Без души

— Я знаю. Решил выполнить своё обещание и рассказать конец одной сказки.

— Мне уже рассказали. Даже две.

Единый улыбнулся.

— К этому мы вернёмся чуть позже. Ты в курсе, что только что создал самый забавный парадокс? Переплел две различные ветви реальности, скрепив их временем, которое в одном мире прошло несколько столетий назад, а в другой вероятности пока вообще может не наступить. Он ведь даже не подозревает, кого ему нельзя называть Девеаном.

— В курсе. Теперь Время будет вынуждено вырезать этот парадокс и заключить его в отдельную сферу. Девеан рассказал мне немного об этом. Именно то, что мне нужно. Ведь там, где случился один парадокс, появляется вероятность, что и второй сможет произойти совершенно случайно. Скажем, всесильная сущность не сумеет защитить смертное тело. Я всего лишь создал для этого условия, соблюдя все законы множественной вселенной.

— Не только, мальчик Сергей… не только это, — Единый создатель покачал головой и мечтательно прищурился, — ты только что сам дописал конец этой истории. Посмотри, этого ещё не случилось, но путь уже сформировался, и Время послушно заполняет новое русло. Ну же…

И я заглянул. В первый раз за все свои жизни я видел не опостылевшее прошлое, а ещё зыбкое, не определившееся до конца и такое странное будущее…

Когда-нибудь:

Мой дом.

Лешина комната. За окном поздняя осень, дождь тихо шелестит по карнизу.

Брат сидел, уткнувшись носом в монитор, и что-то читал.

Я встал у него за спиной и увидел строчки знакомого текста. Та книга, которую я оставил ему: моя жизнь. Видимо, он нашел папку совсем недавно, и успел дочитать лишь до середины, через каждые десять — двадцать минут, непонимающе спрашивая самого себя вслух: "Когда я успел это написать?!".

Он перевел курсор чуть ниже, и я вчитался в текст, словно заново знакомясь со своим прошлым. На белом вордовском листе оно казалось таким простым и нестрашным.

"Когда-то:

…И люди смеялись, веря в то, что теперь все будет хорошо.

Левая щека адски болела. Казалось, изящная половинка маски, которая должна была скрывать уродливую рабскую татуировку — шрам, была усыпана острыми иглами, беспощадно впивающимися в кожу. Рука на перевязи и плотно перебинтованный бок также оптимизма не добавляли. Что уж вспоминать о спине, которую целых два часа до бала натирали мазями, чтобы ещё не зажившие раны от пыток позволили мне поучаствовать в этом празднике. Хотя… какой праздник? — для остальных — да, бесспорно. Но только не для меня. Просто сделал работу. Очень грязную и гнусную работу. А как ещё можно назвать заказное убийство? И что, что "заказали" тёмного мастера, сославшись на пророчество и неисчислимые несчастия, что он приносил этому миру. Как убийство не назови — суть останется прежней. Да и где были мои бравые друзья и защитники, пока два месяца меня резали на ленточки… и не только. Нет, не стоит вспоминать все это. Хватит. И так тошно.

Признаю. Я обиделся на друзей, что все это мне пришлось пройти одному. И трон мне не нужен. На совете, который должен состояться после бала, так и скажу. Пусть уж лучше Далик правит, а мы с Ирэн возьмём антидот и ко мне домой, к родителям и братишке. Как же я по ним скучаю! Только вот полечусь и сразу на Землю, ну их, эти спасательные миссии, лучше снова учиться пойду.

— Эй! — Ирэн выскочила, словно из мраморного пола в круговерти золотых блесток, осыпающихся с потолка. В руках девушка держала два бокала с игристым белым вином, один она подала мне: — Пей! — это прозвучало, как приказ. — Тебе просто необходимо расслабиться.

— Два месяца "расслаблялся" — куда уж больше.

Всё равно пить мне пока нельзя. Старенький лекарь несколько раз повторил, что алкоголь плохо сочетается с теми настоями, которыми он меня отпаивал. Так что, осмотревшись, я ухватил пробегающего мимо слугу здоровой рукой и поставил бокал к нему на поднос. Мальчишка приглушенно пискнул, разглядев, кто оторвал его от работы и поспешно поклонился. Захотелось громко и грязно выругаться.

— Серег! Послушай меня. Мы устали от похорон. Всё устали — не только ты. Так дай людям развеяться, у нас слишком давно не было повода для праздника. И не ворчи, пожалуйста.

Красавица… какая же она красавица. И умница. Всегда говорит правильно — точно в цель бьёт. И в этом платье Ирэн выглядит совершенно очаровательно.

— Хорошо, — обхватив здоровой рукой тонкую талию, скованную синим шёлком, я закружил Ирэн, скользя по начищенному полу. Девушка звонко рассмеялась и утянула меня в круг танцующих. Пары уважительно расступились, оставляя нам самое лучшее место в центре зала, а музыканты, собравшись, заиграли очередной вальс.

— Ты выйдешь за меня? — нагнувшись к её маленькому ушку, прошептал я. Каждый достоин своего клочка тепла и света, а у меня моё персональное солнышко — Ирэн.

— Да! — ответ не замедлил себя ждать ни на секунду.

Боль кольнула где-то под сердцем, и на секунду счастье ушло. В конце зала, прислонивший к колонне стоял Эрик и улыбался, а потом поклонился. Танцующая пара скрыла его от моих глаз — секунда, видение растворилось.

— Серег? — встав на цыпочки, девушка легко прикоснулась своими губами к моим, словно и не поцелуй.

— Извини, больно, — как легко врать. — Всё в порядке, если хочешь — ещё один танец я продержусь.

— Уж нет! — Ирэн замерла, сложив изящные ручки на маленькой аккуратной груди. — Пойдём, присядем — отдохнёшь. Нужно, чтобы к свадьбе ты был абсолютно здоров!

— Обещаю.

И снова укол боли. Словно отзываясь на него, двери распахнулись, и в залу чинно промаршировал десяток гвардейцев. Я даже не удивился, когда капитан направился в мою сторону. Перед ним почтительно расходились люди, в глазах аристократов зажигался огонёк интереса: что новенького из сплетен подбросит им лорд — спаситель на этот раз?

— Господин Серег? — уточник широкоплечий мужчина в новенькой форме.

— Он самый, — я снял маску, почтительно поклонился, только вот улыбка вышла кривая из-за рабской татуировки, которая сковывала левую половину лица. — Что-то случилось, капитан Лесте? — припомнил я род гвардейца.

— Мне очень неудобно перед вами, милорд, но совет просит вас немедленно явиться в малую залу для уточнения нескольких вопросов…

Но почему они прислали целых десять гвардейцев всего лишь для "уточнения нескольких вопросов"?

— Хорошо, конечно же, я пройду с вами. Но что за вопросы, нельзя ли узнать? — на всякий случай спросил я. Готовым надо быть ко всему, вплоть до появления нового тёмного мастера. Бездна! Но всё-таки причём здесь охрана?

Капитан замялся ещё больше, похоже, он предпочитал объяснить все за дверями, а не на публике, однако моё упрямство…

— Милорд, все надеются, что это досадное недоразумение, но вас… вас обвиняют в предательстве!

Что? Ирэн больно вцепилась в ещё незажившую руку, по залу волнами расходился пораженный шепот. Нет, такого просто не может быть! Просто очередная шутка Далика, черт его задери! Лесте сделал шаг, чтобы взять меня под руку и вывести из зала. Сработал рефлекс… глупый рефлекс, который появился в плену у Эрика и от которого никак не мог избавиться — одно движение и карточный домик рассыпался. Именно таким властным движением меня вытягивал из камеры Масиб, когда мастер разрешал ему развлекаться с пленником.