Боль

***

Я не мог её забыть, и это было странно. Сколько их было? Этих девочек и женщин, что кончали вместе со мной? А сколько еще будет? Но почему-то её забыть не мог. Помнил выражение лица. В самое последнее мгновение, когда заставил поднять голову. Глаза, закатившиеся, в то время как тело содрогалось в моих руках от удовольствия. До сих пор ощущал её аромат на своих пальцах. Страстная девочка. Очень страстная. Этому жалкому Майклу повезло. Хотя из того, что ему было известно на данный момент, будет она даже фригидной тупой уродиной, он бы все равно захотел на ней жениться. И по непонятной причине меня это злило. Сейчас мне вспоминалось, как при первой встречи, он пожалел девочку, которую возьмут замуж из – за денег. Мысли оказались пророческими. Если бы женишок хотя бы капельку её любил, мне бы было легче. Но нет.

В течение прошедших двух месяцев, я узнал все, что было можно о нем. В какой – то момент, даже поймал себя на мысли о том, что бы рассказать воробью о нем. Но знаю, что она не поверит. А вероятнее всего просто сбежит при виде меня. Поездка в Англию подвернулась очень вовремя. Скорее всего она уже успокоилась. Да вот я к сожалению нет.

– Мистер Ди Минола, ваша машина ожидает внизу – голос секретаря ворвался в мое сознание, возвращая в реальность. Сегодня я лечу домой, во Францию. Завтра состоится прием, на котором, я просто обязан быть. Командировка и так затянулась. Отец даже позволил себе высказать удивление, столь внезапной любовью к Англии. Не могу же я сказать ему, что это остатки моей совести требовали держаться как можно дальше от дочери Вейнов. В другой стране, лучше было бы даже на другом континенте. Странная для меня забота о женщине. Сколько лет прошло… шесть? Нет, девять лет. Именно тогда мне объяснили, что женщины недостойны заботы, восхищения и уж конечно любви. Мать была исключением, но она меня и не предаст. А вот остальные. Все они жадные, самолюбивые сучки. Каждая ищет свою выгоду. Урок был усвоен. Тем более странно, что он не может выбросить из головы Николь. Даже собрал информацию о её женихе. И сам не знает что с ней делать.

В самолете, я пытался просмотреть бумаги, но память упорно возвращала меня на два месяца назад. Когда вел её вниз, она казалось полностью потерянной. Совершенно дезориентирована. В какой то момент даже подумывал о том, что бы дать ей возможность побыть какое-то время одной. Но тут же отмел эту мысль. Не удержусь. Потому и потащил её так быстро вниз, не дав прийти в себя. Я хотел этого воробья. Отрицать было бессмысленно, тем более, что по-прежнему ощущал желание. Сам не понимал, как смог остановиться. Она бы точно не сопротивлялась. В какой-то момент уже был готов расстегнуть брюки, подхватить ноги и войти в нее. И не останавливаться, пока не заставлю кончить её еще раз. И еще… Боже о чем он думает. С такими мыслями, ему самому теперь нельзя появляться перед гостями. Слегка спавшее возбуждение вернулось с новой силой. Надо подождать.

– Стой. Нужно привести тебя в порядок. Мы же не хотим, что бы каждый сразу догадался, чем ты занималась наверху?

– Что? Занималась. Да. Боже мой!

Схватилось руками за голову, в какой –то момент уже думал, что будет биться об стену. Но нет, просто согнулась, сползая по стене. – Что же я наделала. Как мне теперь смотреть в глаза Майклу. Как признаться?

– Успокойся. Говорить об этом ни к чему. Сейчас приведем в порядок твои волосы, и смело в бой. Расскажешь, что экскурсия тебе понравилась, но ты соскучилась по нему. Не думаю, что кто-то будет тебя расспрашивать о том, что видела. – Я старался говорить как можно жестче. Не дай бог еще в истерику впадет. Тогда уж точно, версия с экскурсией не пройдет. Сразу будут вопросы, и наверняка она обо всем расскажет. Что бы она там не думала, ему так же не к чему огласка этой истории.

– В бой? Ты что издеваешься? Я изменила своему жениху. И с кем? Боже мой! Как я могла до такого дойти? Я ведь тебя ненавижу, – похоже, все-таки разрыдается. Этого только ему не хватало.

– От твоих истерик лучше ни кому не станет. Возьми себя в руки. Терпеть не могу истеричек, так же как и фальшивые слезы. У тебя два вариант: либо берешь себя в руки и мы чинно возвращаемся к гостям. Или я брошу тебя тут одну, и потом объясняй сама как хочешь, где потерялась.

К моему удивлению, мои слова привели ее в чувство. Не знаю что именно из сказанного. Ну и наплевать. Главное что бы все прошло гладко. Она молча стояла, пока я приводил её волосы в порядок, казалось, даже дышать боялась. Когда я положил её рука на свой локоть, у меня появилось ощущение, что вместо страстной живой девушки, которая еще недавно была в моих объятиях, теперь появилась деревяшка. Нервная дергающаяся походка. Прямая спина, поднятая голова. И никаких эмоций на лице. Но лучше так, чем слезы.

Наше появление прошло незамеченным. Но это и требовалось. Подвел к жениху, сдал с рук на руки. Пусть сама разбирается. Рассказывать она явно не будет. Остальное меня не волнует. Но как ни странно, мой взгляд постоянно возвращался на нее. Ловил сам себя на этом. Злился. Одергивал. Но все равно смотрел. Видел, как постепенно оттаяла. Смеялась, улыбалась. И ни разу не посмотрела в его сторону. Наоборот избегала всеми силами. Ну и к лучшему. Теперь самому нужно забыть о ней.

Но не получалось. Уехал в другую страну. Куча работы, множество красивых женщин, но все равно вспоминал о ней. Еще и брат, который время от времени писал и звонил, и как и раньше его разговоры сводились к ней. Этому идиоту хватило ума признаться в любви Николь. В своей нелепой, щенячьей любви. По его словам, она приняла это очень мило. Не рассмеялась, не иронизировала. Наоборот смутилась. Как она будет реагировать при встрече с ним? Завтра этого не избежать. Я предвкушал этот миг. Пусть это неосмотрительно и связываться с младшей Вейн ни в коем случаи не стоит, но хотел увидеть её. Знаю, что смогу сразу понять, помнит ли она обо мне. А там… кто знает?

ГЛАВА 8

Лето 2012

(ночь накануне свадьбы)

Невеста брата! Лишь недолгое время в далеком прошлом, ему казалось, что они могут быть вместе. Потом, всегда не его. Всегда чужая. Неразрывная связь. Видит бог, он не раз пытался покончить с этими отношениями. И если быть откровенным, она так же прилагала к этому усилия. Вот только все было напрасно до этого дня. До завтрашнего дня! Как они докатились до такого. Одна мысль, о том, что его брат, наконец – то получит её в свое полное распоряжение, будет ласкать это тело, сводила его с ума. Он давно не обманывался и прекрасно понимал, что это чувство вызвано ревностью. Признав ее наличие один раз много лет назад, он более с ней не расставался. Сколько раз, видя как её обнимает чья то чужая рука, он еле сдерживался от того, что бы минимум не сбросить, а лучше просто переломать это руку? Другие мужчины, он всегда гадал, сколько же их было на самом деле? Ему точно было известно, кто был первым, но в глубине души, Лука всегда был уверен, что станет последним. Но нет, им будет его брат.

Родной брат, черт возьми! Младший братишка, которого он привык опекать и оберегать от жизни, теперь оказался худшим врагом. Я ловил себя на мысли, что хотел бы разорвать его на части раньше, чем он окажется в одной постели с молодой женой. Я сойду с ума, представляя себе картины этого.

Её слова, о том, что он лишь случайный любовник сорвали с него все запреты. Мысли мучавшие его так долго, вырвались на волю, превращая в зверя. Сучка! Всегда игра, притворство. Ирония судьбы, всего час назад, он думал о том, какая она нежная, испытывал желание утешать, а сейчас вновь вернулась злость. Сломать, уничтожить. Как он ее ненавидел, как часто мечтал задушить, избавиться от наваждения, которое сломало ему всю его проклятую жизнь. Двойная свадьба? Хорошо! Но никакой двойной брачной ночи. Этого не будет. Она получит её сегодня и с ним, а завтра, будет рассказывать молодому мужу сказки, почему не может лечь в постель с ним или раздеться на его глазах. Пусть изображает стыдливую скромность, ей это всегда прекрасно удавалось.

Запрокинув голову Николь, я обдумывал в деталях, что с ней сделаю, чувствуя, все большее возбуждение. Желание взять её и наказать, сливалось в одно целое.

– Милая, ты пожалеешь о своих словах, обещаю. Так же как и то, что эту ночь ты еще долго не забудешь. Будешь потом вспоминать и сравнивать.

– У меня и так слишком много воспоминаний, связанных с тобой. Лукас, прошу, отпусти. Не делай этого, - я слышал её голос, но не воспринимал слова. Пусть говорит что хочет. От этого уже ничего не изменится.

– Никогда. Ты мое проклятье, моя боль. Я не могу тебя отпустить. Как бы ни хотел этого. Из –за тебя, я предаю родного брата, свою семью, свою душу. И сейчас, слыша твою просьбу, я ощущаю, как в тебе нарастает возбуждение. Буквально чувствую запах твоего желания, как и раньше всегда ощущал это.

– Нет, нет. Лукас опомнись. О чем ты говоришь, завтра моя свадьба. И твоя тоже. Я не хочу сравнений и воспоминаний. Остановись. Отпусти нас обоих. Мы должны это прекратить сегодня.- Её руки поверх моей руки, в жалкой попытке вытащить волосы. Но я вижу, как бурно вздымается её грудь, как проступают контуры сосков. Слышу, как участилось дыхание.

– Ты сама ведь этого хочешь. Вспомни, много лет назад, все было почти так же. Тогда ты говорила, что это неправильно. Потом молила о продолжение. Ты знаешь не хуже меня, что так будет и теперь. И я не отпущу тебя, пока это в моих силах. Ты моя. До того момента как выйдешь замуж за моего брата. После того как Алекс скажет да, это право перейдет к нему. Но сейчас… я возьму тебя. Как хочу. И ты все позволишь.

***

В моем сознание замигало красным светом предупреждение: Беги! Иначе погибнешь. Это невозможно. Я не смогу завтра стоя у алтаря, сказать «да», когда мое тело все еще будет помнить его ласки. Хотя кого я пытаюсь обмануть? Я никогда не забывала. Это сильнее меня. Проще наверное покориться. И запомнить ночь. Нашу последнюю ночь. Он уже не остановиться. И чем больше будет мое сопротивление, тем более яростным и настойчивым будет Лука. Тем более страстными будут его ласки… тем больше следов останется на моем теле. И я хочу их. Пусть самоубийство. Но хочу. Вот только сдаться сразу, ну нет, слишком легко. Забыв про боль, я со всей силы дернула волосы, вырывая из его рук. Попытка на этот раз оказалась удачной, и не медля, я рванула в сторону двери. Зная, что Лука меня догонит. И не была разочарована. Он впечатал меня всей массой своего тела, в закрытую дверь, не давая мне более возможности вырваться. Обхватил меня руками и нагнувшись к уху прошептал: