Братство волков

Коваль, одетый в светло-кофейного цвета брюки – спереди на ремне борсетка, – в сорочку с коротким рукавом и бейсболку, имел скорее вид курортника, нежели сотрудника серьезной конторы… Впрочем, ради справедливости надо сказать, что и двое остальных в их компании были одеты по-летнему.

– Ну? Чем заняты? – Он подошел к ним и, встав так, чтобы и ему было видно, – при этом положив руку на плечо Анохиной – уставился на экран лэптопа.

– Работаем, – Светлана повела плечиком, стряхнув горячую влажную руку с плеча. – Файл со снимками из Краснореченска прислали… Их и рассматриваем.

– Из Краснореченска? – удивленно переспросил Рыжий. – А на что они вам, эти дела?

– Какие именно «дела», Геннадий Михайлович? – спросила Анохина, развернувшись в кресле, чтобы видеть его. – Может, вы нас просветите?

– Да хулиганство это, – процедил Коваль. – Какие-то отморозы оставили в парке гроб…

– Это мы уже знаем.

Волков поднялся из кресла. Но перебираться с ним к своему нынешнему рабочему месту не спешил, а встал у торца стола. Сложив руки на груди, он задумчиво смотрел то на Анохину, то на пожаловавшего в кабинет «третьего».

– Ну, раз такие информированные все тут… знаете, наверное, что было несколько звонков? Или не слышали?

– Какого рода звонки?

– С информацией от анонимов про заложенные взрывные устройства. В кинотеатре и на летней эстраде. Телефонные терроризм, короче… Думаю, этих подонков уже вскоре вычислят и закроют в камере.

– Вы считаете, что это – «хулиганство»? А почему вы так думаете?

– Потому что… – Коваль почесал усеянный веснушками широкий нос. – Потому что, девочка моя, я поболее тебя в этих делах понимаю… Вот.

– Я не ваша девочка, – холодно произнесла Анохина. – А про изображение «волчьей головы» на эстраде и на стене кинотеатра? Про это что скажете?

– Чушь это все, – отрезал Коваль. – Молодежь резвится… идиоты!

– Думаете, это местный молодняк так «прикалывается»?

– А кто ж еще. Не понимают только одного, дебилы, что за такие вот «шутки» можно огрести серьезный срок…

– Значит, вы думаете, это дело рук местной молодежи? – глядя на майора, спросил Волков. – А какие у вас есть основания так считать?

– Я, в отличие от некоторых, знаю и сам Краснореченск, и ситуацию в регионе, – ухмыльнувшись, сказал Коваль. – Там имеются некоторые терки…

– Что за терки?

– Да ничего особенного… ничего из ряда вон.

– И все же? Просветите нас… коллега.

– Местные коллеги, – Коваль подчеркнул интонацией слово «коллеги», – мои коллеги из райотдела разберутся с этим делом. Им уже, полагаю, начальство из Краснодара накрутило хвосты, так что они эту тему в ближайшие день или два прикроют. И тех, кто хулиганит, соответственно тоже закроют. В «крытую», чтоб больше так не «прикалывались».

Сказав это, он посмотрел на часы.

– Ну? И чего чахнуть в офисе? Все равно начальства нет, а значит, некому оценить этот героический трудовой порыв…

– Что вы предлагаете? – из вежливости спросила Анохина.

– Предлагаю, Светлана, сходить в одно местечко… – Он посмотрел на сотрудницу, подмигнул по-свойски, после чего продолжил: – Тут неподалеку армянский ресторан. Я его хозяина хорошо знаю; ну, и он меня тоже. Для нас такие шашлыки приготовят, что просто пальчики оближешь…

– Так вы нас обоих приглашаете? – вскинув бровь, спросила Анохина. – Я вас правильно поняла, Геннадий Михайлович?

– Ну да, – улыбка на лице Коваля несколько потускнела. – Можем и втроем сходить. А чего? – Он похрустел пальцами, как будто собирался не в ресторан есть шашлыки, а намеревался сесть за рояль. – Начнем, так сказать, с чистого листа. Нам ведь теперь вместе работать… – Он посмотрел на Волкова. – Ты как?

– У меня другие планы, – сухо сказал Алексей.

– И у меня тоже… другие планы, – проговорила Анохина.

– Как знаете, – процедил Рыжий. – Ну, можете и дальше разглядывать эти… эти порнографические картинки с волками и гробами…

Он хотел еще что-то сказать, но в кабинете зазвучал рингтон мобильника – звонили Ковалю. И тут же ожил сотовый телефон Волкова.

Минут через пятнадцать в Управление приехали Никитин и его коллега Павел Павлович. Волков вышел еще раньше в коридор – он по голосу шефа, по интонациям понял, что что-то произошло. Николай Андреевич, поднявшись по лестнице, кивнул Волкову, а сам продолжил на ходу разговаривать по телефону.

– Значит, взрывотехники из Краснодара к вам уже выехали? Так… Так… Полиция выставила оцепление?.. Вот что, коллега! Сообщайте в округ обстановку каждые… каждые тридцать минут! А то мне сейчас полномочному представителю президента докладывать по телефону, а ясности по этому ЧП все еще нет!.. Работаете! Отбой связи.

Никитин положил сотовый в карман. Он хотел уже было открыть ключом свой служебный кабинет, но, заметив, что его коллега направился в закуток, где находится офис новой опергруппы, последовал за ним.

– Ну вот, первое задание для вас, – каким-то будничным тоном сказал Никитин. – А где дядя Саша?

– В гараже, – ответил Волков. – Сейчас придет… я ему уже позвонил.

– Так… – Никитин посмотрел на часы. – Пал Палыч, сколько дадим им на сборы?

– А чего долго собираться? – проговорил тот. – Не на Северный же полюс посылаем!

– Может, рейсовым самолетом их отправим? В Краснодар? Быстрее будут на месте.

– Так не то чтоб большой выигрыш получился, – Пал Палыч поскреб подбородок. – А если задержка из-за погоды? Грозы каждый день! Опять же, придется пассажиров снимать, чтоб наших «подсадить». Нет, я думаю, лучше на своих колесах. Надежней.

– Ну, так и порешим, – сказал Никитин. – Отправитесь на служебной машине.

Глядя на закрепленную на стене огромную карту, призванную не столько служить источником информации, сколько прикрывать следы потеков, спецпредставитель ФСБ по СКФО некоторое время, несколько секунд, рассматривал ее. Затем, взяв из стаканчика на столе Анохиной остро заточенный карандаш, подошел к стене и указал точку на карте:

– Пункт назначения – Краснореченск.

Глава 8 Апшеронский район