Больная родина

— Слышь, Фаэтон, я что-то не втыкаюсь. То валить, то не валить. А если не валить, то и бабки будут так себе, нет?

— Нормальные бабки, Дуня, не гоношись. Десять тонн гривен авансом на двоих, а если выгорит, то еще столько же. На, держи, твоя доля. Гладыш уже расщедрился, выдал.

Несколько минут было тихо. Все правильно, деньги любят тишину. Похоже, «исполнитель» пересчитывал долю, набранную из мелких купюр.

— Маловато будет, Фаэтон…

— Ладно, не хами. Мы пощиплем Петруху, а Гладыш потом еще добавит.

— Ладно, леший с ним. А чего Гладыш наехал на Петро, не знаешь?

— Бизнес хочет отобрать, а тот ерепенится, вцепился в него. Гладышу на пенсию пора, жить ведь надо, вот и решил переписать на себя Петрухино хозяйство. Там не бог весть что, но вроде все работает — автосервис, мойка, пара магазинов с запчастями. Гладыш обещал, что поставит нас рулить автомойкой, если все в шоколаде будет. Ты как к этому, Дуня?

— Ой, да ладно, не свисти. Гладыш — то еще трепло. Поживем — увидим. Куда идти-то?

— Недалеко он обитает, на Варяжной. Из дома вызовем, настучим по сусалам да разбежимся. Работы на десять минут. Маску взял?.. Давай, Дуня, дожевывай да расплатись.

— А чего это я? Ты тоже жрал.

«Сон в летнюю ночь» уже не задавался. Маргинальные элементы продолжали переругиваться, завозились, готовясь к отбытию. А Сергей окаменел. Как удачно он сюда зашел!..

Конечно, все услышанное могло быть совпадением. Мало ли в городе Петрух, владеющих небольшим автобизнесом, у которых некто Гладыш решил отнять его. Но все же!.. Во-первых, живет неподалеку, через два квартала. Во-вторых, «малую и жинку пока не трогать». Уж не про Дашку ли и маленькую Лизу идет речь? В-третьих, больно подавленными выглядели родственники, когда в последний раз общались по скайпу. Тревожило их что-то, не давало беззаботно улыбаться. Мама знала об их проблеме, но молчала как партизанка. Почему?

Мужики выбирались из соседней кабинки. Сергей упер локоть в стол, прикрыл лицо. Они не смотрели в его сторону. Да и полумрак выручал. Два невзрачных, небрежно одетых типа — один повыше, другой пониже — потянулись к выходу. Один достал зонтик. Надо же, эстет! Другой натянул ветровку. Они ушли, не обернувшись.

Сергей бросил купюру на стол, натянул капюшон и заспешил за ними.

Дождя уже не было, но в воздухе стояла плотная изморось. Злоумышленники быстро шли по тротуару, затем свернули в Овражный переулок. Сердце Гайдука екнуло. Это самая короткая дорога к дому Даши и Петра. Поблизости никого, кроме этих двоих. В домах за палисадниками горел свет, но шторы были задернуты. Рядом глубокий овраг. Удачнее места не найти.

Сергей ускорил шаг и негромко позвал:

— Эй, Дуня, Фаэтон! Стойте, хлопцы.

Те вздрогнули, обернулись. Гайдук надеялся, что под капюшоном они не разглядят его лица.

— Ты кто такой? — настороженно спросил Фаэтон, тот, что был повыше.

Второй напрягся и словно невзначай сунул руку под куртку. Матовые блики заблестели в его глазах.

— Я от Гладыша, — с легкой хрипотцой буркнул Сергей. — Он велел вас найти. Все отменяется. Гладыш уже договорился с Петром.

— Ты чего несешь? — Фаэтон подался вперед, всматриваясь в лицо незнакомца.

Сергей еще ниже опустил голову.

— Это как он с ним договорился? Три месяца окучивал, а тут вдруг…

— Ты кто такой? — прошипел Дуня, и рука его медленно поползла из кармана. — Мы тебя не знаем. Ты как нас нашел?

— Да все в порядке, парни, — миролюбиво сказал Сергей. — Гладыш говорил, где вас можно найти. У него, в натуре, все в норме, можно не шухериться. Он уже перетер с Соенко, тот понял, что дело швах, и задрал лапы. Вы же к Соенко идете?

— Ну да, к Соенко, — растерянно пробормотал Фаэтон. — К Петрухе.

У Сергея тоскливо засосало под ложечкой. До чего же своевременно завернул он в эту «Фиалку». Совпадение — раз на миллион. Что-то символичное?

— А аванс? — встрепенулся Дуня.

— Можете оставить себе.

Сергей решил, что беседа затянулась, скинул сумку с левого плеча, одновременно выбросил правый кулак. Что-то часто он стал в последнее время его использовать. Фаэтон сломался как сухая ветка, рухнул с разбитым вдребезги носом.

Его подельник с шумом выпустил воздух, выхватил выкидуху. Но правая нога Гайдука уже шла по нужной траектории и выбила нож. Двойной удар по челюсти был похож на залп из двустволки. Дуня закачался словно маятник. Третий удар разбил ему лицо, порвал губу и отправил прямым ходом в овраг. Он катился по склону, издавая харкающие звуки, бился обо что-то, потом затих.

Сергей тоже застыл, повел головой. Вроде тихо, народ на шум не сбегался. Для беседы хватило пятнадцати секунд, особо и не галдели.

Он опустился на корточки перед поверженным Фаэтоном, всмотрелся в полумрак. Поганцу досталось основательно. Развалился не только нос — трещины пошли по всем лицевым костям.

Фаэтон выхаркивал кровь, конвульсивно подрагивал.

— Кто ты, падла? Чего тебе надо?

— Шоколада. Неважно. Теперь тихо назови себя по имени.

— Фаэтон.

— Я в курсе. А в миру?

— Каретный Василий Иванович.

— Из местных дворянских кругов, значит. А дружок?..

— Дуня.

— Не зли меня, Василий Иванович.

— Дунькин Леха. Блин, не знаю, как его по батюшке. Он у Петрухи механиком в автосервисе работал, тот его на краже поймал, уволил.

— Почему-то меня это не удивляет, — проворчал Сергей. — Кто такой Гладыш? Полная фамилия?

— Гладышев. Дьявол, как его?.. Да, Анатолий Михайлович. Майор, военком Новодиева. Слушай, кто ты такой и что тут творишь?

— Не говори, дружище, — посетовал Сергей. — Явился, понимаешь, в чужой храм со своей свечкой.

Он ударил в переносицу, с таким расчетом, чтобы выбить дух, но не лишить жизни. В «рабочее» состояние этот тип уже не вернется. Увечья необратимые. Несколько мгновений Гайдук задумчиво сидел над поверженным телом, потом прощупал пульс. Жив, и это правильно. Сергей бегло его обшарил, выудил пачку мятых гривен, переложил к себе в карман. Так надо, пусть списывают на ограбление. Сами потерпевшие вряд ли что-то вспомнят. Нужно было спешить, пока не появились посторонние.

Он спустился в овраг, подсвечивая телефоном, склонился над вторым бандитом, раскинувшимся в живописной позе. Тоже жив, хотя и без сознания, а челюсть круто свернута. Люди с таким увечьем не отличаются разговорчивостью. Этого субъекта Гайдук тоже избавил от наличности. Хорошая версия — кто-то видел, что парни трясли деньгами в «Фиалке», и решил их подкараулить.

Сергей поморщился. Официантка и бармен могут его вспомнить. Полумрак и щетина не спасут. Но побриться в любом случае стоит.