Безвозвратно

Глаза Кейда снова встретились с моими, и теперь в них не было никаких эмоций.

— Они уже это сделали, — ответил он хладнокровно.

Я почувствовала, как с осознанием происходившего моё сердце загрохотало, как безумное, а колени начали подгибаться.

— Тебя, — выдохнула я одними губами.

Кейд улыбнулся, и эта улыбка была лишена какой-либо теплоты.

— А ты умнее, чем кажешься, — заметил он, но я, парализованная снедающим меня страхом, проигнорировала его оскорбление. — И стоишь большего. Они заплатили за тебя наличными двадцать тысяч.

— Двадцать тысяч долларов? — всхлипнула я в ужасе. Чёрт. За такие деньги даже я, возможно, могла бы соблазниться на то, чтобы кого-то убить.

— Убийство не дешёвое удовольствие, Принцесса, — произнёс Кейд, не сводя с меня глаз, и я почувствовала, что мой рот пересох, словно древесные опилки. У меня больше не было ничего, что я могла бы предложить ему взамен. Ни одной причины, из-за которой он мог бы передумать выполнять свой заказ. Я даже не была больше с его братом. Хотя этот факт всё равно не остановил меня от того, чтобы предпринять отчаянную попытку.

— Блейн… — начала я сдавленным голосом, но он почти сразу же меня оборвал.

— Блейн ничего не знает.

Моё сердце опустилось, и удушающая паника заставила меня броситься к прикроватной тумбочке, в которой лежал глок Блейна. Дёрнув на себя полку, я начала на ощупь искать до тех пор, пока мои дрожавшие пальцы не сомкнулись поверх холодного металла. Пальцы Кейда, как стольные наручники, легли на мои запястья, и грубая ткань джинсов жёстко вжалась в мои бёдра. Я беспомощно смотрела, как он разжимал мои пальцы, забирая пистолет, и мои вены разъедал примитивный страх. Я не могла двигаться, потому что он эффективно прижимал мои руки, и теперь уже меня по-настоящему беспокоила только одна мысль: сделает ли он это быстро? Вечером он успел не двусмысленно дать понять, насколько сильно меня презирал. Осознание того, как сильно я его боялась, было унизительным, но я никогда не являлась большим фанатом боли.

— Отпусти меня, — умудрилась выдавить я, пытаясь освободиться от его хватки.

— Верь этому или нет, — произнёс он ровным голосом, — но я здесь не из-за тебя. Я искал Блейна и подумал, что, возможно, он мог быть с тобой.

Я застыла.

— Разве он не в своём доме? — спросила я тупо и, казалось, могла практически чувствовать, как Кейд закатил глаза.

— Если бы он был там, ты думаешь, я стал бы тратить время здесь с тобой? — Кейд резко меня отпустил, и я, споткнувшись, подалась вперёд, прежде чем развернуться к нему лицом.

— Тогда где он? — спросила я, начиная чувствовать, как сердце сжималось от тревоги уже не за свою жизнь. — Я оставила его вчера вечером в кабинете. Ты тоже был там. Куда он мог уйти?

— В этом всё и дело, — произнёс он так, словно я была идиоткой. — Я. Не. Знаю.

Я нервно запустила руку в волосы, снедаемая беспокойством. Но потом у меня промелькнула мысль, что всё это было нелепо. Блейн, определённо, мог о себе позаботиться.

— С ним, скорее всего, всё в порядке, — выдохнула я, не уверенная, кого пыталась убедить, себя или Кейда. — Он, скорее всего, на работе или в суде или… ещё где-нибудь.

— Я тоже так думал, — произнёс Кейд, — до тех пор, пока не нашёл это на его столе.

Он бросил на кровать большой конверт, из которого ворохом высыпались фотографии. Я подобрала несколько, и по мере того, как я их просматривала, меня начала сотрясать мелкая дрожь. Это были снимки Блейна и меня прошлым вечером. Мы полулежали на софе, корсаж моего платья был стянут вниз, и его рот был на моей обнажённой груди… С пылающим лицом, испытывая подкатывающую к горлу дурноту, я просмотрела оставшиеся снимки, на которых рука Блейна поднимала мою юбку, моя голова, запрокинулась от желания, и его губы были на моих. Каждый момент нашей интерлюдии пристально смотрел на меня в безжалостном чёрно-белом цвете.

— Зачем кому-то это делать? — прошептала я в смятении. Одна только мысль о том, что кто-то там находился, кто-то смотрел на нас, фотографировал, заставляла меня содрогаться от отвращения.

— Шантаж, — отрывисто произнёс Кейд, и когда я подняла на него вопросительный взгляд, меня полоснула его безжалостная усмешка. — Ты была проституткой прошлым вечером, помнишь?

Я побледнела, отказываясь верить, что кто-то мог использовать меня для того, чтобы добраться до Блейна. С едким осознанием я подумала, что, по крайней мере, Симона должна была об этом знать. Являлось ли это настоящей причиной её живой заинтересованности в том, чтобы причислить меня в ряды своих «подопечных»? Неужели она каким-то образом знала о моей связи с Блейном?

— Зачем кому-то его шантажировать? — спросила я, подняв взгляд на Кейда. — Он всего лишь адвокат. Не женат. Кому какое дело, как он проводит своё свободное время?

— Ты невероятно наивна, — произнёс язвительно Деннон. — Блейн не «просто адвокат», как ты выразилась. Он один из лучших и наиболее известных юристов в этом городе, и репутация его семьи простирается на несколько поколений. Дед Блейна был сенатором, а его прадед — судьёй в «Высшем апелляционном суде» штата Массачусетс. Если у Блейна существуют хотя бы какие-то политические интересы, — Кейд указал в сторону снимков, — то это может легко положить всему конец.

С моих губ сорвалось тихое «о», потому что я определённо ничего этого не знала. Теперь всё понемногу начинало становиться на свои места.

— Значит, вот что он не стал мне говорить… — выдохнула я, опустив взгляд на фотографии.

— Что? — вскинул бровь Кейд.

— Прошлым вечером, — пояснила я. — Блейн не сказал, почему вы оба были на той вечеринке. Он, наверное, знал, что его будут шантажировать. — Тут меня насторожили другие слова, сказанные Кейдом, показавшиеся мне крайне странными.

— Подожди, — нахмурилась я. — Блейн сказал, что вы братья. Но ты говоришь «дед Блейна». Разве он не является и твоим дедом тоже?

Что-то промелькнуло в глазах Кейда, прежде чем они снова стали жёсткими.

— Скажем так, я был рождён вне брака, — произнёс он отстранённо.

Мои глаза расширились, и словно отвечая на мой вопрос, он продолжил:

— Наш отец не отличался верностью. Можешь считать, я никого из них не признаю.

— Кроме Блейна, — уточнила я, встретившись с ним взглядом.

— Кроме Блейна, — ровно произнёс он.

— Почему? — спросила я, вопреки себе не оставшись равнодушной к этой истории.

Его глаза сузились, и он сделал шаг, приближаясь ко мне до тех пор, пока мы едва друг друга не касались. Моё дыхание подступило к самому горлу.

— Просто знай, я сделаю всё, чтобы с ним ничего не случилось, — глухо произнёс он. — И последнее, что я позволю — это встать между нами какой-то случайной женщине.

Я тяжело сглотнула, медленно покачав головой.