Безрассудная
Шрифт:
Следовать за омнибусом, который тянули два тяжеловоза, было достаточно легко. Улицы были переполненными, а пешеходы — часто беспечными, поэтому ехать приходилось медленно.
Рыжеволосая девушка пересела на другой омнибус и поехала, как и подозревал Хантер, к реке. Там, конечно, прятаться было куда труднее. Хантер спешился, передал поводья Итану и велел ему оставаться на месте с лошадьми.
— Не знаю, кто из вас не в своем уме! — проворчал Итан.
Хантер засмеялся.
— Я не уверен, что сам это знаю.
Он поспешил вперед, так как девушка, покинув
Это был не самый бедный район города, однако настоящее старое лондонское Сити, где сохранилась архитектура XVII века и простые дома, построенные вскоре после Большого пожара. Большинство обитателей было тяжело работающими ремесленниками, хотя район привлекал студентов, музыкантов и художников. Улицы, несмотря на бедность, были чистыми.
— Черт возьми! — воскликнула старуха, подметавшая крыльцо. — Да ведь это Кэт!
— Пожалуйста, тише, миссис Махони! — взмолилась девушка. — Папа дома?
— Сердится и жалуется! — ответила старуха. — Он попросил нескольких друзей в полиции искать тебя, малышка! Прошел слух, что тебя спасли из воды, но никто не знает, кто тебя спас и куда ты отправилась!
— О нет! — воскликнула девушка.
— А что это на вас надето, мистрис Кэт? — осведомилась старуха.
— Я должна увидеть папу, — сказала девушка и пробежала мимо старухи в маленький домик, ярко раскрашенный, с симпатичной отделкой.
Решив избежать беседы со старухой, Хантер быстро скользнул вдоль стены. Узкий переулок вел к заднему двору, и он направился туда. Ему не понадобилось идти далеко.
Открытое окно и раздвинутые портьеры позволяли отлично видеть происходящее внутри дома. Девушка, которую старуха назвала Кэт, находилась в объятиях высокого мужчины с бакенбардами. Другая девушка, также с рыжими волосами, хотя более светлого оттенка, стояла рядом. Она тоже обняла Кэт, а потом отошла в сторону.
Когда, наконец, объятия закончились, другая девушка — сестра Кэт? — осведомилась:
— Кэтрин Мэри! Что на тебе надето? Боже мой! Где ты взяла такое элегантное платье?
— Я объясню, — сказала Кэт.
— Надеюсь! — проворчал мужчина. — Я чуть ума не лишился от страха и горя. Илайза рассказала мне о безумном поступке, который ты чувствовала себя обязанной совершить, и мне осталось только убеждать себя, что ты вернешься и не останешься на дне Темзы! Полицейские ищут тебя, Кэт! Илайза, пошли Мэгги сообщить полиции, что моя девочка нашлась и нам не понадобится осушать реку!
Мужчина был в ярости, хотя явно испытывал колоссальное облегчение. Хантер чувствовал себя виноватым, как, безусловно, и Кэт. Она выглядела удрученной, словно не сознавала до сих пор, какой переполох вызвало ее отсутствие.
Илайза поспешила из комнаты отдать указания Мэгги — очевидно, служанке, подумал Хантер, несмотря на то что обитатели дома казались бедными, — но очень быстро вернулась, чтобы ничего не пропустить из происходящего.
— Бедный папа, мне так жаль, — сказала Кэт. — Я не представляла, что вызвала такую суету. Почему ты послал за мной
полицию? Ты же знаешь, что я плаваю как рыба.— Это я знаю, — с гордостью произнес мужчина. — Но ты нырнула за парнем из университета и исчезла из поля зрения! Что мне с тобой делать? Если бы твоя дорогая мать была жива!
— Кэт, где ты взяла это платье? — снова осведомилась ее сестра.
— Одолжила… Папа, все будет хорошо. Понимаешь, мне помог другой джентльмен, после того как я помогла первому джентльмену. Клянусь, я была в безопасности и в приличном месте! Понимаешь, мне нужно встретиться с Дейвидом Тернберри, первым джентльменом, который вскоре обручится с дочерью лорда Эйври, и я должна…
— Лорд Эйври! — воскликнула Илайза. — Папа, она получит большую награду!
— Мне не нужна награда, — отрезала Кэт.
— Я бы на твоем месте была счастлива! А то приходится экономить на всем.
— Илайза! — упрекнул ее отец, покачав головой.
Илайза быстро извинилась.
— Папа, прости меня — я знаю, как ты заботишься о нас. Но… Кэт! Это платье! Оно дорогое — откуда оно взялось? О боже! Я должна одеться, пойти с тобой и…
— Нет, — твердо сказал мужчина. — Никто никуда не пойдет. Кэтрин Мэри, ты моя дочь. И ты не будешь шляться среди молодых людей, нищих или богатых, без должного сопровождения. Без меня! — закончил он.
— Пожалуйста, папа! Я должна сама отправиться к лорду Эйври. Клянусь тебе, мне ничего не грозит. Там есть чудесная женщина по имени Эмма Джонсон — она вроде моего ангела-хранителя.
— Ты была в богатом доме у женщины? — спросил ее отец. — Почему же эти люди не проводили тебя домой?
— Папа… прости меня, но я притворилась потерявшей память. Я сказала им, что не знаю, кто я.
Мужчина опустился на стул.
— Ты стыдишься нас, — с горечью сказал он.
— О, папа, никогда! — воскликнула Кэт.
Он печально смотрел на нее.
— Мы не нуждаемся в благотворительности. И я, и все мы тяжело работаем. Но мы честно зарабатываем себе на жизнь. Ты не возьмешь никакой награды.
— Папа! — запротестовала Илайза. — Ты великий художник! Ты просто слишком быстро работаешь для тех, кто обещает, но не может платить.
— Они интересные личности, — заметил отец.
— А когда тебе попадаются богатые люди, ты отказываешься требовать столько, сколько стоит твоя работа! По-моему, многие богачи должны тебе. А если бы правда о твоей работе стала бы известна, папа, тебя возвели бы в рыцари! Так что это не благотворительность, а то, что тебе причитается, — заявила Илайза.
Он снова покачал головой:
— Жизнь человека дороже любых денег. Кэт не возьмет никакой награды.
Илайза со стоном отвернулась.
Кэт опустилась на колени, положив руки на колени отца.
— Папа, я не возьму награды. Но можно я вернусь к миссис Джонсон, чтобы встретиться с этими людьми? Клянусь тебе, я откажусь от награды. Но я бы хотела позволить этим людям поблагодарить меня. Пожалуйста, папа!
— Это трудный мир, девочка! У нас нет денег, но есть гордость. А у тебя нет приданого, но есть добродетель.