Брисингр

И тут Эрагону наконец удалось освободиться от мысленного присутствия Шейда. Ничуть не заботясь о собственной безопасности, он вновь ринулся в атаку на его сознание — единственное, чего ему сейчас хотелось добиться, это хотя бы на несколько секунд обездвижить противника.

Варог приподнялся, встал на одно колено и тут же снова пошатнулся, поскольку Эрагон удвоил свои усилия.

— Бей! — крикнул Эрагон.

Арья сделала стремительный выпад. Вихрем пронеслись в воздухе ее черные кудри…

И острие клинка вошло Шейду прямо в сердце.

Эрагон, морщась, стряхивал с себя магические оковы Варога, однако по-прежнему остро чувствовал его мысли, пока он, выдернув из груди меч Арьи, отползал от нее с разинутым в смертном вопле ртом. От этого страшного крика звенели стекла в окнах и в люстре под потолком. Потом Шейд протянул к Арье руки, сделал несколько шагов, но не дошел: замер на месте, кожа его побледнела, стала прозрачной, и сквозь нее стали видны десятки светляков — духи, с помощью магии запертые в его теле. Эти странные светляки дрожали, на глазах увеличиваясь в размерах, и наконец кожа Варога стала лопаться вдоль мышц, раздался хлопок, последовала яркая вспышка света, и духи вырвались на волю, разорвав Варога на части. Покружившись по залу, они тут же стали покидать его, с такой легкостью проходя сквозь стены, словно они были созданы не из камня, а из воздуха.

Эрагон постепенно приходил в себя; бешеный стук сердца замедлился, и он, чувствуя себя невероятно старым и усталым, с трудом подошел к Арье, которая стояла, опершись на стул и растирая шею ладонью. Она закашлялась, выплюнула кровавый сгусток, но говорить явно была не в состоянии. Эрагон коснулся ее руки и промолвил на древнем языке: «Вайзе хайль». И, чувствуя мощный отток энергии, использованной на исцеление Арьи, был вынужден тоже ухватиться за стул, ибо ноги почти не держали его.

— Ну что, лучше тебе? — спросил он шепотом, чувствуя, что действие заклинания завершилось.

— Да, спасибо, — тоже шепотом ответила Арья и одарила его слабой улыбкой. Потом мотнула головой туда, где только что стоял Варог: — Мы уничтожили его… Мы его уничтожили! И сами не погибли! — Она была явно поражена этим. — Мало кому удавалось убить Шейда и не погибнуть при этом.

— Это потому, что все они дрались в одиночку, а мы — вместе.

— Да, мы сражались с ним вместе.

— Ты помогла мне победить Шейда в Фартхен Дуре, а я помог тебе здесь.

— Да.

— Теперь я и тебя тоже буду звать Губительницей Шейдов.

— Мы оба теперь…

И Арья не договорила, прерванная протяжным горестным воплем Сапфиры. Дракониха, продолжая во весь голос вопить и причитать, яростно скребла по полу когтями, царапая и дробя каменные плиты, и молотила хвостом, громя мебель и сбивая со стен мрачные портреты хозяев здешнего замка.

«Их нет! Они ушли навсегда! Их больше нет!» — причитала она.

— Сапфира, что случилось? — воскликнула Арья.

Но Сафпира не отвечала, и эльфийка повторила свой вопрос, обращаясь к Эрагону. С трудом заставив себя произнести страшные слова, он сказал ей:

— Оромис и Глаэдр погибли. Гальбаторикс убил их. Арья пошатнулась, как от удара.

— Ох! — вырвалось у нее, и она так сильно сжала руками спинку стула, что побелели костяшки пальцев. Глаза ее мгновенно наполнились слезами, и слезы ручьем потекли по щекам. — Эрагон, как же… — Она протянула руку и схватила его за плечо, а потом вдруг оказалась в его объятиях, и он понял, что и у него на глазах слезы, и стиснул зубы, стараясь держать себя в руках и отчетливо понимая, что если сейчас разрыдается, то вряд ли сможет остановиться.

Так они стояли довольно долго, обнимая и утешая друг друга. Потом Арья высвободилась и спросила:

— Как это произошло?

— У Оромиса, видимо, случился очередной приступ, и пока он был бессилен, Гальбаторикс заставил Муртага… — Голос у Эрагона сорвался; он помотал головой и сказал: — Я лучше потом вам с Насуадой все расскажу. Она тоже должна об этом узнать, а я вряд ли смогу еще раз повторить свой рассказ.

Арья понимающе кивнула:

— Хорошо, тогда давай поскорее отправимся к ней.

58. Восход солнца

Сопровождая госпожу Лорану вниз по лестнице, они повстречали Блёдхгарма и его эльфов, которые мчались наверх, перескакивая через четыре ступеньки.

— Губитель Шейдов! Арья! — вскричала эльфийка с длинными черными волосами. — Вы не ранены? Мы услышали горестные причитания Сапфиры и решили, что кто-то из вас погиб!

Эрагон посмотрел на Арью. Клятва хранить тайну, данная королеве Имиладрис, не позволяла ему рассказывать об Оромисе и Глаздре в присутствии лиц, не имеющих отношения к Дю Вельденвардену — например госпожи Лораны, — без разрешения самой Имиладрис, Арьи или любого другого наследника эльфийского королевства.

Арья кивнула и сказала:

— Я освобождаю тебя от этой клятвы, Эрагон, и тебя тоже, Сапфира. Можете рассказать все, что сочтете нужным.

— Нет, мы не ранены, — сказал эльфам Эрагон, — а вот Оромис и Глаэдр только что погибли. Они пали в бою над Гилидом.

Эльфы вскрикнули в один голос, сраженные этой ужасной вестью, и засыпали Эрагона вопросами, но Арья, подняв руку, остановила их:

— Сейчас не время и не место удовлетворять ваше любопытство. Вокруг полно вражеских солдат. Да и в данную минуту нам неизвестно, кто может нас подслушивать. Держите свое горе при себе, спрячьте его глубоко в сердце до тех пор, пока мы не окажемся в полной безопасности. — Она помолчала, посмотрела на Эрагона и прибавила: — Я непременно сама расскажу вам все об их гибели, как только Эрагон сможет сообщить мне об этом.

— Неон оно веохната, Арья Дроттнингу, — пробормотали они в ответ.

— Так, значит, ты все-таки услышал мой призыв? — спросил Эрагон у Блёдхгарма.

— Да, — ответил ему этот удивительный эльф в волчьей шкуре. — Мы бросились вам на помощь, но путь нам преградило множество вражеских воинов.

Эрагон приложил руку к груди в традиционном эльфийском жесте уважения и торжественно промолвил:

— Я прошу у вас прощения за то, что столь самонадеянно бросил вас, Блёдхгарм-элда. В пылу битвы я несколько утратил осторожность и слишком уверовал в свои силы. Из-за этой моей ошибки мы все чуть было не погибли.

— Тебе вовсе не нужно просить прощения, Губитель Шейдов. Мы тоже сегодня допустили ошибку, и я обещаю, что больше это не повторится. Отныне мы будем сражаться бок о бок с тобой и варденами без каких-либо условий и ограничений.

Затем они все вместе спустились во двор, и оказалось, что вардены уже перебили или взяли в плен большую часть солдат, находившихся в донжоне, а те немногие, что еще продолжали сопротивляться, сдались сразу же, едва увидев Лорану под стражей. Сапфира, минуя лестничные пролеты, которые были слишком узки для нее, спустилась на двор сама и уже ждала их там.