Безвозвратно

Джеймс подтолкнул меня вглубь комнаты, и я, спотыкаясь, быстро развернулась, чтобы не оставаться к нему спиной. Я испытывала болезненную настороженность, потому что, вполне вероятно, находилась рядом с человеком, который убил Шейлу. И если учесть пугающую изменчивость его настроения, я начинала понимать, что псевдоним «Меркурий», означавший неуравновешенность, был более чем оправдан. Я также знала, что Блейн не мог убить Шейлу, и не важно, что говорила Грейси. Возможно, я не доверяла ему, но совершенно точно знала, что он не мог совершить нечто настолько зверское.

Неторопливо сняв маску, Джеймс двинулся ко мне, и его улыбка заставила меня содрогнуться от ледяной дрожи. Когда он вышел на свет, лившийся с окна, я с удивлением увидела, что под его маской скрывался кровоподтек, и мне сразу же вспомнились воспаленные костяшки Блейна.

— Думаю, тебе не мешало бы объясниться, — вкрадчиво произнес он.

Я покачала головой, медленно отступая назад.

— Не знаю, о чем ты говоришь. — Я могла гордиться тем, что мой голос не дрожал, в то время как мои глаза метались по комнате в тщетной попытке что-то найти, что могло послужить мне в качестве оружия.

Джеймс продолжал наступать на меня, и его взгляд подернулся той самой психической неуравновешенностью, которая приводила меня в ужас. В какой-то момент я подумала о том, чтобы попытаться обойти его. И хотя я понимала, что он меня остановит, все равно решила рискнуть. Резко схватив стопу книг, я швырнула их ему в голову и метнулась в сторону двери. Джеймс выругался, и уже у самого выхода его рука сомкнулась на моих волосах, рванув меня назад. Вскрикнув от боли, я оказалась вплотную прижатой к нему. Его рука сорвала с меня маску и застыла на мгновение в воздухе, после чего у него вырвался отрывистый злой смех.

— Кэтлин. Должен сказать, ты меня удивила. Не знал, что тебя интересуют подобные мероприятия.

Отпустив мои волосы, он развернул меня лицом к нему, и его руки с силой вжались в мои плечи.

— Что ты здесь делаешь? — потребовал он, и я, подняв к нему свое лицо, почувствовала нараставшую во мне злость. Мне надоело терпеть его агрессию, и если он собирался убить меня — а я почему-то не сомневалась, что все шло именно к этому — тогда ему, как минимум, придется рассказать мне правду.

— Я здесь, потому что хочу знать, кто убил Шейлу, — выдохнула я сквозь зубы. — Зачем ты это сделал, Джеймс? Что она могла тебе сделать, чтобы заслужить такую жестокую смерть?

Не знаю, что я ожидала услышать в ответ, но, определенно, не то, что услышала.

— О чем ты говоришь? — бросил он, и его брови сконфуженно сошлись на переносице. — Шейла мертва? — Его руки ослабили хватку на моих плечах, и его лицо побледнело. — Они сказали мне, что ее заставил уйти бой-френд.

— Ее убили, — мой голос был глухим и пропитанным желчью, потому что я была далеко не уверена, что эта информация являлась для него новостью. Слишком уж удобно все для него складывалось.

— И ты думаешь, это я сделал? — выкрикнул он со злостью, грубо меня встряхнув. — За какого конченого психа ты меня держишь, Кэтлин?

— За такого, который ударил меня кулаком по лицу! — в ответ парировала я, отказываясь быть им запуганной.

Он резко отпустил меня, словно обжегся, и отступил на несколько шагов назад.

— Я не хотел этого, — его голос был севшим. — Я был… расстроен.

— Что еще ты делаешь, когда бываешь расстроенным? — выпалила я в отчаянном почти безрассудном намерении не уступать своего преимущества. — Вскрываешь чье-то горло, Джеймс? Потому что именно в таком состоянии я нашла Шейлу!

— Я не убивал ее! — бросил он со злостью, нервно проведя пальцами сквозь волосы. — Я возглавляю отдел юридической фирмы, Кэтлин. С какой стати я стану перечеркивать свою карьеру?

— Возможно, именно из-за этого ты ее и убил, — ответила я, отказываясь отступать.

Джеймс неожиданно снова оказался у самого моего лица, схватив меня за плечи и заставив меня поморщиться от боли.

— Ты не можешь так думать! — настойчиво рявкнул он, с силой меня встряхнув. — Ты все испортишь. Ты должна мне поверить!

— Мне больно! — умудрилась выдавить я, пытаясь его оттолкнуть.

— Что здесь происходит?

Мы оба резко обернулись, и я осела от облегчения, когда увидела, что в кабинет вошел мужчина в черной маске. Он остановился чуть дальше дверного проема, и Джеймс тут же убрал с моих плеч руки.

— Отец, — выдохнул он негромко, — все в порядке. Кэтлин и я… всего лишь не сошлись во мнениях.

Как если бы мне было мало на сегодняшний вечер шокирующей информации, я пораженно смотрела, как Уильям Гейдж закрыл за собой дверь и снял маску.

— Добрый вечер, Кэтлин, — произнес он учтиво.

Я нервозно кивнула ему в ответ, совершенно не зная, как вести себя в ситуации, которая становилась с каждой секундой всё более и более странной. Теперь я уже с некоторой истеричностью начинала задумываться над тем — не присутствовали ли здесь все представители фирмы «Гейдж, Кирк и Трент».

— Не сошлись во мнениях относительно чего? — поинтересовался мистер Гейдж, повернувшись к Джеймсу, который, очевидно, все еще был не в себе. Он нервно мерил кабинет шагами, неоднократно проводя рукой по волосам.

— Она думает, что я убил Шейлу! — выпалил он, обвинительным жестом указывая на меня пальцем.

Я ничего на это не сказала.

— Кто такая Шейла? — спокойно осведомился мистер Гейдж.

— Та шлюха, с которой я был несколько недель назад, — пояснил Джеймс, и я, не успев обдумать свои действия, подалась вперед и залепила ему по лицу хлесткую пощечину.

— Не смей называть ее так! — процедила я с едкой злостью. — Она была хорошим другом и пыталась выкарабкаться в этой жизни, как могла. Она не заслужила того, что с ней сделали!

С обжигающей яростью в глазах Джеймс схватил меня за руку, и я отпрянула назад в ожидании ответного удара, но отец успел его осадить.

— Джеймс, — произнес он стальным голосом. — Отпусти ее.

С замиранием сердца я ждала, что будет дальше, и через несколько долгих секунд Джеймс неохотно отпустил мою руку.

Выдохнув от облегчения, я поспешно отступила за пределы его досягаемости.

— Кэтлин, — вежливо произнес мистер Гейдж, — конечно же, Джеймс не убивал эту женщину. Он, возможно, несколько агрессивен, но совершенно точно не убийца.