Бродяга

Короче… как бы жалко ни было, а делиться все равно придется… и пусть уж лучше это будет Тер Тогот, который ко мне достаточно хорошо относится и с которым у нас вполне конкретные деловые отношения, чем я буду тут корячиться один, и мне в итоге голову свернут либо кочевники, либо пираты, либо еще кто более сильный. Все, решено. Или нет? Или да? Короче, по ходу дела разберусь…

Искин к управляющим каналам корабля уже давно подключили, и он терпеливо ждал команды к началу работы, — хороший знак.

В самом начале, на всех без исключения кораблях, да и вообще всей более или менее сложной технике, включаются сенсоры, причем в пассивном режиме. Раньше они у меня были отключены, потому как работать еще и с ними, да при том еще и в пассивном режиме без основного искина корабля просто невозможно в принципе. Я и не пытался, а наоборот, еще и добрую часть остальных информационных пакетов игнорировал, все равно для человеческого восприятия они не предназначены. Нет, конечно же основную ситуацию и картинку я видел и, более того, успешно использовал при маневрировании, но вот всякое предположительное местоположение или точки энергетической напряженности — это не для человеческого разума. Зато сейчас, когда на «Макаве» снова установлен искин, да еще и такой мощности, каковой этот ветеран отродясь не видал, я словно прозрел, так много всего появилось в галопроекции и в такой детализации, что мне стало несколько не по себе. И охреневал не только от обилия обработанной информации, от которого я уже успел отвыкнуть, а от того, что на орбите планеты шел жестокий бой, и мне сейчас было бы крайне глупо показывать, что я здесь есть вообще.

Кочевники. Что я о них знаю, так это то, что почти ничего. Но все же некоторые моменты, а именно их агрессивность, использование пленников в качестве генетического материала и условную принадлежность к человеческому виду, мне известны. Как раз из той краткой справки, что в сети висела. Если с первыми двумя все понятно, то с «условной принадлежностью» не совсем, не то чтобы они на людей совсем не походили, но вот видел я в сети вариации… и это все достаточно целенаправленные изменения. И не сказать, что для постоянной жизни на корабле не нужные, но до чего же некоторые корявые попадаются.

Вообще появились они в период смутного времени, вероятно, какие-то беженцы или колонисты, не сумевшие, вернее, не захотевшие вовремя организоваться и захватить себе место на одной из планет земного типа, а может, и осознанно от этого отказавшиеся по тем или иным причинам, скорее всего религиозным. Ну да не думаю, что именно сейчас это так важно. Изначально они были разобщены, то есть на каждом корабле был некий замкнутый социум, со своими традициями, законами и вытекавшим из этого геморроем. Где-то пару поколений это всех и всем устраивало, а потом начались проблемы. Во-первых, начались проблемы с техникой, не мелкие, на которые никто внимания, как правило, не обращает, а вполне серьезные, которые угрожали самому существованию корабля, носителя, а следовательно, и социуму, ну или племени, на нем проживающем. Во-вторых, потихонечку, полегонечку, но началось вырождение… Не генетическое, понятно, что два поколения, где даже близкородственное скрещивание почти не присутствовало, это совсем не срок, хотя рано или поздно к нему бы все равно пришли. Скорее даже деградация во всем, что индивида касаемо. Не то что они все тупыми стали, в конце концов если знания через нейросеть имплантируются, то даже идиота можно эрудитом сделать. Эрудированным, но с дурными наклонностями и сомнительными моральными принципами.

Частичное решение нашли быстро. Если какой-то агрегат корабля неисправен или работает плохо или со сбоями, — значит, надо его либо починить, либо поменять, а лучше и то, и то, чтобы про запас осталось. Как? Элементарно, в космосе кораблей много летает… На них вообще много чего ценного для человека, на планете ни разу не бывавшего, перевозят обычно. Да и сам корабль ценность огромная, его можно разобрать на запчасти или использовать для новой семьи, например, можно к базовому кораблю присоединить, тем самым объемы жилых и прочих помещений увеличив. А экипаж? Ну не пропадать же ценному генетическому материалу.

В итоге к большой войне с архами существовало больше сотни орд (это не совсем то, ближайший наш аналог это рой, но он здесь тоже не подходит). В каждой по нескольку километровых маток и сотен малых кораблей, чаще всего класса малого легкого крейсера. К тому времени кочевники обладали многими уже своими собственными и достаточно эффективными эндемичными технологиями. Их социальная структура трансформировалась, теперь в каждой орде было от одной до нескольких десятков семей, в каждой из которых могло быть до нескольких тысяч членов, из глав которых и состоял высший управляющий орган каждой орды. На второй ступени стояли главы отдельных крупных родов и главы семей поменьше. И так до самого низа иерархической пирамиды. Чем крупнее орда, тем выше пирамида. А на самом низу, можно сказать вне признания человеком, находились рабы. Что в условиях бродяжничества по открытому космосу оправданно, ввиду хронической нехватки запчастей для киберов. Тот самый генетический материал, абсолютно лишенные воли, с урезанным сознанием, их использовали в качестве живых искинов, контроллеров для дроидов, а то и вместо. Раба кочевников сложно назвать человеком, потому что часть головного мозга и почти весь спинной удалены, взамен ставятся, импланты или ничего не ставится в зависимости от цели преобразования… Так же обычно удаляются и половые органы, органы пищеварения и выделения. Зачем это рабу, существу, не обладающему больше разумом, способному только на претворение в жизнь повелений хозяина. А все, что ему положено для существования, он получит и так, питание напрямую в кровеносную систему, через системные инъекции, выделение — также. Все предусмотрено в аппарате поддержания жизни раба… потому что раб это имущество, ценный генетический материал.

Вообще такое отношение к собственным и вообще телам в среде кочевников можно назвать характерным, потому что они совершенно спокойно удаляли «ненужные» органы, мышцы, сухожилия, кое-что меняли на импланты, а кое-что и нет. Системы в этом не прослеживалось, — лепили, как правило, кто во что горазд.

Так вот, в самом начале войны, ну той, которая пол сотни лет назад была, все эти орды, объединенные в одну, и вторглись в пределы Содружества, с конкретной целью — разграбить парочку развитых планет. Подобное уже сотни раз проделывалось во фронтире, много колоний прекратило свое существование после их набегов. Но вот для такой гигантской орды фронтира было маловато… Да и не для него она собиралась.

Кисада была захвачена меньше чем за стандартные сутки, вереницы транспортов засновали туда-сюда, перевозя то, что удалось собрать на планете, потому что орбитальные лифты и станции, все двенадцать, сейчас демонтировались и готовились к транспортировке. Отдельно шли лайнеры с готовым для переработки генетическим материалом…

Уничтожали орду шесть разных флотов, включая и первый аратанский и третий ударный аварский. Уйти удалось не более чем двум процентам. Кисаду освободили, но в войне она уже не участвовала.

С того времени о кочевниках все забыли, ну кроме Фолка, он слишком близко к путям их миграции находился, хотя его, как ни странно, никто ни разу и не тронул. Не думаю, что это связано с его условной годностью к проживанию, в конце концов, для тех, кто всю жизнь в космосе прожил, это не проблема.

И вот сейчас на растянувшемся на всю рубку голографическом экране я наблюдал, как эскадра из трех кисадийских дальних рейдеров расстреливает из главного калибра в упор вяло огрызающийся не слитными залпами ионных орудий огромный, формой напоминающий вытянутый бутон анемона, почти пятикилометровый материнский корабль какой-то из орд.

Дальние рейдеры действовали привычно — жестоко и расчетливо. Два из них, маневрируя, дырявили корпус пытавшегося оторваться, а теперь уже скорее дрейфующего в сторону второй малой планеты корабля, сквозными попаданиями разнося вдребезги внутренние коммуникации, а третий методично выбивал двигательные секции…

Кисадийцы ничего не забыли и ничего не простили. За время того набега общие потери двухмиллиардного населения планеты достигли восьмисот миллионов — чуть больше трети от всей популяции. Даже удивительно, что они уже через год после войны спустили со стапелей первый в серии дальний рейдер. Их так и прозвали кисадийскими рейдерами, потому что ничего подобного до этого не строили, да и сейчас строить не собирались. По сути, каждый из них представлял собой полноценный линейный корабль полуторакилометровой длины, только с очень большой, практически не ограниченной автономностью, для того чтобы прочесывать сектор за сектором дальнего фронтира с явным перекосом в сторону тяжелого энергетического вооружения. В этих кораблях все сделано было для того, чтобы находить, преследовать, а затем и уничтожать вот такие материнские корабли-базы-города, полутруп которого я сейчас перед собой на голопроекции вижу. Всего было выпущено серия из пятнадцати штук, причем в системах Содружества их с момента ввода в эксплуатацию видали крайне редко.

К коллективной системе обороны Содружества они не относились и полностью находились на балансе Кисады. Думаю, что экипажи на таких кораблях состояли исключительно из людей, имеющих к кочевникам личные счеты. Потому что служба на них фактически означала приговор на пожизненную войну за дальними рубежами. Наверное, от добровольцев не было отбоя, экипаж-то на каждом составлял не более ста пятидесяти, а то и ста человек. А живут здесь долго, для них пятидесятилетие не срок.

Кочевник восстановил было щит, но в кормовой части раздался взрыв, а потом по всей длине обшивки зазмеилась трещина, из некоторых участков которой вырывались протуберанцы пламени. Кисадийцы продолжали обстрел, теперь уже втроем утюжа весь корпус целиком, на вид бессистемно перенося огонь с одного участка на другой. А потом огонь прекратился, и от рейдеров отделились стометровые овалы десантных транспортов. Не думаю, что кто-то реально собирался зачищать или захватывать кочевника целиком, но вот зачистить изнутри и подорвать основные узлы — это самое то. А дальше… дальше не очень долгая, но мучительная смерть, судя по траектории полета от падения на поверхность малой планеты, второй от звезды, следующей после той, на которой сейчас я.