Безвозвратно

— Я слышала, что в наших кругах его знают под именем Энигма. Я сама никогда с ним не встречалась, поэтому не имею ни малейшего представления, как он выглядит.

Энигма.

Ладно. По крайней мере, от этого имени по моему позвоночнику не пополз холодок ужаса.

— Это… кодовое имя? — уточнила я, вскинув бровь.

Грейси кивнула.

— Я говорила тебе, что здесь никто не называет своих настоящих имен.

Я сделала еще один основательный глоток «жидкой смелости» из своей рюмки, после чего у меня промелькнула мысль о том, что, возможно, Блейн оценил бы мою внешность сегодня вечером, если бы увидел… но я быстро заставила себя об этом забыть. Нельзя было позволять себе становиться эмоциональной и зависимой, даже несмотря на то, что мне так хотелось почувствовать его уверенную поддержку, вопреки тому, что он мне лгал.

— Мы уже приехали, — оповестила Грейси, когда лимузин остановился, и я быстро поспешила проглотить остатки своего скотча.

Дверь перед нами распахнулась, и когда мы вышли, то, что открылось перед моими глазами, заставило меня вздрогнуть от удивления. Я не знаю, что ожидала увидеть, но определенно не то, что видела. Мы стояли перед самым настоящим особняком в Викторианском стиле — по-другому этот дом просто нельзя было назвать. Мне показалось, что я попала в какой-то готический средневековый роман.

— Следуй за мной, — произнесла Грейси в полголоса. Она приподняла подбородок и прошла к воротам так, словно подъездная дорожка являлась чем-то вроде подиума. Я последовала за ней с той же стойкостью и уверенностью, на которые только была способна в тот момент. Грейси что-то негромко сказала мужчине у ворот, который пристально окинув нас взглядом, позволил нам пройти дальше.

— Что ты ему сказала? — чуть слышно выдохнула я, когда мы прошли к ступеням.

— Пароль, — прошептала она в ответ.

Никто не встретил нас у дверей, когда мы проходили в дом. В помещении было очень тускло, потому что все люстры над головами были выключены и горели только несколько канделябров со свечами. Чувствуя все более сковывающую меня неловкость, я последовала за Грейси по длинному холлу, и единственным звуком, сопровождающим нас в гулком имении, был стук наших шпилек о мраморный пол.

Наконец мы достигли высоких двойных дверей, у которых стояли двое мужчин в масках. Грейси на них не обратила никакого внимания, поэтому я тоже старалась не смотреть на «стражей» во все глаза. Когда перед нами открыли двери, Грейси прошла в залу, и я, затаив дыхание, последовала за ней.

Вероятно, когда-то в этом доме проводились настоящие балы, потому что помещение было настолько просторным, что у меня перехватило дух. Повсюду в изысканной хаотичности стояли кресла, софы и стулья, декорированные темным деревом и мягкой дорогой обивкой.

Весь зал был оформлен в виде тенистого парка. На небольших столах горели канделябры со свечами, на высоких окнах висели зеленые портьеры, а на полу лежал тяжелый ковер, заглушавший наши шаги. Приват альковы были созданы посредством красивых ширм из темного дерева, скрывавших то, что находилось внутри. И всюду возвышались огромные тенистые деревья, которые смогли каким-то образом занести в помещения в витиеватых больших урнах. Густая листва создавала еще больше тени и уединения, укрывая гостей от любопытных взглядов.

В зале находилось достаточно много людей, и их разговор был эффективно приглушен мебелью и портьерами. На фоне всего этого играла тихая джазовая музыка, и я заметила среди гостей еще несколько девушек, одетых также роскошно, как я и Грейси. При этом мужчин, казалось, здесь было чуть ли не вдвое больше, чем женщин, и все они были одеты во фраки и носили те же черные маски, которые были на лицах «стражей».

Нервозно оглянувшись по сторонам, я попыталась найти Грейси, но она, казалось, растворилась в зале.

— Так приятно тебя здесь видеть, дорогая, — произнес женский голос позади меня, и я, оглянувшись, увидела приближавшуюся ко мне женщину. Я предположила, что это была Симона. Она была одета в длинное серебряное платье с соответствующей по оттенку маской. — Итак… Хелен превратила тебя в сирену, верно?

Я сглотнула.

— Верно, — ответила я, мой голос был едва слышным.

Странность ситуации начинала постепенно вводить меня в психоз, и я пыталась понять, во что сама себя втянула.

— Что ж, — улыбнулась Симона. — Мы будем звать тебя Лорелей. Пожалуйста, не волнуйся, — она взяла меня за руку. — Позволь мне представить тебя нескольким джентльменам, которые, по моему мнению, особенно тобою заинтересуются.

Я позволила провести себя вглубь залы к группе, где на кресле артистично располагалась девушка в обществе двух мужчин, один из которых сидел на диване, а другой на стуле. Платиновые волосы девушки лежали на глянцевом плече, с которого красиво ниспадала бретелька алого атласного платья.

— Джентльмены, — произнесла Симона, — мне хотелось бы представить вам Лорелей. Лорелей, это Скарлет Ибис. — Она указала на девушку, сидевшую на кресле, и та слегка кивнула мне головой.

Оба мужчины поднялись, по очереди прижав свои губы к тыльной стороне моей руки. Я автоматически улыбнулась, несмотря на внутреннюю дрожь. Ни один из них не представился, но они оба любезно предложили мне сесть. Симона куда-то ушла, и я оказалась рядом на диване с одним из мужчин.

— Вы невероятно очаровательны, — произнес он негромко, и я заметила, что другой мужчина начал в полголоса беседовать со Скарлет Ибис.

«Ибис? Какого черта вообще означало это имя?» — думала я в панике. «И почему Симона назвала меня Лорелей?»

— Благодарю вас, — ответила я ему в тон, не повышая голоса. И так как я не знала, что говорить дальше, решила сохранять молчание.

— Полагаю, вы здесь новенькая, — с некоторой задумчивостью произнес мужчина, разглядывая меня с явным интересом.

— Это настолько очевидно? — спросила я, и он улыбнулся.

— Немного, — ответил он. — Но не волнуйтесь. Мы все здесь вполне безобидные. — Тут мужчина, казалось, немного переосмыслил сказанное. — Ну, или почти все, — тонкие губы дрогнули в очередной улыбке. Его темные глаза и черные волосы показались мне смутно знакомыми, но я отмахнулась от этих мыслей, потому что под подобное описание попадало достаточно большое количество мужчин.

Он говорил со мной еще какое-то время на совершенно отвлеченные темы и вел себя настолько расковано и галантно, что заставил меня даже несколько раз рассмеяться. В конечном итоге я начала понемногу расслабляться и даже решилась спросить у него имя.

— Меня зовут Меркурий, — ответил он, и я невольно выдохнула, то ли от разочарования, то ли от облегчения. Мне нужно было найти Энигму, но я, по большому счету, не знала, что собиралась делать, когда в действительности смогу это сделать.