Бог дождя
Шрифт:
– но ты же понимал что придется все это слушать люди будут приходить
– что я тогда понимал? не понимал да и сейчас многого не понимаю – вот говорят во время исповеди надо молиться устраняться от того что слышишь но совершенно устраниться невозможно, – он так и произнес это слово по слогам и вздохнул тяжко, точно вдруг страшно устав, – я вот послужил несколько лет поисповедовал и вижу. От этого можно сойти с ума. Столько скорбей! И эта бездна человеческого греха болезней эта тьма начинает действовать. И сопротивляться очень трудно. Один уже старый человек рассказывал мне про священника который был очень хорошим духовником он служил в двадцатые годы в Москве к нему многие ходили. А потом он сошел с ума. И вот
– но снаружи ты такой… светлый
– нет нет аня мне давно уже очень темно знаешь иногда я ощущаю дьявола он от меня не отходит я знаю я должен быть рыцарем который все время борется но иногда этот рыцарь изнемогает и опускает меч бывают моменты когда я чувствую что я без Бога Бог меня отпускает и тогда ко мне приходит кто-то другой ну ясно кто и он мне говорит теперь тебя ничто не защитит. Потом я знаю что это не так что Бог не выдаст свинья не съест но это потом. А тогда мне бывает очень страшно. И ужасно тяжко
– а ты кому-то еще говорил это
– я периодически рассказываю это своему духовнику и он меня прекрасно понимает но я хочу чтобы и ты меня поняла я говорю тебе это потому что потому что никогда бы тебе этого не сказал но сегодня я выпил
– ну и что же выпил не огорчайся ты так
– конечно я Богов то о чем я говорю не постоянно это какие-то минуты но тогда время течет по-другому. Сатана приходит и забирает все. Святые отцы говорят уныние – грех но а если оно делается твоим постоянным состоянием и что что нужно сделать чтобы вдруг раз и начать радоваться я не могу я больной человек я иногда просто не в состоянии больше исповедовать и я не знаю возможно ли чтобы все это шло мимо, ведь перед тобой живой человек с обнаженной болью который если не услышит от тебя ничего неведомо что может с собой потом сделать некоторые так и говорят батюшка если вы мне не скажете что мне делать я пойду и удавлюсь и батюшка должен разрешить все его духовные семейные и производственные проблемы
– понимаю
– невозможно невозможно изо дня в день слышать об этих бесчисленных абортах изменах блуде и так это говорится будто ну а как же иначе что же делать когда с этой темой приходят совсем девочки меня буквально охватывает ужас приходит девушка и сообщает что она жила с собственным отцом или старушка которой почти сто лет рассказывает что в 1929 году папа пока мама была в больнице использовал ее вместо мамы или приходят гомосексуалисты которые уже и сами не рады но не знают как им от этого избавиться и рассказывают про свою жизнь или здесь же в храме подкладывают любовные письма и не анонимные а потом ходят по пятам
– что же ты делаешь
– что с ними сделаешь стараюсь не обращать внимания говорю что это невозможно отчитываю как детей
– надо благословлять их срочно выходить замуж
– а если у них уже есть муж – это поразительно
– поразительно потому что ты еще маленькая не знаешь жизни
– каков же критерий знания
– видеть жизнь в ее грубом разрезе жизнь очень груба но ты молода тебе сколько лет
– завтра будет двадцать два
– ну вот видишь а я мне завтра будет сорок не завтра конечно – завтра я буду лежать дома я бы и всегда так лежал как же хорошо выпивка читаю слушаю радио
– может быть можно некоторое время не исповедовать только служить
– да нет служить не легче: молиться – кровь проливать я думаю может мне лучше уйти за штат как ты считаешь
– как это – за штат
– ну не служить так часто не получать
зарплату приходить иногда по праздникам на литургию– то есть ты вообще не хочешь…
– аня!
– но ты же хороший священник это твое призвание у тебя разве есть в жизни что-то другое разве тебе есть куда уйти ты ведь сам мне сказал это однажды так хорошо – нам некуда больше пойти
– пойду работать дворником
– батюшка
– что анюшка
– ты просто очень устал – ты только не спрашивай меня не жалею ли я. Меня некоторые спрашивают но это то же самое что у приговоренного к смерти спрашивать не хочется ли ему еще пожить! а мне вообще отношения между человеком и Богом представляются по-другому все эти институты – это человеческое Бог гораздо шире Господь Вседержитель разве можно его ограничить канонами законами ограничить Творца Вселенной нашими убогими представлениями но аня вот не получилось у человека идти этим путем и тогда он остается наедине с Богом и что ж – Бог его примет такого Бог ему скажет: иди иначе иди как умеешь Я все равно с тобой и желаю тебе спастись! отношения человека с Богом неизмеримо глубже многообразней чем их представляют официально сколько раз я думал это даже не Отец это другое – мягче нежнее эта милость и жалость изливаемая всегда изливаемая вечно. Это же просто глупо – Творец Вселенной будет меня так Его любящего но слабого будет уничтожать меня – Господи…
Он начал вдруг молиться, каяться, и, кажется, заплакал, она отвела от уха трубку, она не могла и не смела это слышать, как вдруг отец Антоний снова точно очнулся, и безо всякого перехода начал говорить уже с ней.
– я за все благодарен я только не знаю нет знаю есть право на ошибку оно не отнято никогда разве обещая понимаешь эти обещания до конца? разве можешь вместить то что обещаешь правда что мысль о милосердии Божием может далеко увести и я ты знаешь я боюсь стать еретиком боюсь встать в противоречие с церковной догмой… Да я бы просто отдохнул месяца на три куда-нибудь уехал
– может быть все-таки попробовать
– невозможно никто не поймет я пытался говорить с начальством но мне отвечают: Да что ты! Да служи!
– ну хотя бы на месяц
– ты только прости меня прости меня ради Христа я могу быть торопливым резким грубым но ты знай батюшка тебя любит он за тебя молится ты ему дорога. Мало у него таких детушек. У тебя день ведь рождения скоро
– Да
– сколько же тебе будет лет
– двадцать два года
– ты совсем еще маленькая анютка!
– не пей больше пожалуйста у меня разрывается сердце
– хорошо не буду
– ты смеешься а я по правде говорю тебе это ведь не для одного тебя это для тех кто рядом тоже такая смертная мука ты же знаешь
– хочешь знать почему я пью
– почему
– я пью потому что мне одиноко аня
– батюшка но кто же не одинок ты ведь сам мне говорил что каждый человек даже тот у кого и семья и дети и друзья он все равно один и если даже семья не спасает…
– мне иногда кажется если б я был не один темные силы не подступали бы ко мне так близко ты даже не представляешь как это серьезно обет – это ведь не пустые слова но только со временем понимаешь: за данное слово надо пострадать начинается эта Голгофа ты думаешь я преувеличиваю что-то батюшку заносит если бы ты знала что бывает со мной ночью
– да я слышала об этом и понимаю
– никто меня в этом не поймет
– батюшка!
– только брат. Или сестра, – он уже улыбается там, слышно по голосу – тихая улыбка.
– давай я буду как сестра
– я не знаю смогу ли я после всего что было сказано быть тебе духовником. Я не знаю что со мной будет дальше. Мне это все равно. В храме я взял отпуск сослался конечно на больную ногу
– а Петра все это знает
– что
– что ты пьешь
– знает
– а Петра