Боль

Интересный вопрос. Действительно ли я готов был пойти на это? Сейчас, мне казалось, что да. На что угодно, лишь бы избавится от этой дряни, которая вот-вот пролезет как змея в мою семью. Станет невесткой моей матери. Будет присутствовать на наших семейных торжествах. Будет в моей жизни, как постоянный элемент от которого чертовски сложно отделаться, иначе я не наблюдал бы сейчас ее здесь.

Но к сожалению, она была права. Мои желания тут не играли особой роли. Сколько бы сильно я не хотел избавится от этой дряни, раз и навсегда обозначив ее место, это было не в моих силах. По крайней мере пока. Слишком многое поставлено на карту. Моя репутация в мире бизнеса, но что важнее – репутация семьи. И тот факт, что у этой сучки была информация, которая могла превратить в ничтожные осколки мою семью, оставив лишь черепки разбитого очага. А значит придется с ней договорится:

– Слушай меня внимательно, Каролина. Я скажу только один раз и больше повторять не буду. Мы поженимся через год, со всеми необходимыми для этого атрибутами. Ты получишь освещение прессы, положение в обществе и все прочие блага, сопутствующие власти и деньгам. Но никогда, слышишь, никогда твое отродье не станет моим ребенком. Делай с ним что хочешь, но в моем доме его не будет. Родишь или отправишься на аборт, мне наплевать, но своим я его не признаю.

Отойдя от неё, испытывая дикое чувство брезгливости, я молча ожидал, пока она осознает, что не получит того, на что рассчитывала. Тут не было место сомнениям, сделает так, как того хочу я. Слишком долго шла к своей цели, чтобы из-за глупого упрямства потерять все сейчас.

– Я решу эту проблемы... Но ты хоть понимаешь, что в случаи аборта я потом возможно не смогу родить тебе? И останешься без наследного принца вашей семейной империи.

– Значит бог милостив будет, не дав тебе возможность порождать себе подобных. А теперь - пошла вон. И без необходимости, не смей являться мне на глаза.

Больше я не смотрел на нее, но громкий хлопок дверью, достаточно убедительно известил о ее уходе. Оставляя мне возможность заняться наконец делами перестав копаться в своей памяти, как чертова истеричка.

Но сколько бы я не смотрел в экран ноутбука, перед глазами вставала совсем иная картина. Там не было красоты и удовольствия, только выворачивающие, разрывающие на части эмоции. Зажигательная смесь из ярости и боли, требующая выхода. Каролина, которая беременна и Николь, напомнившая о себе, об их отношениях. Две женщины, такие разные во многом, но на поверку, совершенно одинаковые. У каждой из них своя цена, но она есть и это невозможно отрицать.

Только если в одной я сразу смог рассмотреть это, то воробей оказалась куда более лучшей актрисой. Все что мне досталось – это официальный статус ее первого любовника. Того, кто лишил девственности и подумать только, в течение недолгого времени, у меня где – то в глубине сознания, жила гордость надутого индюка: «Я первый! Моя!». И как горько было потом осознавать, что это была только иллюзия. Призрачная химера, чистая физиология, в то время как она на самом деле была гораздо опытнее, чем мне думалось. Зачем только скрывала? Или был прав отец, говоря, что увидев возможность подцепить меня на крючок, она решила сыграть в невинность. Но как, я то мог так ошибиться? Почему не увидел? Или может не хотел видеть?

Как бы там не было, мы встретимся и очень скоро. Всего несколько дней, прежде чем она получит мое внимание, настолько полно, что пожалеет о той минуте, когда ей пришла в голову идея, отправить мне это кольцо.

Октябрь 2005 года

Просыпаясь и идя на завтрак, я каждое утро со страхом брала газету, ожидая увидеть новые фотографии. Хотя первая волна обсуждений и домыслов уже сходила на нет. И наконец – то сегодня, спустя неделю, я не увидела его лица, их лиц, улыбающихся в камеру. Мне не было суждено в очередной раз мучительно разубеждать себя, что никакой насмешки в этом нет. И напоминать, что последняя связующая нить была оборвана лично мной – кольцо доставили по адресу. Больше не осталось никаких напоминаний, о недалеком прошлом, в котором было столько счастья и двух годах, полных затаенной боли. Ничего, кроме памяти, взбесившийся в последние дни и то и дело подбрасывающий мне картинки, оживающие перед глазами настолько, что казалось протяни руку, и я провалюсь в этот омут, также, как и Алиса попавшая в страну чудес.

Завтрак, работа над очередным проектом, завершающие штрихи эскизов, перед встречей с прорабом и началом реставрации очередного дома. А вечером, такая же очередная вечеринка, то есть прием, посвященный каким – то благотворительным целям. Может я была слишком черствой, или же просто безразличной ко всему, но подобные приемы, казались мне кощунством. Если уж хотите помогать, то отдайте деньги, затраченные на вино и еду, фонду, а не поите и кормить богатых гостей, которые и так все это могут купить. А так, просто повод собраться, «увидеть других, да себя показать». И к сожалению, я была обязана присутствовать. Ощущать липкие взгляды на своей коже, слышать шепот, оценивающий мой внешний вид и совсем тихо, пересказы, о моей неудачной помолвке. О том, что я испорченный товар, который не умеет скрывать свои интимные тайны. Сборище снобов. Двадцать первый век на дворе, но именно мне выпала участь стать «викторианской девушкой, уронившей свою честь». И ведь осуждали – то, не потому, что у меня был любовник, а потому, что об этом узнали. Надо же, в девятнадцать лет – и не девственна.

Иногда мне казалось, что обществу просто нужно, иметь какую – то парию в своих рядах. Два года прошло, а все еще помнили. Каждое мое появление выглядело одинаково. Каждый вечер требовал огромных усилий: «Не бежать, держать голову высоко». Но сколько бы я не просила мать, меня все равно туда тянули. И сегодняшний прием, не станет приятным исключением.

Глава 23

Декабрь 2011

Я мечусь между чувств,

Умирая и вновь возрождаюсь.

Я люблю до безумия,

До боли в костях.

Истерзанным сердцем,

Вижу только тебя…

Это судьба, что моя жизнь изменилась еще раз, именно в тот день, зачеркнув все что было в прошлом и открывая будущее, в котором крылось боли больше, чем я могла себе представить. Искореженных, во многом изломанных эмоций и чувств, составляющих мою жизнь долгие годы. Но было и иное – было безграничное счастье. Агонизирующее, каждый раз на грани, постоянно скидывающее в бездну, взамен тех минут удовольствия, что проскальзывали. Дикого, как воинствующее племя индейцев. Необузданное, как воин, идущей на свой последний бой. И скрытое ото всех.

Шесть лет назад, на том самом приеме, когда я вновь встретила Луку, моя жизнь была обречена на разделение и не могу сказать, что сильно противилась этому. Это всегда было больно, оказываться рядом с ним. Всегда невыносимо. Но я и не желала другого, и не могла. Любовь к нему не была спокойной и доброй. Она не давала упокоения и уверенности в будущем. Наоборот, противоречивые, раздирающие изнутри эмоции, искусанные в губы кровь, от ожидания, израненные собственными ногтями ладони, от очередной порции унижения и недоверия с его стороны. Слезы, прорывающиеся от злости, когда уже трясло, от его твердолобости. Спектакли, устраиваемые специально для него и отвращение, испытываемое каждый раз, к самой себе. Всегда, когда уступала ему, сдавая свои позиции, не в силах отказаться от этих отношений. Чувства, что поработили меня, человек, который покорил, так легко и быстро, как ураган, сметающий все на своем пути. Полное отсутствие воли, слабая, подчиняющаяся, это все про меня. Именно такой я и была все это время. Какие бы яростные ссоры не происходили между нами, все это забывалось мной, отступало в сторону, уступая вопящему внутри голосу: это же он. Тот, кого люблю я и тот, кто любит меня. Вот оно, то самое, почему это длится так долго. Практически половину моей жизни. Девять лет, из которых семь – всегда на грани. Каждый раз не зная, что меня ожидает при встрече. Будет ли это страстный любовник, а может дикий зверь, который ненавидит меня всем своим существом. Безразличный незнакомец или мужчина, которому я могла доверять и раскрыть свою душу. Постоянные взлеты и падения, которые изматывали мою душу, превращая в жалкое подобие человека. Речь не шла о морально сильной женщине, нет, в моем случаи – существо в образе женщины, которая никогда не могла освободиться от него. От того, кто по сути не держал, но и не отпускал. Он просто был. Появился в моей жизни в так давно, был первым мужчиной, который бросил меня. Два года влюбленности в эфемерный образ, созданный мной на основание месяца близкого знакомства. А потом пропасть, в которой не было влюбленности, но была любовь. Дикая, сумасшедшая, не имеющая права на жизнь, любовь. Та что сломала меня и перемолола в своих жерновах. К мужчине, который играл мной много лет, добиваясь того, что хотел он.

Сегодня я приняла решение, которое изменит все. Нет, не вырвет меня из капкана моих чувств, но заставит сдерживать их. Забыть, уничтожить, превратить в прах. И возможно, спустя десятилетия, мое сердце не будет замирать от одного звука его голоса. В моих глазах не будет разгораться пламя, при виде него. А мое тело не отзовется на его присутствие. И я пыталась поверить в это. Пусть безнадежны все попытки, но пыталась убедить себя в этом. А в глубине души знала, что все это обман самой себя. Александр будет просто сдерживать нас обоих в определенных рамках, но не сможет заменить своего брата – никогда. И пусть это во многом подло по отношению к нему, но я просто устала бороться и надеяться. Больше не могу. Сейчас мне казалось, что лучше бы я съела то чертово кольцо… что и сейчас красуется на моем пальце.

Рубины и сапфиры. Для меня это всегда было символом двух стихий: огня и воды. Мощные, покоряющие природу и прирученные людьми. Но никогда до конца не поддающиеся контролю, и несовместимые друг с другом. Это было весьма символично, так как за эти годы, я пришла к мысли, что мы так же не можем быть вместе, как невозможно слить воедино огонь и воду, не притушив огня и не испарив воды. Чего было в этом больше: злого рока или нашей полярности? Такой же как у противоположно заряженных частиц, вызывающих при столкновении взрыв. И последствия подобных взрывов разрушали меня изнутри, с каждым разом откалывая еще один кусочек от уверенности в себе.