Боль

– Милая, тебе жарко? – Жарко? Нет. Я просто горю. От смущения. От ужаса. От.. от желания повторить.

– Я.. да. Может, выйдем из зала? Что-то с кондиционерами наверное.

Майкл сама заботливость. Конечно, выйдем. Мы же не хотим, что бы ты потеряла сознание. Хотя когда я его теряла интересно? Обмороки были присуще барышням, жившим гораздо раньше. Но все равно. Теперь я не хотела проверять, действительно ли Лука в зале. Не хотела знать, его ли взгляд пробирает меня до костей. Только сбежать.

Но момент упустили. Пока я мешкала, вставая из- за стола, послышался стук молотка. Распорядитель благотворительного аукциона, призывал к тишине. Уйти нельзя. Вот – вот начнутся торги. Чертова благотворительность. Теперь я осознала масштабы бедствия. Благотворительный вечер, в пользу фонда больных раком, планировался уже очень давно. Проведение аукциона с целью сбора средств, было отличным средством. Кто-то жертвовал, кто-то приобретал. Но это ладно. А вот то, что в этом году, было решено, продавать так же драгоценности… Идея сама по себе отличная, и использовалась во многих странах. Некоторые ежегодные вечера, поддерживали эту традицию из года в год. Что естественно. Женщина демонстрирующая украшения, и мужчина её спутник. Мало кто сомневался, в окончательном покупателе. И в этот раз, я так же принимала участие в показе. Не из-за самих драгоценностей. Детское желание, окончательно утвердиться в статусе невесты. Мой выбор пал на обручальное кольцо. Белое и желтое золото. Несколько небольших сапфиров и рубинов. Стоило увидеть, как меня не покидала уверенность, что оно – мое. Лед и пламя. Откуда только это взялось. А теперь вот, я вынуждена буду выставить себя напоказ. И любой может попросить подойти поближе, посмотреть на кольцо. С другой стороны – а зачем? Итак, понятно, кто будет конечным покупателем. Конечно, некоторые примут участие в торгах, поднимая цену. Но, несомненно, купит его Майкл. Моя уверенность основывалась на том, что я слышала обрывок разговора с моими родителями. Они просветили его на счет демонстрации украшений и ожидания как всего света, так и женщин, что показывают. Он заверил, что все понял. В день свадьбы, на моем пальце, будет сиять именно это кольцо. Не могу сказать, что и до того меня терзали сомнения, но… но так было легче. Поверить, что по-прежнему все хорошо. Чертов Ди Минола, это он виноват в моих метаниях.

С головой уйдя в размышления, я мало следила, за ходом торгов. До тех пор, пока ко мне не подошел один из помощников распорядителя.

– Мадемуазель, Ваша очередь следующая - на небольшом подносе в его руках, была небольшая коробочка. Внутри красными и синими всполохами играли грани камней. И опять это чувство. Кольцо, созданное для меня.

– Да, конечно – в этот момент, раздался стук молотка. Очередная драгоценность продана. Поднялась, и протянула руку. На полотне, позади аукциониста, было огромный экран. Устроители вечера, продумали все до мелочей. Каждый лот, выводился на экран. Когда я подняла глаза, там уже было изображения кольца. Благодаря подсветки, которую явно использовали при съемках, в некоторых ракурсах, создавалось ощущение сплетения камней. Игра теней. Действительно лед и пламя.

– Господа! Вашему вниманию представляется кольцо потрясающей красоты! Сапфиры и рубины в обрамление белого и желтого золота. Бесценное произведение искусства. Работа известного мастера, кольцо имеет свою историю. Созданное в начале прошлого века, оно должно было украсить руку дочери ювелира в день её свадьбы. Но по стечению обстоятельств, в ночь накануне свадьбы кольцо исчезла. Девушка решила, что это дурной знак и свадьбу отменила. Долгие годы, не было известно его местонахождение. Пока спустя почти сорок лет, его не нашли в тайнике. У человека, что делал предложение, но свадьбу, с которым не одобрил ювелир. Господа, у Вас есть уникальный шанс. Вы можете вдохнуть жизнь в это кольцо. Пусть оно засверкает на пальце вашей нареченной в самый счастливый день жизни! Пусть будет исполнено его предназначение. Начальная стоимость десять тысяч*(евро).

Слушая голос аукциониста, я впала в какой – то транс. Вновь ощущала его взгляд. И тут уже не скрыться. Как модель, демонстрирующая лот, я должна была все же пройтись по залу. Этот момент особо оговаривался, когда мне давали инструкции. Делаю первые шаги, по возможности стараясь сохранять надменный вид. Скорее всего, мои попытки выглядят жалкими и смехотворными. Но попытаться должна. Может, надо было перед зеркалом потренироваться, что бы на лице читалось максимум высокомерия и снобизма? Иду лавируя между столиками, рядом со мной идет все тот же помощник. Взял под руку, на которую надето кольцо, и каким - то образом исхитряется, и кольцо показывать, и не выставлять нас обоих в дурацком свете.

Слышу голос Майкла, который торгуется с кем – то из приятелей. Те конечно не задирают особо высоко цены, но стоимость поднялась до двенадцати уже. Внутренне я молюсь. Не хочу проходить рядом с семейством Ди Минола. Уверенна, что помимо Луки, здесь присутствуют так же и остальные. После признания Алекса, мне так же, не хочется его видеть, как и брата.

Молиться надо было усерднее, потому что именно к их столу мы и направлялись. Торги к этому моменту дошли уже до тринадцати с половиной тысяч. И тут…

– Не могли бы вы показать кольцо вблизи?

– О чем ты, черт возьми, думал? Как посмел такое сделать?

– Какие проблемы? Деньги не твои, а мои. Или уже забыл? У меня давно есть собственное деньги. Заработанные, на тех самых инвестициях, от которых ты отказался. Так что я в своем праве.

– Подумай лучше, какие теперь пойдут слухи. Чего ты добиваешься?

– Тебя, это, не касается!

– Я глава этой семьи, а значит меня касается абсолютно все. И твои поступок, который, кстати сказать и в деньгах стоил немало, касается меня тоже.

– Отец. Я скажу один раз. Только один. Советую, запомнить мои слова. Ты потерял все права указывать мне, что делать, много лет назад. Ты так же потерял право, требовать от меня финансовый отчет, пусть и не так давно, но все же. Не смей вмешиваться в мои дела. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Иначе, я обещаю, что выйду из бизнеса. Более того, я потребую полного возмещения своей доли.

С лица отца ушли все краски. Он прекрасно понимал, что это будет означать крах бизнеса. Нет у семьи таких денег. Даже если продать все, что можно. Он понимал, что я могу это сделать. Так же, как и то, что брат или мать, от этого не пострадают.

– В кого ты превратился?

– В того, кем ты меня сделал. Любуйся, на творение рук своих.

Алекс, молча наблюдал эту сцену. На его лице было написано непонимание. Но еще более явственно проступило осознание, что это он виноват частично в нашей ссоре. Дурацкое желание - подержать ручки мадемуазель Вейн, привело к этой сцене. Надо будет потом его успокоить. Злость на отца по прежнему бушевала внутри. Этот огонь, который большую часть времени был притушен, сейчас разгорелся вновь. Воспоминания разрывали голову. Сколько лет я старался угодить отцу во всем. Быть таким же как он. Теперь я с полным правом мог назваться такой же бесчувственной скотиной. Вот только для него оказалось неожиданностью, что это обратится и против него. Вечер, когда отца поразили оба сына. Только Александр совершил глупый, импульсивный поступок. А я расчетливо поставил его на место. Напомнил, что все еще живо. И что не простил. Одно хорошо, ему хватило ума, наброситься на меня, после того как мать уже ушла. Сам же развязал мне руки.

– Лукас. Ты ведь мой сын.
– Ах, какое дрожание в голосе. Казалось, прямо на глазах, сильный и уверенный в себе мужчина постарел. Вот только мне уже давно было наплевать на него.

– Я был твоим сыном. До восемнадцати лет. Теперь, я лишь человек, который носит твою фамилию. Тот кто может разорить тебя в любой момент. Тот кто держит за горло, безжалостного Ди Минола. Помни об этом. Помни о том, что я сказал. Как помню я.

Все. Хватит. Пора заканчивать этот балаган.

Поднялся наверх к себе и машинально достал из кармана бархатную коробочку. В свете ламп, кольцо все так же играло красными и синими всполохами. Огонь и вода, разделенные золотом. Вспомнился взгляд Николь. Когда дрожащей рукой снимала кольцо с пальца. Я видел обиду в её глазах. Видел непонимание. Но не мог иначе. Бедный воробей, ты еще не знаешь, но уже погиб. Мысленно, я возвращался на несколько часов назад. Чертов благотворительный вечер.

– Не могли бы вы показать кольцо вблизи?

Алекс? Что он черт возьми делает? Не мог же он решиться на перекупку? Не могло быть сомнений, в том, что ему известно, пусть негласно, но ожидалось, что украшения приобретут спутники женщин демонстрирующих украшения. Но у Николь уже был жених, который так же присутствовал в зале. И хотя торги и шли, это было всего лишь искусственным завышением цены. До этого момента.

– Да, конечно.
– Сопровождающий её помощник, мягко направил свою спутницу в сторону их стола. Весь вид мадемуазель Вейн выражал страстное желание сбежать. И желательно в другой конец города. Александр сидел около меня, так что она оказалась совсем недалеко. Я видел взгляды, которые она бросала украдкой в мою сторону. В её глазах был ужас. Можно подумать, что я сейчас встану и на весь свет объявлю о маленьком происшествие, имевшем место быть два месяца назад. Но помимо этого, я видел так же в её глазах желание. Затаенное, но прорывающиеся. Она все помнила. Более того, хотела еще. Может сама пока не осознала, но хотела.