Бессердечный

Я безумно боялся его. Боялся и намеревался уничтожить.

Инфернальное создание приближалось медленно и неуверенно, на его гладкой, переливающейся всеми оттенками мрака шкуре выделялись оставленные титановыми пулями раны, грудь пестрела глубокими ожогами от электрических разрядов. Наводящая ужас одним лишь своим видом морда кривилась при каждом ударе молнии в башню за моей спиной, но тварь не собиралась сдаваться. Будто против своей воли, она приближалась и одним только своим присутствием искажала законы мироздания.

Стрелять я начал, когда разделявшая нас дистанция сократилась до сотни шагов.

С гулким хлопком устремился в демона один зажигательный снаряд, второй, третий, и тотчас порождение преисподней сорвалось с места и неуловимым глазу движением бросилось в атаку.

Я просчитался. Я полагал, будто у меня останется достаточно времени для бегства, но недооценил хитрую тварь. Демоническое создание словно перетекло из одной точки пространства в другую и, не угоди в нее снаряд мортиры, растерзало бы меня в клочья.

А так полыхнул взрыв, жгучее пламя расплескалось по мощному торсу и опалило морду, и сразу же взорвались еще два зажигательных заряда. Повалил дым, белый и вонючий, пожираемый огнем демон пронзительно взвыл, но я не стал следить за его конвульсиями и бросился наутек.

И правильно сделал! Миг спустя полуослепленная тварь сорвалась с места и рванула вслед за мной, несмотря на окутавшее ее пламя.

Я мчался, не оборачиваясь, к основанию ажурной башни, прямиком под молнии и молился на бегу так искренне, как не молился никогда раньше. Нет, я не просил у Всевышнего избавления от демона, не взывал о наделении меня святой мощью и даже не помышлял о том, чтобы сверхъестественным образом очутиться на другом краю земли.

Нет! Я молил лишь об одном – пробежать под башней и не оказаться поджаренным ударявшими в нее молниями. Просто добраться до противоположной стороны невредимым. Просто…

Железные основания колоссальной конструкции вздымались над моей головой, воздух гудел от разлитого в нем напряжения, атмосферное электричество окутывало со всех сторон, а толстенные железные балки дрожали из-за стекавшего по ним в землю напряжения.

Сверкнула одна искра, другая, а потом от мелких укусов электричества загорелось огнем все тело, но я не останавливался ни на миг. Молнии полыхали прямо над головой, стоял страшный гул и скрежет, а потом сзади раздался гневный вопль и треск электрических разрядов.

Я проскочил под перекрытиями первого яруса, а вот огромный демон зацепился за них, и теперь его била дрожь, сверкали электрические дуги, валил от шкуры густой дым. Инфернальное создание пыталось вырваться из коварной ловушки и не могло.

Медлить я не стал и припустил пуще прежнего. Выскочил из-под башни на дороге и едва не угодил под колеса самоходной коляски. Завизжали тормоза, мчавший по объездной дороге броневик на миг даже пошел юзом, но вскоре выровнял движение и остановился рядом со мной. Я распахнул дверцу, забросил в кабину ручную мортиру, сам вскочил следом и заорал:

– Гони!

Два раза просить Морана не пришлось, он утопил педаль газа, и самоходный экипаж помчался с холма куда резвее, нежели забирался наверх.

– Что случилось? – потребовал ответа старший инспектор.

– Демон в ловушке, но почему-то не сдох! – ответил я. – Да его просто на куски должно было разорвать, а он, того и гляди, вырвется!

– Его и титановые пули не проняли, – напомнил Бастиан Моран, напряженно вертя баранку. – Полагаю, его призвали в этот мир, не отпускают и постоянно накачивают силой.

– Так это проводят ритуал малефики?

– Да!

– Пока мы найдем их, демон успеет разгромить полгорода, – скис я.

Старший инспектор оторвал от руля правую руку и сунул мне под нос пачку египетских гиней.

– Что это? – спросил он.

– Трофей, – пожал я плечами.

– Он как-то связан с малефиками?

– Поджарил на днях вампира и его мавров-подручных, – признал я, позабыв об осторожности.

– Из-за чего это все, виконт? – продолжил расспросы Бастиан Моран, не дождался ответа и взъярился: – Что такого было в той алюминиевой шкатулке? Только не врите больше о семейных тайнах, или, клянусь, выкину вас из кабины прямо дорогу!

Я с сомнением поглядел на собеседника, потом сообщил:

– Кое-кто полагал, что там хранился секрет уязвимости падших.

Старший инспектор с удивлением взглянул на меня и невпопад спросил:

– Египтяне могут быть заинтересованы в этом секрете?

– Более чем! – признал я, вспомнив откровения герцога Тальма об истинных правителях Александрии.

– Проклятье! – выругался старший инспектор, делая крутой разворот на Дюрер-плац.

Я едва не вылетел из кресла и выкрикнул:

– Да что такое?! Вы что творите?

– Пачку новеньких гиней со схожими номерами мы изъяли при аресте у маэстро Марлини! – объявил Бастиан Моран, до предела увеличивая скорость. – Фокусник признал, не для протокола, но признал, что это аванс за украденный патент. А получил он деньги от второго секретаря египетского посольства!

– О нет! – простонал я. – Вы предлагаете вломиться в посольство? Это же приведет к войне!

– Войны в любом случае не избежать, а победителей не судят! – отрезал старший инспектор и упрямо поджал губы. Отступать он не собирался.

А у меня и вовсе не было иного выбора; я осознавал это со всей отчетливостью.

– Перед посольством мне придется перелезть в кузов, – предупредил я, – к пулемету.

– Хорошо, – кивнул Моран мрачно и отрешенно.

Мы мчались по пустому городу, поднимая высоченные брызги воды, капот броневика все сильнее курился белым паром. Запаянный радиатор не выдержал перегрузок, и в любой момент мы рисковали остаться без средства передвижения.

– Сторожевая будка – сразу за воротами, – предупредил меня старший инспектор на соседней с посольством улице. – Там дежурит не меньше десятка мавританских гвардейцев, если сразу не прижмете их огнем – нам конец.

– Постараюсь, – пообещал я.

Грядущий налет на посольство нашего южного соседа пугал меня до дрожи в поджилках, но несравненно сильнее пугала мысль, что демон уже освободился из ловушки и мчится по нашим следам. В его способностях отыскать жертву хоть на другом конце света я почему-то нисколько не сомневался.

В кузове я заправил в гатлинг новую ленту, уселся за пулемет и судорожно вцепился в лавку, и даже так столкновение с посольскими воротами едва не размазало меня о перегородку с кабиной. От удара радиатор лопнул, и вырвавшийся на волю пар окутал нас белым облаком, но Бастиан Моран сумел завершить маневр и развернул броневик задом к увитой плющом казарме. Себе он оставил сторожей в караульной будке на въезде, а я утопил гашетку и одной очередью прочертил сколоченную из деревянного бруса казарму от угла и до угла; щепа так и прыснула во все стороны, осыпались стеклом выбитые окна. От ворот захлопали редкие выстрелы, зазвенел принимавший на себя попадания стальной лист, и сразу открыл ответный огонь через смотровую щель старший инспектор.