Без чувств

— Ты! Предатель!

Удар был резкий и неожиданный, но Огаст мгновенно ответил.

Пару минут мужчины, маги, аристократы обменивались тычками и проклятиями, будто повздорившие конюхи, сопровождая удары соответствующими выражениями.

— Ты мне — не друг! — рявкнул Стефан, шлепая разбитыми губами. — Воспользовался моей оплошностью!

— А ты мне — друг, — Огаст прижимал к носу окровавленный платок. — Не был бы другом — сразу бы отвёл девочку к Его величеству и выпросил её себе. А на закуску поведал бы, как ты с ней обращался. Сам знаешь, Его величество счастлив в браке, его отношения с Её величеством диаметрально противоположны тем, какие ты наметил для своей семейной жизни. Когда ты остынешь и подумаешь, то поймешь, что я поступил правильно и действовал в твоих интересах.

— Поэтому спрятал девчонку, научил её обманывать, заплатил поисковикам и водил меня за нос? Всё — для моей пользы? Верю! Вот, прямо верю-верю! Предатель!

— Стеф…

— Ваша светлость! — оборвал его герцог. — Потрудитесь, граф, обращаться согласно этикету.

— Ваша светлость, если бы поисковики нашли девушку до того, как вы к ней привязались, ничего бы не получилось. Я надеялся, что за две-три недели, вы, Ваша светлость, влюбитесь и перестанете вести себя с девушкой, как осёл!

— Кто, осёл, я?? А ты — предатель!

Тык.

Блям.

Плюх.

Шмяк.

Бряк.

— Грах! Больно же!

— Мне тоже, Ваша светлость.

— Как мы теперь покажемся ей на глаза? А слуги? Сейчас ночь, но скоро надо отправлять девушку в замок, да и тебе, граф, надо туда вернуться. У меня губа кровит, а у тебя заменитель светляка под глазом зреет.

— У вашей подопечной была отличная мазь, залечивающая синяки за несколько часов. Кстати, вы правильно заметили — скоро рассвет, надо будить Деневеро. Нам с ней пора возвращаться. Если Его величество узнает…

— Да, так рисковать мы не можем, — герцог потёр скулу, покосился на содранные костяшки пальцев и мрачно добавил. — Но я не забыл, не простил. Мы еще обязательно поговорим.

Пока вероломный друг вместе с не менее вероломной подопечной наслаждались завтраком и беседой в императорском замке, Стефан разрабатывал стратегию завоевания девушки.

Жаль, что он не подумал об этом раньше, но откуда ему было знать, что Аэлина окажется настолько непохожей на других?

— Мервил, — обратился он к третьему секретарю, отвечающему за связи и контакты с неодаренным населением, — найдите и принесите мне пять-шесть женских романов.

— Женских романов? — вытаращил глаза мужчина. — Могу я уточнить — каких именно?

— А они, что, ещё и разные бывают? — герцог скривился, как будто отведал плод кисляницы.

— Разумеется, милорд. Есть романы о несчастной любви. Есть — про подвиги. Про опасности, подстерегающие влюбленных. Про обычную жизнь. Про любовь возвышенную и преодолевающую трудности. Книги про бедную неодаренную, которую полюбил маг, истории одаренной, которая влюбилась в бездаря.

— Стоп, — прервал поток красноречия магистр. — Откуда ты так много знаешь про женские романы?

— Милорд, — улыбнулся мужчина, — у меня жена и две дочери.

— Сочувствую, — отреагировал Стефан. — Наверное, ты мечтаешь о сыне?

— Сын у меня тоже есть. Первенец, — расплылся в улыбке секретарь. — А девочки — это что-то особенное. Простите, милорд, вам не понять, какое счастье иметь дочерей! Конечно, мальчик — продолжатель фамилии, родительского дела, наследник, опора в старости. Но девочки — это забота и нежность, любовь и ласка.

— Да? — скептически выгнул бровь герцог. — Единый избавил магов от столь хлопотного потомства. Твои дочери — одарённые?

— Старшей уже восемнадцать, дар у нее не обнаружился, — ответил Мервил. — А младшая еще не доросла, но я надеюсь, что эта участь и её минует. Девочки доставляют хлопот куда меньше, чем мальчики. Я очень люблю всех своих детей, но наши девочки — это сердце семьи.

–  У магов не бывает дочерей, поэтому меня мало интересует, что они такое, — отрезал Стефан. — Но твои слова удивляют — ты не хочешь породниться с магом? Почему? Это же почетно, да и деньги приносит.

— Я люблю своих девочек, — просто ответил секретарь, — поэтому желаю им добра и счастья. На жизнь я зарабатываю своим трудом, а не торговлей детьми.

— Разве брак с магом — несчастье и зло?

— Не всегда, — уклончиво ответил мужчина, — но нередко. Так, какие романы вам требуются?

— Принеси те, где мужчина добивается расположения девушки. Не делай такие глаза — речь об ухаживании. Мужчина — маг или не маг, это неважно — старается привлечь внимание девушки и завоевать её благосклонность. И постарайтесь взять именно те, которые у девушек особенно популярны, думаю, дочери подскажут.

— Хорошо, — поклонился секретарь и вышел с несколько обескураженным видом.

Примерно через час книги были принесены, и Стефан с отвращением принялся их изучать.

Единый, это было невыносимо!

Оказывается, чтобы снискать благосклонность девчонки, мужчина должен наизнанку вывернуться!

Дарить подарки, цветы, всё время восхищаться девушкой, рассыпаться перед ней в любезностях. И, упаси, Единый! — не спорить, ни на чем не настаивать! Причем, положительный результат никто не гарантировал! Девушка могла принять ухаживания и согласиться стать женой, а могла и отвергнуть! И за это её нельзя ни наказать, ни отругать, ни лишить сладкого и прогулок. А одна книга, вообще, повергла герцога в шок — в ней описывалась страна, где женщины сами выбирали себе мужей. Мужчины же не имели ни права голоса, не могли владеть собственностью и должны были во всем зависеть от расположения и пожеланий женщины. Стефан, начав читать, удивился, зачем Мервил принес её, но потом обнаружил, что полкниги занимают описания, как мужчина добивается расположения своей госпожи. Кое-какие интересные идеи герцог взял на заметку.

Нет, жизнь у бездарных мужчин не в пример сложнее! Лично ему ни разу не пришлось никого уговаривать и упрашивать — одно его слово, и любая женщина бежала к кровати, задирая юбки. Потом он отдаривал временную любовницу каким-нибудь украшением или прямо давал деньги, и все были счастливы. Угораздило же его встретить такую неправильную девушку!

Но отступиться и мысли не возникало. То ли так действовал незавершенный ритуал, то ли по другой причине, но Стефан чувствовал, что не сможет отказаться от этой занозы. Что мечтает стиснуть её в объятиях и, наконец, сделать своей.

А потом он посмотрит. Если девушка смирится и покорится, он, возможно, оставит её при себе. Конечно, если по-прежнему будет испытывать к ней влечение. Нет, значит, отправит её в Западный замок, приставит верных людей и будет время от времени наведываться, чтобы зачать наследника.

При мысли, что Аэлина будет далеко, в душе что-то натянулось и жалобно тренькнуло, отзываясь сожалением и протестом.

Герцог сердито выругался — с незапланированной привязкой надо что-то делать, иначе он скоро станет рабом этой девчонки! Ему надо поскорее уложить её в постель!