Беслан

Где были наши хваленые спецслужбы, когда 30 вооруженных бандитов – арабов и негров – входили в Осетию? Где были они, когда шахидки закладывали взрывчатку в самолеты – ясно ведь, что, не имея сообщников в аэропорту, преступники действовать не могли.

Не до этого им было. В очередной раз реорганизовывались и реформировались, потому что всего 2 месяца назад Путин подписал указ о новой структуре ФСБ. Понятное дело, в целях 'оптимизации',

'усиления', 'повышения эффективности'. Но теперь нужно, оказывается, создавать 'гораздо более эффективную систему безопасности' (еще одна цитата из президентского обращения).

Подождите. Как же так? Всего 2 месяца назад отреформировали – и опять по новой?

Да и куда еще эффективнее? И без того – передали в ФСБ погранслужбу, половину ФАПСИ. Каждый второй министр – выходец с

Лубянки.

Сколько угодно можно перестраивать, перекраивать, латать.

Только от перемены мест слагаемых сумма не изменится.

Разруха, говорил профессор Преображенский, не в клозетах, а в головах.

За десять последних лет ФСБ пережила столько реформ, сколько не было за все предыдущие семьдесят. Каждая новая приводила к вымыванию профессиональных кадров.

Результат – налицо.

И наверное, не стоит удивляться, что вот уже полгода должность начальника оперативно-розыскного управления – того самого, которое в первую очередь занимается борьбой с терроризмом, – остается вакантной…

Трагедия в Беслане не только показала всей стране беспомощность спецслужб. Очевидностью стала еще одна страшная реальность: власть на Кавказе полностью импотентна.

Кого требовали к себе на переговоры террористы? Президентов

Осетии и Ингушетии, детского доктора Рошаля.

Рошаль прилетел тем же вечером. Репортажи об этом показали по всем каналам. Об участии в переговорах Дзасохова и Зязикова не сказали не слова.

Давайте подумаем: если бы пошли президенты в захваченную школу или хотя бы связались с бандитами по телефону, сообщили бы об этом стране? Да в ту же самую минуту. С придыханием и героической патетикой.

Но телеканалы молчали. Вместо Дзасохова мы видели его пресс-секретаря – на приличном удалении от места событий. А Зязиков и вовсе объявил в коротком газетном интервью, что впрямую переговорами не занимается.

Я не уверен, что президенты струсили. Зато я уверен в другом.

В том, что, как только боевики назвали их фамилии, тут же побежали они в Кремль. И коли действий никаких за этим не последовало -

Кремль команды 'на старт' им не дал.

А вместо Зязикова и Дзасохова на переговоры пошел Руслан

Аушев. Тот самый бывший ингушский президент, которого бесцеремонно, взашей вытолкали из власти, заставили даже покинуть республику (если не уедет по-хорошему, кричал тогдашний полпред Казанцев, посадим по-плохому). И в этом – вся суть того, что происходит сегодня на

Кавказе.

И Зязикова, и Дзасохова Кремль к власти привел на штыках.

(Против основного конкурента Дзасохова – Сергея Хетагурова – возбудили уголовные дела. Главного соперника Зязикова – Хамзата

Гуцериева – уволили из МВД и угрозами заставили сняться.) Эти люди удобны, управляемы, послушны. Дернешь за ниточку – и дело в шляпе.

Только у такого удобства есть и обратная сторона. Марионетки не бывают самостоятельными. То, что хорошо для ковровых дорожек, преступно на поле боя.

Кремль хотел создать вертикаль управляемости. В Кремле считали, что, если кавказские президенты будут ловить каждое их слово на лету, это обеспечит стабильность и державность. А вышло – совсем наоборот. Страна получила слабых, беспомощных правителей, не умеющих принимать решения и брать на себя ответственность.

Ингушетия уже пылает (в так называемом захвате республики не принимало участия ни одного пришлого боевика: сами же ингуши, взбудораженные и обозленные беспределом местных спецслужб). Осетия – на грани взрыва. Бурлит Дагестан (тысячи людей вышли на площадь в

Хасавюрте, требуя отставки председателя госсовета, а власть не нашла в ответ ничего умнее, чем снять начальника РОВД, возбудить дело против мэра и распустить районное собрание).

Надо иметь в себе смелость признать: мы теряем Кавказ. И если власть и дальше будет действовать такими же методами – потеряем его окончательно…

Увы, рассчитывать на то, что она неожиданно в одночасье прозреет – не приходится…

В первый же день работы Государственной думы депутаты наверняка потребуют вызвать на заседание руководителей спецслужб.

(Лично я такой вопрос поставить намерен.)

И вновь польются на наши головы ушаты лжи. И вновь будут рассказывать нам о том, что ведутся оперативно-розыскные мероприятия, личности террористов установлены, ситуация под контролем…

Пусть себе. Мы привычные.

Если уж привыкли к терактам, к постоянным смертям ни в чем не повинных людей, к постоянной лжи привыкли тем более.

А. Хинштейн

Консул /2004/09/06 16:04 /

Цитата дня

"Война – широкое понятие, но то, что мы столкнулись с применением концентрированной силы для достижения политических целей, подходит под формулу Клаузевица "Война есть продолжение политики иными средствами"›››

Сергей КАРАГАНОВ, президент Совета по внешней и оборонной политике

КАК НАМ РЕОРГАНИЗОВАТЬ ОРГАНЫ

После каждого набега двуногих существ на Россию объектом строжайшей критики делаются спецслужбы – недоглядели. Бесспорно, наши спецслужбы есть за что критиковать. По всем меркам августовско-сентябрьский провал страшен. Однако, охолонув от понятных чувств, зададимся вопросом: а как работали спецслужбы великих держав в ходе мировых войн? Точно ли они все раскрывали и предупреждали? Ведь тогда все державы понимали, что речь идет об их историческом существовании, денег во время войны не считают, а разведданные нужны как воздух. Следственно, все разведки и спецслужбы работали в режиме возможного и невозможного, т.е. значительно лучше, чем нынешние спецслужбы России, – между тем страшных провалов и тогда была уйма. Ряд ключевых операций оказывался для неприятельской стороны полной неожиданностью.

Дело в том, что "туман войны", т.е. невозможность полностью предвидеть действия неприятеля, заложен в самой природе войны (в том числе и террористической), поскольку та происходит в режиме реального времени. Разведка не может собирать и сопоставлять все сведения обо всех неприятельских планах с безусловным опережением по времени, а любое опоздание – хоть на день, хоть на час – эти сведения уже обесценивает. Что в них проку, когда вражеская операция уже началась? И если в ходе больших войн регулярно прохлопывалось время и место операций с участием многотысячных армий, которые все-таки позаметнее, чем группа двуногих тварей, они же борцы за свободу, что же говорить о войне террористической.