Близнецы

– А у меня горе – наигранно, будто он в печали, произносит он и направляется ко мне.

Стараясь держать дистанцию, отхожу к окну, спрашивая, что случилось. Хотя, видит Бог, мне это совсем неинтересно.

Глеб стоит возле дивана и смотрит на меня взглядом расстроенного человека, и вдруг я начинаю ему верить. Может он и впрямь расстроен и пришёл за простым человеческим словом поддержки.

– Расстался с Магдалиной – произносит он ещё печальнее, чем секунду назад и усаживается на диван ко мне спиной.

– Почему? – сузив глаза, терпеливо расспрашиваю.

– Не сошлись характерами, – надменно выдаёт он, – У неё дурной, у меня прекрасный, – и сам же смеётся над своей глуповатой шуткой.

Закатив глаза, направляюсь на кухню. Хочу выпить стакан воды, в горле совсем пересохло. От неожиданности ахаю. Глеб хватает меня за запястье, поднявшись во весь рост.

– Отпусти! – стараюсь говорить спокойно, но неровное дыхание выдаёт моё напряжение.

– Не хочу, – качает он головой, глядя мне прямо в глаза. Слишком серьёзный, каким прежде я его не видела. Другая его рука оказывается на моей спине, и он с силой прижимает меня к себе.

– Прекрати и отстань от меня! – похоже, всё ещё не могу поверить, что происходит. Надеюсь, что он всё-таки одумается и провалит на все четыре стороны, но его хватка становится все сильнее.

– Саша ничего не узнает, – слышу над ухом томный шепот. Его грудь вздымается одновременно тяжело и часто. Горячие губы целуют сначала щёку, потом пытаются поцеловать мои губы.

– Глеб, отстань! – начинаю вырываться, отталкивая его всеми силами, но не тут-то было. Он буквально подхватывает меня обеими руками. Чувствую, как ноги отрываются от пола. Всего в два широких шага он пересекает гостиную и с силой впечатывает меня в стену. Я оказываюсь, зажата в прямом смысле. Ноги болтаются, как у беспомощного, пойманного ребёнком, жука. – Отвали! – бью его кулаками. А ему хоть бы хны. С ужасом осознаю, что ощущаю промежностью твёрдый бугор через джинсу. Брыкаюсь, как червяк на крючке и всё без толку. Всё что у меня выходит, это отодрать его губы от своих. И ведь хитрец, язык даже не пытается всунуть, наверняка знает, что откушу нахрен. Ощущаю, как одной рукой Глеб копошится сначала со своими штанами, потом чувствую, как его пальцы пытаются стянуть с меня трусы. И это уже совсем не смешно. Бью его в грудь кулаками, зажимаю ноги. Но лишь получаю то, что остаюсь без плавок, они с треском разрываются и виснут на одной ноге. И пока Глеб пытается всунуть свой член в меня, каким-то чудом мне удаётся вытащить одну ногу и резким движением коленкой врезать ему по яйцам. Возбуждение Глеба как рукой сняло. Он согнулся пополам. От неожиданности я приземлилась на коленки и тут же выпрямилась.

– Уходи сейчас же иначе я позвоню Саше, а потом в полицию – дрожащим, но уверенным голосом произношу я, запахивая халат обратно.

– Не надо – немного оклемавшись, но всё ещё согнутый он плетётся к выходу, застёгивая ширинку.

И как только он уходит, запираю дверь на все замки, пытаясь одновременно прийти в себя.

Уже через несколько минут осознания всего происходящего, начинаю смеяться. Я сделала его. Хах. Сделала

Спроси у мертвых.

II Часть.

1

Утром просыпаюсь от телефонного звонка. Сергей просит срочно приехать в офис. На работе я уже через сорок минут. Выгляжу, наверное, как сбежавшая из клиники для душевнобольных. Сергея застаю куда-то впопыхах собирающегося.

– Хорошо, что ты успела, – быстро тараторит он, одновременно накидывая пиджак, – Сегодня к нам в город приезжает Филипп Миркоров. Я сам собирался взять у него интервью, но совсем замотался и забыл об этом – он хватает свой рабочий чемоданчик и протягивает мне какую-то бумажку. – Не подведи. Я бы и сам, понимаешь, но у меня важная встреча.

– А… – таращусь на него испуганными глазами, – Но я ещё ни у кого не брала интервью, разве что у однокурсников…

– Справишься, – Сергей торопливо, но бережно выталкивает меня вон из кабинета и тут же запирает дверь на замок, – У тебя есть пару часов. Набросай приблизительные вопросы.

– Но я… – снова пытаюсь что-то промямлить.

– Я на тебя надеюсь – будто наставник произносит он, положив мне на плечо руку, – Интервью с Филиппом повысит рейтинг журнала. А если ещё найдёшь видеооператора, который отснимет материал. Цены тебе не будет – поправляет галстук перед зеркалом, висящим аккурат перед его кабинетом. – Видеоматериал мы сможем продать Кванту – мечтательно произносит, кажется, своему отражению и оставляет меня одинёшеньки в пустом коридоре.

– Поздравляю – мимо проходит сотрудница издательства, если не ошибаюсь, Марина. И она тоже явно спешит покинуть здание, будто кто-то заложил здесь бомбу.

– Куда вы все уходите? – непонимающе вдогонку кидаю я ей.

– Сегодня мастер-класс даёт Шведский – с улыбкой поясняет она, не замедляя шаг.

– А я? Я разве могу не присутствовать? – последний вопрос адресован уже пустому коридору. Марина ушла.

Оставшись одна, с ужасом начинаю осознавать кошмар всего происходящего. Надвигается буря, и если я в ней не выживу, то позор обеспечен на всю оставшуюся жизнь. Бреду к себе в кабинет. По щекам бегут слёзы, которых не замечаю. Никогда не интересовалась творчеством Филиппа Миркорого, а ведь он звезда мирового масштаба.

В своём кабинете начинаю чувствовать себя дико одинокой, словно покинутой всеми. Усаживаюсь за стол, смотрю на лист, практически чистый, только в верхнем правом углу адрес какого-то кафе.

Что я о нём знаю? Был женат на певице, двое детей. Что же ещё? Включаю допотопный компьютер. Минут десять жду пока загрузится. И только после, начинаю копаться в интернете, изучая биографию личности, у которой мне предстоит брать интервью. На листе бумаги вырисовываются, по меньшей мере, двадцать вопросов три из которых вычёркиваю, слишком глупые, наверное.

А если ещё найдёшь видеооператора… И где же я его должна найти, чёрт побери? Впадаю в панику. Из-за этого начинает болеть голова. Выуживаю сотовый, чтобы пройтись по старым знакомым, может хоть кто-нибудь сможет мне помочь. Но все как назло поразъехались в другие города. Остался всего час, а я всё ещё без коня. Звоню Юле, хотя прекрасно понимаю, что она не поедет в такую даль, да и не успеет уже, да и с работы её никто не отпустит.

– Слушай, а ты набери Мирону – воодушевлённо после пятиминутной безрезультатной болтовни предлагает Юля.

– Какому Мирону?

– Ну, помнишь, учился у нас на первом курсе, потом куда-то пропал. Оказалось, что он перевёлся на другую кафедру, как раз связанную с телевидением – поясняет Юля, но понапрасну.

– Не, не помню.

– Ну, блин, он ещё ко мне подкатывал.

Через мгновение память озаряется и я вспоминаю, что за таинственный Мирон с первого курса.

– А! Гурьев!

– Да!

– Но у меня нет его номера…

– У меня был записан. Я тебе эсэмэской отправлю… – шепчет в трубку Юля. На заднем плане слышится голос её начальницы, которая снова орёт на неё.

Сообщение с номером приходит через несколько минут. И я сразу же звоню. Трубку снимают через несколько долгих секунд.

– Алло? – непонимающий мужской голос.

– А… Привет. Мирон?

– Да…

– Привет.… Это… Тебя беспокоит Диана Горбунова. Мы учились вместе на первом курсе журналистики. Помнишь?

Собеседник молчит, но вскоре вспоминает меня.

– Ну, привет. Ты подруга Юли Орловой. Всё, вспомнил.

– Да. Слушай, мне нужен видеооператор. Ты как вообще по профессии трудишься?