Боль
Шрифт:
Завещание профессора к.
В этой истории есть все: любовь и предательство, смерть и воскрешение. А также то, что именно в этом деле впервые за всю историю советско-российского суда отменяется решение об объявлении человека умершим в отсутствие каких-либо новых сведений о нем.
Доводилось ли вам читать знаменитую книгу М.И. Пыляева "Замечательные чудаки и оригиналы"? Все, что было в старой России этакого, с большой изюминкой, чудаки всех видов и фасонов хранятся на страницах этой дивной книги, как в старинном сундуке. Истории на все вкусы: о военных повесах, силачах, остряках, замечательных скупцах, неряхах и врунах, спорщиках, изобретателях... Есть даже рассказ об игрушечном мастере. Одно всегда меня поражало: как могли не попасть в этот волшебный сундук истории людей, которые бесспорно среди всех оригиналов впереди на целый корабельный корпус? Я говорю о путешественниках и географах. Людях, для которых земля не учебник, не карта, а мольберт. Путешественники - это люди, глаза которых отчетливо видят то, чего не видят наши
О человеке, который родился путешественником, я и хочу рассказать. Беда в том, что я не знаю, что пишу - историю живого или мертвого?
Глеб Круть родился 15 ноября 1968 года. Когда он пошел в первый класс, он уже точно знал, кем хочет быть: географом. В пятом классе он уже точно знал, что будет им.
Это был худенький ясноглазый очкарик, сумасшедший пожиратель книг. Уже в школе он постоянно выступал в Географическом обществе при Академии наук, с географическим факультетом МГУ и юношеским клубом "Планета" было связано все его отрочество. Он постоянно делал доклады в московском филиале Географического общества. Личные впечатления он начал собирать много раньше сверстников, быть может, предвидя, что жизнь коротка. В этом возрасте она считается бесконечной, особенно людьми с мольбертами... Совершенно понятно, что выбор его был предопределен задолго до окончания школы. Его мать говорила, что, поступив на географический факультет МГУ, он выбрал кафедру гляциологии и был счастлив.
В слове "счастье", когда речь идет об этом неистовом очкарике с глобусом в сердце, нет и тени преувеличения. Он был так умен и впечатлителен, что уже знал, о чем здесь идет речь. Сделать его счастливым было непросто, потому что его счастье нигде не продавалось. Его можно было только нажить и оборудовать всем необходимым собственноручно. Так и вышло.
Необходимо сказать и о его отношениях с матерью, Еленой Константиновной Овиновой. Они понимали друг друга с полувзгляда. Елена Константиновна была очень счастливой матерью (я не злоупотребляю словом "счастье", просто оно постоянно необходимо), потому что, во-первых, она сумела воспитать красивую, состоявшуюся уже в детстве личность, и во-вторых, потому, что связь с этой личностью со временем не слабела, что было бы вполне объяснимо, а крепла.
Кто бы мне объяснил, почему его, человека с близорукостью минус 6, взяли в армию? Взяли, однако, хотя годен он был, пользуясь негнущейся армейской терминологией, только к нестроевой службе - сгодился в топографическом отряде в Стерлитамаке. Понятно, как он раздражал сослуживцев. Один из его грехов - куча писем, которые он писал без устали и по разным адресам. Путешественник - армии отъявленный и закадычный враг, он рожден, чтобы ходить по дорогам, которых до него просто не было. А в армии все расчерчено, в первую очередь маршруты следования. Жизнелюб, он думал в Стерлитамаке о самоубийстве. Не потому, что не мог выдержать тягот подневольной и скотской жизни, а потому, что страдал при мысли о том, как далеко отбрасывает служба исполнение его желаний. Попав в госпиталь, он дорвался до чтения, раскопал в библиотеке "книжечку о лавинах, которую нам рекомендовали на лекциях не далее как год назад. Да, жизнь выкидывает такие повороты, что... все-таки совсем не так глупо я сделал, что до сих пор не повесился...". Он спрашивал у матери, не будет ли она возражать, если он по возвращении возьмет академический отпуск. "Если ты не против, то я все-таки утолю сначала эту ненасытную жажду (путешествий.
– О.Б.) в течение года, а потом буду совмещать поездки с учебой".
Понимаете? Ненасытная жажда. Первым глотком, утоляющим эту жажду, должен был стать Терек. Едва успев переодеться в гражданскую одежду, Глеб включился в состав экспедиции МГУ, которая отправлялась на Кавказ, на базу МГУ Азау. С 10 по 31 августа он прошел несколько маршрутов по Кабардино-Балкарии. Он намеревался описать реки Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. Ходок он был отменный, тренированный и неутомимый. Угнаться за ним могли немногие. Удалось забраться на Эльбрус. К 1 сентября все путешественники вернулись в Москву, а Глеб остался в Азау. 8 сентября, когда он отправил матери письмо, перешел в Сванетию. Там тоже прошел несколько маршрутов, а затем из Пятигорска перебрался в Осетию. Во Владикавказе обошел все краеведческие музеи (позже там все узнали его по фотографии) и перебрался в поселок Цей, расположенный на высоте 4 тысячи метров. Там есть гостиница "Горянка" и спасательная альпслужба. Из последнего письма к матери 19 сентября 1989 года: "Не болей, не унывай, а мне хорошо наконец-то".
Из Цея он ушел 21 сентября. Пройдя Мамисонский перевал, пришел в поселок Шови, то есть спустился в Грузию. Через Рокский перевал Глеб вышел к истокам реки Закки, где с ним встретились ребята-водники, которые тоже путешествовали. Был конец сентября. Вместе они направились в сторону Трусовского перевала, спустившись с которого можно было выйти к истокам Терека. "Водяные" за Глебом не поспевали, он шел как заведенный. Расстались при восхождении
на перевал, а водники вернулись в лагерь. Глеб же пришел в поселок Реси и оказался у самого начала Терека. Его мечта вот-вот должна была осуществиться. Там его видели пастухи-осетины Светлана и Володя Кудзиевы. День они запомнили: 5 октября. Вечером Глеб спустился с перевала и попросил у них хлеба. Они накормили его и предложили ночлег, поскольку день клонился к закату. Но он сказал: здесь до Терека рукой подать, я выйду на дорогу, доберусь как-нибудь, не стоит беспокоиться. И ушел.15 октября в нескольких километрах от Реси, у села Кетриси, проезжавшие мимо люди обнаружили около дороги вещи: брюки, туристические ботинки и штормовку. Кто же проезжал мимо? Министр автодорожного транспорта Грузии Глурчидзе, режиссер Резо Эсадзе и местный житель Роин Липертелиани. По их словам, они проверяли состояние дороги для переселения людей из Аджарии, где участились сходы лавин.
Вернувшись в Тбилиси, министр позвонил первому секретарю райкома партии поселка Казбеги и сообщил ему, что на дороге обнаружили вещи. Не случилось ли беды с их хозяином? На место выехали заместитель начальника местной милиции, прокурор Казбеги, оба секретаря райкома и капитан милиции. Вещи доставили в отделение милиции Казбеги. Позже их уничтожили, поскольку сочли, что они принадлежали какому-нибудь чабану, который их выбросил.
Честно говоря, я не очень хорошо понимаю, почему такой пустяк, как чьи-то брошенные вещи, мог вызвать такой переполох, но это замечание в сторону. Местность была тщательно обследована - к сожалению, безрезультатно.
Но только все это было позже, чем стало ясно, что Глеб пропал. Дело в том, что Глеб не позднее 10 октября должен был оказаться в Севастополе у бабушки. Часть вещей он оставил в Пятигорске у знакомой, чтобы на обратном пути забрать. Вот эта знакомая первая и подняла тревогу. Глеб не был человеком, который бросал слова на ветер. Раз он не появился в назначенное время и не дал о себе знать - значит, что-то случилось.
Розыскное дело было возбуждено 17 октября в 116-м отделении милиции Москвы, по месту прописки. Затем дело "переехало" в поселок Алагир в Северной Осетии - по месту отправки последнего письма.
В январе 1990 года в передаче "120 минут" был показан сюжет о Глебе и сообщалось, что его разыскивают. В начале марта стало известно, что найдены документы Глеба. Паспорт, студенческий билет, билет члена Географического общества, удостоверение инспектора по охотхозяйству и пропуск в Севастополь - все это в целлофановом пакете якобы обнаружила маленькая девочка, дочь медсестры из крошечного поселка из трех домов в 20 километрах от Южно-Сухокумска. Поселок расположен в голой степи поблизости от скотопрогонной трассы. Так вот, документы, по словам медсестры, нашла её 5-летняя дочь, играя возле артезианской скважины. Медсестра отдала их случайно заехавшему к ней сотруднику Наурского отделения внутренних дел Чечни, а тот, в свою очередь, передал их в поселок Кочубей капитану милиции Сулейменову.
Надо сказать, что объяснения медсестры со временем претерпели некоторые изменения: вроде бы документы нашел её племянник. Так или иначе, когда в октябре 1990 года мать Глеба приехала в поселок, проделав нелегкий путь длиною в 400 километров от Владикавказа вдоль Терека, медсестра её в дом не пригласила и разговаривала с ней на пороге.
Что же случилось?
Сейчас, спустя много лет после его исчезновения и, главное, во время многочисленных событий на Кавказе, кажется само собой разумеющимся, что Глеб Круть стал жертвой кавказской войны. Однако в то время тучи только сгущались. Исчезновение людей в местах, по которым путешествовал Глеб, тогда считалось чрезвычайным событием, и эхо этого события неизбежно доносилось до самых отдаленных уголков. Можно предположить, что, находясь в районе Рокского перевала, Глеб стал невольным свидетелем подготовки событий, разразившихся на перевале в декабре, то есть всего-навсегда два месяца спустя. Кто знает? Быть может, он сделал неосторожное замечание местным жителям в качестве инспектора охотхозяйства. Нельзя исключать и возможность попадания в рабство, на работы к кому-нибудь из местных богатеев. В таком случае после "выработки ресурса" он мог быть уничтожен как ненужный, вышедший из строя инструмент. Сотрудники правоохранительных органов склонны считать наиболее перспективной версию под условным названием "несчастный случай". Что ж, не исключается и это. Однако последнее было проверено чуть ли не с микроскопом.
Для поисков Глеба были привлечены все структуры, так или иначе способные помочь. Все, начиная от МВД: контрольно-спасательные службы Кавказа, военно-десантное подразделение, спасатели кафедры гляциологии МГУ, вертолеты многочисленных служб, геологические отряды, Географическое общество, институт географии, службы метеорологов и лавинных станций Кавказа, средства связи, телевидение и даже рыцари коротковолновых станций, обменивающиеся сигналами с труднодоступными районами Кавказского хребта. Исхожены сотни километров. Опрошены полсотни свидетелей. Маршрут Глеба с момента, когда он покинул гостиницу "Горянка" в поселке Цей и до места его исчезновения в верховьях Терека возле села Кетриси, восстановлен во всех подробностях. Все действия правоохранительных органов возглавлял заместитель начальника Управления МВД по розыску без вести пропавших генерал В.Н. Федощенко. Этот человек способен поколебать самую застарелую ненависть к милиции у любого человека, включая "заслуженных" уголовников.