этого парня, как знать, может, ему не пришлось бы всю жизнь сидеть в проклятом ломбарде.

27. Коннор

Наутро после инцидента в туалете надзиратели поднимают ребят ни свет ни заря криками: «Вставайте! Быстро! Быстро!» Люди в хаки возбуждены, голоса звучат громко, и к тому же Коннор замечает, что автоматы, которыми они вооружены, сняты с предохранителей. Наполовину проснувшись, он поднимается на ноги и ищет глазами Рису. Вскоре он обнаруживает ее. Двое надзирателей уже отвели девушку и других ребят к огромным воротам, доселе всегда закрытым на засов. Приглядевшись, Коннор обнаруживает, что засова на месте нет.

— Вещи не берем! Все сюда! Быстро! Быстро! — кричат надсмотрщики.

Справа один из надзирателей вырывает одеяло из рук какого-то хиляка, не желающего оставлять вещи. Парень в ответ пытается лягнуть его ногой, и надзиратель ударяет его прикладом по плечу — не так сильно, чтобы нанести увечье, но чувствительно. По крайней мере, парень тут же понимает, наравне с другими, что случилось нечто серьезное. Опустившись на колени, он, схватившись за поврежденное плечо, на чем свет ругает ударившего его мужчину, но тот преспокойно удаляется, чтобы собрать в кучу остальных. Парню больно, но на лице написано желание вступить в бой с обидчиком. Коннор хватает его за здоровую руку и помогает встать.

— Ладно, остынь, — говорит ему Коннор, — а то еще хуже будет.

Парень с яростью вырывает руку.

— Отвали к черту! Мне твоя вонючая помощь не нужна! — орет хиляк и убегает как укушенный. Коннор качает головой. Неужели и он был таким же воинственным?

Надзиратель раздвигает огромные железные двери, и за ними открывается вторая часть ангара, в которую беглецов раньше не пускали. Она заполнена стальными клетями для упаковки вещей, предназначенных для перевозки в багажном отделении самолета. Коннор тут же догадывается, для чего эти клети, а также почему его и других ребят держали в ангаре на территории аэропорта. Куда бы ни лежал их путь, они проделают его в багажном отделении самолета.