Белая ночь

– Может, пройдемся по городу?
– неожиданно предложил Дэвид.
– Покажи мне белую ночь, ведь я никогда не был в Питере.

– Разве может быть что-то, чего ты еще не видел?
– с сомнением спросила я.

– Выходит, что может.

Хотя еще совсем недавно прогулка не входила в мои планы, но мне почему-то захотелось выйти на улицу. Может, все же Дэвид пользуется своей способностью внушать желания? Он увидел, что я засомневалась, и добавил:

– Совсем ненадолго. Обещаю, что через час ты уже будешь дома. Если захочешь.

Это склонило чашу весов в его пользу. 'Нет ничего страшного в том, что мы немного прогуляемся, - подумала я, - ведь Алекс разрешил мне с ним иногда встречаться. Как раз сегодня и будет это 'иногда'.

– Хорошо, сейчас спущусь.

Когда я вернулась домой, то натолкнулась на маму. Было видно, что она собиралась задавать мне вопросы, и поэтому, я ее опередила.

– Мам, я пойду немного погуляю. Через час вернусь, так что не переживай.

– Кто это, Саша?
– ее голос был скорее удивленным, чем сердитым.

– Это наш с Алексом общий знакомый, - ответила я уклончиво и скрылась в своей комнате, чтобы избежать дальнейшего допроса. Но это мне не помогло, потому что, одевшись, я заметила, что моя расческа и помада остались в ванной. И для того чтобы до них добраться, нужно было пересечь всю квартиру. Сначала я даже решила обойтись без них, но один взгляд в зеркало изменил мои намерения. Пришлось идти, и вот там-то мама меня и поймала.

– Саша, - сказала она серьезно, - я не собираюсь вмешиваться в твою жизнь, но ты должна помнить одно: не ошибись. Не хочу, чтобы ты в конце-концов осталась одна. Поверь мне, это очень непросто!

Я понимала, чего стоило ей сказать мне это. Ее одиночество всегда было ее болью.

– Не беспокойся, мама. Я отдаю себе отчет в том, что делаю.

– Надеюсь.

'Я тоже надеюсь', - мелькнуло у меня в голове. Помахав ей рукой, я закрыла за собой дверь. Дэвида на площадке уже не было, как оказалось, он ждал меня внизу.

– Давай пойдем пешком, - предложила я.

– Давай.

На нем уже была одета легкая кожаная куртка, видно он успел об этом позаботиться, пока меня ждал. А вот я что-то не подумала. На мне была лишь тонкая водолазка, но возвращаться уже не хотелось. 'Ладно, за час не замерзну' - убедила я саму себя. Мы спустились к Неве и медленно пошли вдоль набережной. Мне хотелось показать ему свои любимые места, где прошло мое детство. С самого рождения я жила в этом районе. Мой отец получил квартиру от своих родителей, а когда уходил, оставил ее нам. Он всегда был очень заботливым по отношению ко мне, и потому вопрос о переезде даже не вставал.

Питер был для меня самым лучшим городом на свете. Мне очень нравились узкие улочки старых кварталов и широкие проспекты более новых районов. Я гордилась тем, что жила рядом с Университетской набережной, где исторически была сосредоточена студенческая жизнь этой части города. С самого детства мне нравилось вдыхать атмосферу веселости и беззаботности, которая всегда окружала студентов. Здесь недалеко в государственном университете как раз и работа моя мама. Однако я почему-то, когда пришло время, выбрала другой вуз, решив стать архитектором. Но все равно этот район был самым любимым для меня, потому что здесь прошло мое детство. Вот сейчас мы с Дэвидом шли вдоль Невы, мимо тех спусков и причалов, где я проводила время с подругами, а иногда одна с книгой или же просто с плеером.

Над городом горел закат, и солнце висело у горизонта, не смотря на поздний час. Белые ночи еще не набрали свою окончательную силу, но и сегодня город был прекрасен. Я рассказывала Дэвиду о Питере. Он слушал с интересом, видно было, что здесь он, действительно, никогда не был. Я спросила его об этом.

– Да, - ответил он, - мне никогда не доводилось бывать в Петербурге. Я видел белые ночи в Сибири, в Исландии и в Канаде, но это совсем другое дело.

– У нас есть еще разводные мосты, - с гордостью сказала я.
– Зрелище потрясающее, но мы его не дождемся сегодня.

– Ну вот, опять придется все делать самому, - вздохнул он с напускным разочарованием.
– Это нечестно, ты обещала показать мне все достопримечательности.

Я засмеялась. С ним было так легко, даже иногда казалось, что рядом со мной мальчишка, хотя я отдавала себе отчет в том, что он во всех отношениях уже далеко не мальчик. Но он умело скрывал свое превосходство надо мной, и только глаза выдавали его настоящий возраст.

– Почему ты общаешься со мной?
– я не смогла удержаться от вопроса.
– Ведь я такая глупая.

– Не правда. Ты просто юная, немного наивная, неопытная, но совсем не глупая. Ты пытаешься сравнить меня с собой, но не делай этого никогда. Жизнь наложила на меня свой отпечаток, и поверь мне, это клеймо больно жжет меня.

В его глазах я уловила такую грусть, что пожалела о своих словах. Видно, я бередила его рану, которую он не хотел трогать.

– Извини, Дэвид. Я слишком много болтаю.

Мы шли некоторое время молча. Мой взгляд упал на небо, и я увидела, что из-за горизонта показался бледный краешек луны. Тут же вспомнился мой сон.

– Дэвид, Отступник говорил о полнолунии.

– Да, Хранители называют это время Ночью полной луны.

– И когда следующая Ночь?

– 7 июля, - серьезно ответил он.

Я вдруг поняла, как мало у меня времени. Отступник сказал, что торопится. Что-то подгоняло его, и он не хочет ждать, а значит, мне есть чего бояться. В этот момент все остальное отошло на второй план, осталась только эта дата, и с каждой секундой она неотвратимо приближалась.

– Он хочет открыть Двери...

– Саша, я понимаю, как тебе сейчас сложно. Может, это тебя убедит уехать.

– Нет, - покачала я головой, - какой в этом смысл? Ты сам сказал, что для них расстояние ничего не значит. Давай больше не будем об этом говорить.

Он отнесся к моим словам без энтузиазма, но промолчал.

– Пойдем, я покажу тебе город с моста, - предложила я.
– Так он еще красивей.

Мы пошли через мост. Дойдя до середины, я остановилась и оглянулась.

– Смотри, он великолепен!

И хотя было уже поздно, город с обеих сторон Невы только-только начинал тонуть в предвечерних сумерках. Небо на западе пылало золотом, окрашивая облака в оранжевый цвет. Здесь, над рекой было прохладно, и я очень пожалела, что оделась так легко. Мне пришлось обхватить себя руками, чтобы хоть как-то согреться. Дэвид набросил мне на плечи свою куртку, и я с благодарностью ему улыбнулась. Мы долго так стояли у парапета, глядя на закат. Речная свежесть перемешивалась с тонким ароматом туалетной воды, исходившим от его одежды. Я вдыхала этот запах, и он волновал меня даже больше, чем присутствие самого Дэвида. Но в тот вечер он не сделал ни одного движения в мою сторону. Дэвид, похоже, решил придерживаться какой-то новой стратегии. Я поймала себя на мысли, что даже немного жалею об этом, но тут же с досадой отмахнула ее от себя.