Бродский глазами современников

А как, по-вашему, уживаются у него сдержанность и ностальгия?

Ностальгия — это удобный прием для совсем другого. У него ностальгия не тема, а прием.

А вы переживали ностальгию в бытовом или в поэтическом плане?

В бытовом — никогда. В поэтическом — известные ностальгические приемы я, разумеется, использовала неоднократно. А в бытовом — ни секунды.

Мы закончим наш разговор вашими стихами, посвященными Бродскому.

ТРИ СТИХОТВОРЕНИЯ ИОСИФУ БРОДСКОМУ

1

За нами не пропадет

дымится сухая трава.

За нами не пропадет

замерли жернова.

За нами ни шаг и ни вздох,

ни кровь, ни кровавый пот,

ни тяжкий кровавый долг

за нами не пропадет.

Огонь по траве пробежит,

огонь к деревам припадет,

и к тем, кто в траве возлежит,

расплаты пора придет.

Фанфара во мгле пропоет,

и нож на стекле проведет:

за нами не пропадет,

за нами не пропадет.

2

Равнодушный Телеман,

дальночеловек,

отчужденья талисман

в этот черный век.

Телеграф и телефон

вон из головы,

отрешенья Пантеон

в кончиках травы.

И надежда, что свихнусь

в венчиках цветков,

закричу и задохнусь

в тяжести венков.

Мне бы в воду, мне б в огонь,

в музыке — пробел.

Глухо запертый вагон —

музыки предел.

3

Мой сын мал. Он

говорит вместо "музыка" — мука.

Но как прав он

в решеньи лишенья звука.

Мой мир велик. Но и в нем

царит вместо музыки мука.

Над рампою лампой, огнем

меж правом и правдой разлука.

Мой мир не велик, но далек,

в нем выживут долгие ноты.

Протяжно ревет вертолет,

протяжно стучат пулеметы.

1964

Елена Ушакова

Поэт, критик и литературовед Елена Ушакова пишет стихи под псевдонимом. Она родилась в Ленинграде, окончила Ленинградский университет, принимает активное участие в литературной жизни города и страны. Впервые публикации ее стихов появились в журнале "Радуга" (No. 10, 1989), затем в журналах "Нева" (No. 8, 1990), "Синтаксис" (No. 27, 1990), "Звезда" (No. 8, 1991) и в альманахе "Петрополь" (No. 2, 1990). В конце 1991 года в Санкт-Петербурге вышел ее первый сборник стихов "Ночное солнце".

Сегодня, когда мы ощутили некоторую усталость и неблагополучие в регулярном стихе, с одной стороны, и засилие верлибра, несвойственного русской поэзии, с другой, Ушакова открывает новые возможности русского линию акцентного стиха, точнее сказать, развивает полузабытую линию акцентного стиха, намеченную Михаилом Кузминым. Этот акцентный стих позволяет ей расширить тематические рамки поэзии, ввести в нее самый разнообразный прозаический материал из окружающей жизни. Внимание к мельчайшим деталям, подробностям бытия сочетается в ее стихах с тонким психологизмом, стремлением к бесконечному уточнению психологического и душевного опыта современного человека. И, может быть, это внимание к человеку, к скрытой жизни его души делает поэзию Ушаковой, на отсутствие привычной стиховой музыки, заслоненной живой интонацией устной речи, глубоко лиричной, придает ей особое очарование и своеобразие.

Тонкий знаток поэзии, Лидия Яковлевна Гинзбург писала: "Мне кажется, наша поэзия в значительной своей части увязла сейчас в стереотипах. Чтобы уйти от них, нужны опыт, испытания. Этим путем и идет Елена Ушакова. Длинные строки ее акцентного стиха объемны, смыслоемки. Они вовлекают в область поэзии любые явления действительности. В этих стихах интеллектуализм своеобразно сочетается с конкретным видением подробностей жизни". [154]

154

Из частного письма Л.Я. Гинзбург.

ПОЭТ НАПРЯЖЕННОЙ МЫСЛИ

Интервью с Еленой Ушаковой

11 января 1991, Ленинград

Когда вы впервые прочитали Бродского, и как менялось ваше отношение к его поэзии?

Впервые я прочитала Бродского лет в 20. Отношение менялось вместе с его усложняющейся поэзией и моим собственным ростом.

Какой исторический и культурный опыт персонифицирован в поэзии Бродского наиболее удачно?

Наш советский и, может быть, античный, римский в смысле аналогии с советским опытом.

Насколько оригинальны философские медитации Бродского?

Они настолько оригинальны и глубоки, насколько выстраданы в реальных жизненных обстоятельствах. Чужую философию в стихи Бродский не перекладывает.

Какой дух царит в его поэзии, русский или европейский?

В его стихах царит европейский дух русской поэзии.

Удалось ли Бродскому сдвинуть русскую культурную парадигму с ее традиционного направления?

Нельзя представлять себе традицию русской поэзии в виде одного направления, одной ветки. Их несколько, и они очень разные. Поэтому говорить о сдвиге парадигмы не имеет смысла, в свое время казалось, что это сделал Маяковский, но затем выяснилось, что это ему не удалось. Мне кажется, что в своем творчестве Бродский перемешал Цветаеву и Пастернака. Разумеется, внеся нечто новое, свое, отчасти продиктованное временем. Возможно, с помощью англоязычной поэзии, о которой судить могу только по переводам.

Разделяете ли вы отношение Бродского к языку?

Да, язык есть Бог. В нем — "наше все". Мы только осуществляем выбор, но и он подсказан нам языком.

В какой степени поэзия вообще, и поэзия Бродского в частности, является самосознанием языка?

Поэзия формирует нашу речь; с детства мы впитываем язык вместе со стихом. Это неудивительно: природа поэзии заключена в собственно- речевом элементе (имею в виду соссюровское противопоставление языка и речи). Поэзия предназначена для увековечения чисто речевых летучих моментов устной речи, в первую очередь интонации. Зависимость между поэзией и языком несравненно большая, чем между языком и прозой.