Без пощады

— Они хотели знать все наши сторожевые посты и магические печати, — признался Симвин. — Когда я не смог принести им достаточно руды, они решили прийти и забрать её, и убить всех вас. Но я отказался.

— Так и есть, — подтвердил Джарлакс.

— Они бы меня убили! — взмолился Симвин.

— Нет, вряд ли, — удивил его и Белвара Джарлакс. — Они бы пытали тебя, пока ты бы всё не рассказал.

— А потом убили, — предположил Белвар, кивнув. Он утешающим жестом положил руку на плечо Симвина, заметно смягчившись.

— Вероятно, нет, — снова удивил их обоих Джарлакс.

— Симвин знает тайну обработки арандура, верно? — спросил Джарлакс, а потом рассмеялся, когда на лице хранителя тоннелей Белвара появилось ужасно подозрительное выражение.

— Мне всё равно, — воскликнул Джарлакс, подняв руки. — Но для вас это важно. Я подозреваю, они выбрали Симвина именно из-за этого навыка. Вот что я скажу, хранитель тоннелей Белвар: тебе следует лучше всего защищать тех подопечных, которым известна тайна, потому что она стоит дороже руды.

Белвар продолжал мерить странного дроу скептическим взглядом.

— Мой долг здесь исполнен, — объявил Джарлакс. — Я не мог позволить такому произойти — ради Симвина, ради вас, ради всего Дун Арандура и да, ради себя. Мои интересы в установлении прочных отношений с вами и Блингденстоуном действительно отчасти эгоистичны. С готовностью это признаю.

— Не в моих полномочиях устанавливать торговые отношения с дроу, — спокойно ответил Белвар.

— Разумеется! — сказал Джарлакс. Он улыбнулся и низко поклонился, взмахнув своей огромной шляпой. Он не стал надевать её обратно и указал на свою лысую голову, добавив:

— В подходящее время я поговорю с королём Шкниктиком. Благодарю вас, великодушный хранитель тоннелей, и с вашего позволения — откланяюсь.

У Белвара отвисла челюсть. Он уставился на Джарлакса, и искра узнавания нарушила его спокойный облик.

— Почему мне кажется, что ты откланяешься и без моего позволения?

— Я предпочитаю его получить, — ответил Джарлакс.

— Ладно, — уступил Белвар.

Закнафейн осторожно приближался к зданиям До'Урден. Не раз он косился на северо-запад, в сторону ближайшего крупного выхода из пещеры Мензоберранзана. Не раз он подумывал просто вскинуть руки, признавая поражение, и сбежать далеко-далеко, не оглядываясь.

О позволил взгляду скользнуть дальше на запад, в сторону Браэрина и «Сочащегося миконида», размышляя, увидит ли ещё когда-нибудь таверну.

Джарлакс выгнал его из Бреган Д'эрт.

Командир наёмников сказал Заку возвращаться к матери Мэлис и даже забрал его волшебный кнут.

Зак хотел что-то возразить, но не смог. Он с нетерпением ждал Джарлакса в «Сочащемся микониде», пока тот занимался своими делами. Зак знал, где находится наёмник, поскольку нужные ответы можно было найти лишь в одном месте. Джарлакс посетил верховную мать Бэнр, и та наверняка предупредила его о недопустимости дальнейших действий, способных огорчить Паучью Королеву.

Закнафейн До'Урден убил прислужницу, и его время в Бреган Д'эрт подошло к концу.

Может быть, его время жизни тоже подошло к концу.

Он посмотрел на северо-запад, к выходу. Врата были для него закрыты — по эмоциональным, если не рациональным причинам, осознал он к своему отчаянию. Было слишком поздно. Его единственным спасением от будней был Бреган Д'эрт, а теперь Закнафейн знал, что пройдут годы, прежде чем у него появится хотя бы шанс поговорить с Джарлаксом. Если он проживёт так долго.

Он в последний раз посмотрел на северо-запад, на выход, и плечи оружейника опустились под грузом неизбежности.

Потом Закнафейн выпрямился и подумал о сыне, которого ещё не успели до конца испортить.

Бегство — не вариант.

Он направился в дом До'Урден, полный решимости защищать сына от печальной судьбы последователей Ллос.

— Он слишком ненавидит тех, кто носит мантию Паучьей Королевы, — сказала Даб'ней Тр'арах Джарлаксу, когда обнаружила его за столиком таверны в одиночестве. — Он не может себя контролировать. Он поддаётся чистой ярости.

— Тебя он пока не убил.

— Я не угрожала ему и не пыталась вторгнуться в его разум, — ответила она.

— Ты предпочла другие пороки, я знаю, — уколол её Джарлакс.

Даб'ней рассмеялась.

— Закнафейн — хороший мужчина. Слишком хороший для жизни, которую мы создали в Мензоберранзане.

Джарлакс поднял на неё неожиданно равнодушный взгляд.

— Кто?

— За… — хотела ответить она, прежде чем уловила, в чём дело.

Закнафейна больше не было. Он уже не принадлежал к Бреган Д'эрт, а значит, это была не забота Джарлакса. Даб'ней долго присматривалась к непроницаемому наёмнику, пытаясь найти хоть какой-то намёк на известную ей правду: Джарлаксу было больно. Из всех дроу Закнафейн был ближе всего к тому, кого наёмник мог бы назвать другом.

— Несмотря на всё твоё щегольство, мой милый, — осмелилась она прошептать, наклонившись к нему. — Несмотря на все твои достижения, коварство и изумительные способности, ты остаёшься здесь пленником, как и все мы. Я остро чувствую твою боль.

Даб'ней поцеловала его в щёку и ушла, пару раз оглянувшись на каменнолицего наёмника.

Разумеется, он ничем не выдал своего согласия, ничем не выдал своей личной боли. Ведь в обществе последователей Ллос эмоциональная привязанность была слабостью, а слабость вела к бедам и гибели.

Но Даб'ней уже долго служила в отряде наёмников, хотя сейчас она отдалилась сильнее, чем раньше, и проводила больше времени в «Сочащемся микониде» с другим выжившем из её дома, Харбондейром, даже помогала ему управлять заведением, и использовала свои божественные силы, чтобы очищать яд — по крайней мере, предназначенный тем, кому Джарлакс не желал смерти. Она годами не участвовала в обычных ежедневных активностях и интригах Бреган Д'эрт, много месяцев даже не слышала имя Закнафейна, пока он не появился снова, чтобы отправиться вместе с Джарлаксом в приключения.

Она вздрогнула, вспомнив об этом. Когда Даб'ней услышала о его возвращении, в глубине души она надеялась, что оружейник больше времени станет проводить в таверне, рядом с ней. Она скучала по нему, скучала по его прикосновениям.

Она сосредоточилась на бесстрастном лице Джарлакса и понимающе улыбнулась.

Он скучал по Заку сильнее. Она соскучилась по оружейнику — ощутила дрожь предвкушения, когда тот после стольких месяцев вернулся под крыло Бреган Д'эрт. Но это было ничто по сравнению с тем, что чувствовал Джарлакс. Во всех отношениях, кроме физического, его отношения с Закнафейном были куда более близкими. Он сделал, как ему недвусмысленно приказали.