Без лица

Алан заставил себя улыбнуться. Да, он увязал все глубже и глубже и не видел никакого способа, чтобы выбраться из той трясины, которая засасывала его.

— Да, Эл, ты можешь набавить несколько сотен к тому, что получаешь.

Микки был с ним сегодня необычайно дружелюбен, и это особенно не понравилось Алану Джарвису.

* * *

Карен Блэк ждала Люси на стоянке в машине. Она в очередной раз продумала линию поведения, взвесила свои шансы на успех и решила, что должна получить всю имеющуюся в наличии информацию.

Ни для кого не было секретом, что на заводе, на котором они работали, происходила утечка сырья и что ответственны за это как раз Карен Блэк и ее подельник Грегори, который служил охранником. Завод выпускал бумажную продукцию: кухонные полотенца, туалетную бумагу, салфетки и тому подобное. У них были конкуренты — фирма «Боватер Скотт», и все работники получали ежемесячный бонус: их наделяли тем товаром, который они сами же и производили. Фирма намеренно пошла на этот шаг, чтобы приостановить воровство. Но эффект получился совершенно обратный: воровать стали больше.

Карен и Грегори снабжали своей продукцией рестораны, кафе и некоторые местные магазины, получая при этом довольно приличные деньги. И вот теперь Люси решила, что она должна тоже войти в игру. Ведь она собирается замуж, и совершенно очевидно, что ей понадобятся дополнительные денежные средства. А каким еще образом она сможет их заработать?

Когда Люси подошла к поджидавшей ее женщине, она дружелюбно улыбнулась.

— Вот здесь адрес. — Сказав это, она протянула Карен конверт.

— Хорошо сработано, — улыбнулась Карен. — Великое счастье, что ты не моя сестра.

Слова попали прямо в цель. Если бы Мария была ее сестрой, Карен сделала бы для нее все, что было в ее силах. В отличие от семьи Картеров в их семье не считалось большой трагедией, если кто-то из родственников занимался проституцией или употреблял наркотики. Главное для них — это родственные узы. Бетани была членом этой семьи, и этим сказано все.

— Мария пожалеет, что решила поменять тюрьму на свободу. Ты скоро убедишься в этом, — злорадствовала Карен.

Люси невозмутимо пожала плечами:

— Поступай как знаешь. Мне все равно. Могу я принять участие в ваших бумажных махинациях?

Карен засмеялась:

— Конечно, нет. С чего ты решила, что мы хотим взять тебя в дело? Как мы сможем доверять тебе после того, что ты сделала?

— Что ты хочешь этим сказать? Разумеется, вы можете доверять мне.

Карен смерила ее взглядом с ног до головы и, очевидно, решила преподать ей хороший урок.

— Ты же только что подставила свою сестру!

Она заметила недоуменное выражение, которое появилось на лице Люси.

— Так, значит…

— Ты настоящая сука, Люси. Что бы Мария ни сделала, она все равно остается твоей сестрой. В любом случае я ценила и ценю ее выше тебя, милочка. Она была невменяема, когда совершила это преступление, но ты, дорогая, находишься в здравом уме и твердой памяти. Ты знаешь, я уважала бы тебя намного больше, если бы ты послала меня с моей просьбой туда, откуда дети появляются.

— Но тогда, если она настолько уважаема тобой, почему же ты хочешь, чтобы она получила по заслугам?

Карен тяжело вздохнула:

— Неужели ты действительно так глупа? Это верность нашей семье, преданность и уважение. Бетани была моей двоюродной сестрой, и ее убили. Поэтому теперь мне надо отомстить за нее. Неужели непонятно? Моя мать взяла под свое покровительство ее детей, и, таким образом, они не пошли под социальную опеку. Если мне не изменяет память, твоя матушка отказалась от детей Марии.

Люси ничего не ответила.

— Твоей матери нужно было усыновить внуков и сделать соответствующие выводы из того, что случилось. Тогда бы люди ее больше уважали. Она просто дрянь, каких свет не видывал. Можешь ей так и передать.

Люси чувствовала себя школьницей, не выучившей урок. Она слушала нравоучения, хотя рассчитывала совершенно на другое. Все эти долгие годы их семейство полагало, что соседи, чью сторону они заняли, одобряют их поведение по отношению к собственной дочери. А на самом деле все оказалось совсем иначе.

Да, ее мать не хотела взять к себе детей Марии, особенно мальчика. Он был чернокожим, и она никак не могла смириться с этим. Что касается девочки, то она была просто копией Марии — от нее уже тогда были одни неприятности.

Луиза будет в шоке, когда узнает как на самом деле относятся к их семье соседи, чьим мнением они так дорожат. Да, все это грозит обернуться большими неприятностями. В тот момент, когда Карен уходила прочь, Люси почувствовала, что готова разрыдаться.

* * *

Тиффани вполуха слушала, что говорила ей сидящая рядом девушка. Она что-то трещала о том, сколько денег можно заработать в Манчестере. Туда уехала ее сестра, которая уже была собственностью одного чернокожего сутенера из числа местных воротил.

— Я вчера сказала об этом Пэту Коннору. Он собирался подумать насчет нее.

Тиффани насторожилась и переключила на девушку свое внимание.

— Ты видела вчера ночью Пэта?

Девушка, которую звали Лорен, лукаво кивнула:

— Да, мы вместе ходили на одну тусовку рядом с Прайд-стрит. Очень неплохо провели там время.

Тиффани понимала, что девушка дразнит ее, и улыбнулась.

— Ну, я надеюсь, ты хоть пользовалась презервативом, дорогуша. Потому что у него сифилис…

Она увидела, как лицо девушки побледнело.

— Это все его русские шлюшки. Они по самую макушку напичканы венерическими заболеваниями, а он трахается, с кем попало. В любом случае, дорогуша, тебе будет полезно оторвать задницу от стула и обратиться в клинику «Старый Лондон». Усекла?

Девушка пристально посмотрела на нее и засмеялась.

— Ты выглядишь чертовски взволнованной, милая. С чего бы это?

В туалете Тиффани прислонилась лбом к холодной кафельной плитке и тяжело вздохнула. Да, Патрик настоящий подонок. Он устраивает девушек на работу, затем крепко сажает их на иглу. Это заставляет их бороться друг с другом, чтобы выжить. В женской раздевалке Тиффани почувствовала уже знакомый ей приступ тошноты. Она взяла свою сумочку и вернулась в туалет. Владельцы клуба не накладывали никаких ограничений на употребление наркотиков, поэтому героин пользовался здесь такой же популярностью, как чашка крепкого кофе в хорошем ресторане.