Буденный

7 ноября делегаты специальным поездом прибыли в Москву, чтобы продолжить свою работу. Здесь Буденный с интересом слушал выступление В. И. Ленина. Владимир Ильич говорил делегатам конгресса о новой экономической политике, о том, что она — временная, но весьма необходимая мера Советской власти, а вызванный интервенцией и гражданской войной военный коммунизм был вынужденным явлением. И после того как Со ветское государство предоставило крестьянам свободу торговли, они за один год не только справились с голодом, но и сдали продналог в таком объеме, что страна получила сотни миллионов пудов хлеба и притом почти без применения каких-либо мер принуждения. Владимир Ильич закончил свою речь пророческими словами: «Из России нэповской будет Россия социалистическая». В эти дни М. И. Калинин познакомил Буденного с Георгием Михайловичем Димитровым, участвовавшим в работе II конгресса Профинтерна. Димитров улыбнулся, протянул командарму свою крепкую руку и, слегка картавя, по-русски произнес: «Здравствуйте, товарищ генерал!» Буденный смутился, глянул на Калинина, мол, как же так, он ведь не генерал и никогда им не был. Михаил Иванович рассмеялся и сказал, что да, Буденный не генерал, а командарм. Генералом его называли белогвардейцы, чтобы оправдать свое поражение в боях с Первой Конной армией. В ноябре, вернувшись из Москвы, Буденный первым делом встретился с командным и политическим составом военного округа, рассказал им о работе IV конгресса Коминтерна, о выступлении на конгрессе В. И. Ленина, о своих беседах с Кларой Цеткин, Бела Куном, Георгием Димитровым и другими. «Я прошу каждого из вас, товарищи, помнить, что, пока империалисты бряцают оружием, нам надо держать порох сухим. Владимир Ильич говорил с трибуны конгресса Коминтерна, что каждый момент, свободный от военной деятельности, от войны мы должны использовать для учебы. Мы, русские, учимся в общем смысле, а иностранные товарищи должны учиться в специальном смысле, чтобы действительно постигнуть организацию, построение, метод и содержание революционной работы. Вот оно какое дело, товарищи. Так что прошу каждого помнить эти слова Ильича!» В начале декабря трудящиеся Чечни, входившей тогда в состав Горской республики, избрали Буденного делегатом I Всесоюзного съезда Советов. Съезду предстояло принять важнейшие документы об образовании СССР. 30 декабря Буденный вновь приехал в Москву. Здесь он встретил своих соратников. Пришлось командарму выслушать и упрек от Серго Орджоникидзе за то, что все еще не приехал к нему в Закавказье. «Я помогал вам, Семен Михайлович, на Северном Кавказе, а вы, дружок, ко мне еще ни разу не приехали. Негоже так, а то возьму и пожалуюсь в ЦК», — шутливо добавил Серго. Съезд прошел исключительно по-деловому. Доклад о создании Союза Советских Социалистических Республик сделал по поручению ЦК партии Сталин. Он зачитал Декларацию и Договор об образовании СССР. А Фрунзе, которому было предоставлено слово, предложил утвердить эти важнейшие документы. Делегаты избрали ЦИК СССР, куда в числе других вошел и Буденный. М. И. Калинин поздравил командарма с избранием членом ЦИК.

— Вот плоды революции, — сказал он. — Кто пять лет назад знал Буденного? Никому не известный человек, бедняк-крестьянин, рядовой солдат, а сегодня полководец, государственный деятель. Право, я вам даже завидую. Слышали, — обратился Михаил Иванович ко всем, кто окружал их, — песни о нем поют: «Веди ж смелее нас, Буденный, в бой, пусть гром гремит, пускай пожар кругом…»

Уже перед отъездом в Ростов главком С. С. Каменев вручил Буденному второй орден Красного Знамени, которым командарм был награжден Реввоенсоветом республики за проведение ряда успешных операций на польском фронте.

Когда Буденный вернулся в Ростов, ему сообщили, что в январе 1923 года он в составе делегации, которую возглавляет секретарь Юго-Восточного бюро ЦК партии А. И. Микоян, едет в Чечню: она объявляется автономной советской областью.

И вот поезд прибыл в Грозный. Микоян, Ворошилов, Буденный, Таштемир Эльдерханов и другие собрались на митинг в село Урус Мартан, примерно в 30 километрах от Грозного. Так сделали в целях безопасности, поскольку в то время в горах Чечни было немало бандитов и они могли напасть на Грозный. Жители сел тепло встречали посланцев великого русского народа.

А. И. Микоян, вспоминая об этой поездке в Чечню, писал: «Чеченцам явно импонировал вид Буденного. Они с интересом и симпатией смотрели на него, внимательно слушали. Было слышно, как то здесь, то там чеченцы с восторгом произносили на своем языке: «Большой генерал!» Буденный оделся в полную военную форму. На боку висела шашка эмира бухарского, сверкающая серебром и камнями. Широкая красная лента, перекинутая через плечо, бросалась в глаза. В общем, Семен Михайлович своей подтянутостью и некоторой торжественностью произвел эффектное впечатление, не говоря уже об осанке и натуральных буденновских усах».

Обычно Буденный никогда не расставался со своей шашкой, но перед поездкой Микоян посоветовал ему надеть шашку эмира. «Пусть все видят, что Советская власть покончила и с эмиром бухарским», — сказал он. А наградил его этой трофейной шашкой М. В. Фрунзе. После разгрома Врангеля в ноябре 1920 года группа командиров во главе с Фрунзе поехала в Ялту. Остановились в бывшем дворце эмира. Там и нашли его шашку. Михаил Васильевич долго разглядывал ее, потом подозвал к себе командарма Первой Конной армии. «От имени Реввоенсовета Южного фронта награждаю вас, товарищ Буденный, шашкой. Прошу принять…»

19 января 1923 года в Грозном состоялся первый съезд трудящихся Чечни, который избрал революционный комитет автономной области. Его председателем стал Таштемир Эльдерханов. Буденный поздравил его, заметив: «Ну вот, Таштемир, теперь от тебя зависит укрепление в Чечни Советской власти. Я верю, что ради нее ты сил своих не пожалеешь». Эльдерханов ответил коротко: «Спасибо, я честно служу своему народу».

9 мая в Ростов проездом в автономные республики Северного Кавказа прибыл Председатель ЦИК СССР М. И. Калинин.

— Ну как Конармия? — спросил Михаил Иванович у Буденного. — Буду производить смотр полков. Где лучше?

Буденный ответил: можно и в Ростове. Однако Калинин возразил:

— Нет, давайте проведем смотр в Лабинской. Я приеду туда из Дагестана.

19 мая на обратном пути в Москву Калинин прибыл в станицу Лабинскую. На огромном поле Председатель ЦИК СССР принимал парад дивизий Первой Конной армии. Он остался доволен выучкой бойцов. Отличившимся в боях с Врангелем вручил ордена Красного Знамени. В тот день Реввоенсовет Конармии увольнял в запас группу воинов и Калинин сказал им напутственное слово.

— Вы хорошо били врагов, товарищи, и Советская власть вам очень благодарна, она не забудет ваших заслуг. А теперь вы уходите на мирный труд. Дома, в ваших краях, не все хорошо. Трудности у нас на каждом шагу, смело преодолевайте их, ведите за собой других. Будьте крепкими, сплоченными. Я верю, что каждый из вас с честью будет носить звание воина-буденновца…

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ ПЕРЕЕЗД В МОСКВУ

1

5 сентября 1923 года Буденный получил предписание сдать Конную армию и выехать в Москву принимать должность помощника главкома по кавалерии. «Ждал этого, был предупрежден о возможном перемещении еще год назад и все же несколько растерялся, — признавался Буденный. — Не представлял себе, как буду жить без Конармии, без постоянных забот о ней». Дела он принял у А. А. Брусилова, в то время инспектора кавалерии РККА. Едва Буденный переговорил с главкомом С. С. Каменевым, как его вызвал в Кремль Сталин. Он поздравил Семена Михайловича с назначением, заметив, что Вооруженные Силы Страны Советов «надо всемерно укреплять». Это забота всех: и партии и народа. При этом особое внимание ЦК партии обращает на необходимость усиления партийного руководства армией и флотом, недопустимость любых форм ревизии основ партийного строительства в Красной Армии и Красном флоте со стороны кого бы то ни было. Важно также поднять боевой дух армии, дать ей новую технику, вооружение, провести нужные реформы. Для укрепления партийного руководства Вооруженными Силами сентябрьский Пленум ЦК РКП (б), вопреки возражениям председателя Реввоенсовета Троцкого, ввел в его состав членов ЦК партии Ворошилова, Орджоникидзе, Сталина и других.

— Троцкий распоясался, запустил работу в Реввоенсовете, и, видимо, скоро мы его освободим от должности, — заметил Сталин.

— Невелика будет потеря, — откровенно высказался Буденный.

Утром 18 октября Буденного пригласил к себе главком С. С. Каменев и поручил ему побывать в Главном выставочном комитете, выяснить, сколько лошадей потребуется на выставку. Когда Буденный прибыл туда, ему сообщили, что завтра, 19 октября, В. И. Ленин приедет из Горок в Москву и, возможно, посетит выставку. Семену Михайловичу очень хотелось встретиться с Владимиром Ильичем. Последний раз встречался Буденный с Лениным в декабре 1922 года на IX Всероссийском съезде Советов. Тогда-то Ленин и сообщил, что правительство решило организовать выставку в Москве.

— А не назначить ли вас, товарищ Буденный, комендантом выставки? — спросил Владимир Ильич.

Буденный молчал. Тогда Ворошилов сказал, что на Дону и Кубани тяжелое положение, и ему, командующему округом, не хотелось бы отпускать своего заместителя.

— Хорошо, убедили, — согласился Владимир Ильич и тут же добавил: — И все равно мы привлечем вас, Семен Михайлович, к участию в работе выставки. Ведь на ней будут представлены лошади, а вы, как мне известно, разбираетесь в них не хуже кого-либо из специалистов, не так ли?

Вскоре после возвращения Буденного из Москвы в штаб округа на его имя поступил приказ № 22 по личному составу Наркомзема от 21 марта 1923 года. «По соглашению с РВС республики, — говорилось в приказе, — исполняющий должность уполномоченного управления коннозаводства и коневодства на Дону и Северном Кавказе, командарм 1-й Конной армии Буденный Семен Михайлович утверждается по совместительству в должности уполномоченного УКОНА Наркомзема с 17 января 1923 года».

Всероссийская сельскохозяйственная и кустарно-промышленная выставка открылась 19 августа, В. И. Ленин был избран почетным председателем митинга. А лозунгом выставки стали его слова, сказанные на XI съезде партии: «Наша цель — восстановить смычку, доказать крестьянину делами, что мы начинаем с того, что ему понятно, знакомо и сейчас доступно при всей его нищете… доказать, что мы ему умеем помочь, что коммунисты в момент тяжелого положения разоренного… крестьянина ему сейчас помогают на деле» [18] . Все ждали Ленина. «Ильич все еще тяжело болен», — сказал Калинин.

18

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 77.