Будь моим хранителем

— Спасибо, — сказала я.

— Не за что… Береги себя. — и Надежда Васильевна осенила меня в воздухе крестом.

Что-то часто я стала это замечать.

Я вышла из подъезда, остановилась. Вдохнула полной грудью. Осмотрелась. Теперь у меня появилось неприятное ощущение, что за мной точно

кто-то наблюдает. Но вокруг не было ничего подозрительного, люди спешили по своим делам, дети играли на площадке, бабушки сидели на лавочке и беседовали. Я отправилась домой.

Мама встретила меня в коридоре, едва услышав как поворачивается ключ в замке.

— Ну, как все прошло? — она нервно теребила пуговицу на своем платье и заглядывала мне в глаза.

Я остановила на ней долгий пристальный взгляд. Нет. Я не могу все это вывалить на мою маму. Она не выдержит. Поэтому я сказала:

— Надежда Васильевна не знает, где папа. Но сказала, что он волновался о нас и поэтому исправно перечислял деньги каждый месяц.

— М… — мама как-то машинально кивнула, развернулась и ушла в свою комнату.

Мое сердце разрывалось.

«Мама! Мамочка! Папа очень нас любит! Но не может быть рядом…»

Я судорожно вдохнула воздух через дрожащие губы и сняла пальто.

17

Глава семнадцатая.

О, Господи. Я стояла в ванной комнате и быстро оценив ситуацию, подбежала к девушке, лежащей в ванне. В ушах у нее были наушники, подсоединенные к телефону. Телефон лежал на самом краю ванны, так и норовясь в нее упасть. Первым делом я отодвинула мобильник от края, потом вынула аккуратно наушники и положила гаджеты, подальше от воды.

— Ну, что там? — Егор уже был здесь и нетерпеливо заглядывал мне через плечо. Ванная была достаточно узкая, поэтому мы немного толкались.

— Сейчас, проверяю…

Я нащупала пальцами сонную артерию у девушки на шее. Пульс был, но слабый. Вода в ванной совсем остыла и девушка была холодной.

— Надо вытаскивать ее, у нее переохлаждение.

Я нащупала пробку, закрывающую отверстие, около ног девушки и вынула.

Егор сердито срывал полотенца с крючков. Я забрала их и уступила ему место перед ванной.

Он наклонился над девушкой, взял ее за подмышки и стал вытаскивать. Я тут же обернула ее полотенцем и помогла Егору подхватить ее под колени.

Мы вышли из комнаты. Я прокладывала дорогу в незнакомой квартире, направляя своего напарника в нужном направлении. В спальне Егор уложил девушку на кровать. Я стала досуха вытирать конечности девушки, попутно растирая их. Егор сдернул с кровати теплое одеяло, на кресле нашел шерстяной плед.

Я откинула мокрые полотенца в сторону, и накрыла девушку пледом. Снова проверила пульс. Слабый.

— Нужно растирать сначала туловище от центра, потом конечности. — Егор наклонился над девушкой, потом посмотрел на меня. — Давай ты верх, я низ. Справишься?

— Да, — сказала я и принялась за работу.

Я массировала девушке грудную клетку прямо через шерстяную ткань, переходя на руки. Возвращалась к центру, терла живот, снова руки. Егор растирал ноги.

— Мало того, что она замерзла. Могла ведь захлебнуться в этой ванне или умереть от удара током. — Егор ворчал себе под нос. — Что за мода в ванную брать с собой телефон? Это же верная смерть.

Я сжала челюсть. Сама недавно принимала ванну с телефоном в руке. И вот передо мной было живое доказательство того, как все могло кончиться.

Наконец, кожа девушки стала приобретать розоватый оттенок. Я померила пульс. Он бился гораздо бодрее.

— Давай укутаем ее в этот шерстяной плед, а сверху накроем одеялом.

Я согласилась. Мы быстренько сделали свою работу, как команда пит-стопа на гоночной трассе. Отлаженные движения, каждый на своем месте, настоящая команда.

Отойдя посмотреть на плоды наших трудов, мы удовлетворенно кивнули друг другу. Я раскраснелась от усиленной работы, руки ныли. Егор притянул меня к себе буквально на секунду, приобняв за плечи, шепнул:

— Ты — молодец… — и тут же отстранился.

Этот быстрый, но такой приятный комплимент заставил покраснеть меня еще больше.

— Кстати, у меня полно новостей! — я воспользовалась минутной передышкой.

— Кстати, у меня тоже есть кое-какая информация. — Егор крутанул рукой, разрешая поделиться мне первой.

Я начала:

— Я узнала очень много интересного и шокирующего. Ой, скоро будет прыжок! — я метнула свой взгляд на кровать.

— Ты стала чувствовать заранее. — Егор одобрительно мне улыбнулся.

Я вернула ему улыбку:

— Спасибо. Так вот, оказывается папа скрывается и с ним никак не связаться, а за мной следят.

— Следят? — Егор скрестил руки на груди и нахмурился.

— Похоже на то… — я извиняющимся жестом развела руки в стороны.

— Позвони мне…

Это было последнее, что я услышала, когда прыжок затянул меня в перемещение. Я тут же набрала номер Егора.

— Привет. — в трубке раздался голос моего напарника.

Как к этому можно привыкнуть? Только он был здесь и уже за тысячу километров.

— Привет… — я говорила шепотом, так как мама уже давно спала.

Я долго пересказывала ему свою встречу с Надеждой Васильевной, стараясь не упустить ни одной детали, поэтому рассказ вышел длинным с моими попутными замечаниями.

— Твой отец явно собирает единомышленников… Мне вчера звонила мама. Елена рвет и мечет у себя в Центре, и часто упоминает имя твоего отца.

— Видимо он вставляет этой Елене палки в колеса! Хотела бы я узнать, что именно он делает и какие у него планы.

— Может он готовит переворот? Чтобы свергнуть Елену и всех приближенных к ней? Я бы поддержал его. Эта политика идеальных пар сущий бред.

Я прикусила губу от досады, но продолжила:

— А может он просто хочет отомстить? В любом случае, что бы ни надвигалось, меня это пугает. Отец мог бы и передать мне хоть какую-нибудь весточку, чтобы я понимала, что мне делать.

— Тебе же Надежда Васильевна сказала не дергаться, не привлекать к себе внимания.

— Да, но мне страшно. Слежка за мной с одной стороны, слежка с другой. В голове не укладывается. И мало ли, что этой Елене может взбрести в голову.