Буканьер

— Ладно, ладно, не кипятись... — разочарованно протянул пират. — Нет так нет... Мир тесный, свидимся ещё...

— Ага, бывай, — буркнул я.

Мне больше не хотелось иметь с этими пиратами никаких дел. Тристан развернулся, сплюнул в траву и отошёл к берегу.

— А чё, помогли бы парням, — вопросительно произнёс Жорж.

— Оно тебе надо? Сюда, может, подкрепление испанцев уже скачет. Они-то уплывут, а мы? — оборвал его Робер.

Я оглядел пляж перед уходом, машинально отмечая, что раненых пираты забрали, а мёртвых — нет, и тело Франсуа де Валя так и осталось лежать на гальке. Почему-то уже без шпаги и пистолей, в одном только нижнем белье. Раздели полностью, даже залитую кровью рубаху не постеснялись забрать.

— Шон, это вы его раздели? — я указал на мертвеца.

— Нет, мы только испанцев, — сказал Шон.

Я вполголоса чертыхнулся, чувствуя, как во мне закипает злость.

— Эй, Тристан! — позвал я.

Пират обернулся.

— Что за дела?! — угрожающе прорычал я.

— Чего ещё? — скривился он.

Я снова указал на мертвого капитана.

— Кто его уже обобрал? Я его убил, это моя добыча! — сказал я.

Тристан огляделся по сторонам. Пираты теперь были в меньшинстве, шлюпка только что отчалила. Обострять конфликт он не решился.

— Пёс его знает, кто-то уже общипал... — неуверенно протянул он. — Эй, Малой! Не видел, случаем?

Малой, здоровенный детина под два метра ростом, развёл руками в стороны. Тристан повторил его жест.

— Своих поспрашивай, — сказал Тристан.

Я тихо выдохнул и потёр переносицу.

— Давай-ка ты не будешь рассказывать мне сказки, Тристан, — тихо, но отчётливо произнёс я.

Он, видимо, ясно почуял исходящую от меня угрозу, хотя я даже не прикасался к оружию. Пират щёлкнул пальцами, делая вид, будто резко вспомнил что-то.

— Точно! Точно же! Эй, Шарль! Принеси-ка месье Грину вещи капитана, — приказал он, деланно улыбаясь.

Шарль, оказавшийся высоким сухопарым мужчиной в годах, хмыкнул, но вещи принёс, откуда-то из-за большого камня. Он бросил на землю передо мной перевязь с пистолетами и шпагу без ножен. Шпага жалобно звякнула о камни. Я презрительно глянул сначала на трофеи, потом на Шарля, который стоял рядом с ними. На его губах играла гадливая ухмылка.

— Подними, — сказал я.

Хотелось ударить, разбить его мерзкую харю в кровь, стереть эту ухмылку с его лица, но я держал себя в руках.

— Он глуховат немного, — улыбнулся Тристан. — Ты ему громче скажи.

Я скользнул к Шарлю, выхватывая нож из-за пояса, и упёр лезвие ему в печень, чуть надавливая на кожу, чтобы выступила пара капель крови, не больше, и приблизил лицо к его уху.

— Я тебя разделаю, как свинью, Шарль, вспорю брюхо от глотки до яиц, а потом повешу на твоих же кишках, — холодно прошептал я. — Не знаю, будешь ли ты в этому моменту ещё жив.

Шарль замер на мгновение, а потом кинулся наземь, спешно подбирая перевязь и шпагу. Он протянул их мне, я сунул нож в ножны, перевязь закинул на плечо, а шпагу взял в руки, осматривая блестящий металл, бритвенно острый и по-прежнему опасный. Шпага была отличной, упругой, лёгкой, почти невесомой, но мой палаш мне нравился гораздо больше.

— Молодец, Шарль, — улыбнулся я. — Ступай.

Тот затравленно посмотрел на меня, развернулся и поспешил прочь.

— Тут явно не всё, но и хрен с ним, — сказал я, покачивая шпагой де Валя в воздухе. — Бывайте, ихтиандры.

Я развернулся, затылком чувствуя их злые обжигающие взгляды, и неторопливо пошёл к своим, закинув шпагу на плечо, будто обычную палку. Галька хрустела под ногами, перевязь с трофейными пистолями, богато украшенными, приятно оттягивала плечо. Я посмотрел на корабль, на который из шлюпки сейчас поднимали мешки с порохом, и наконец-то сумел разобрать его название. Шхуна называлась «Орион», и я хохотнул про себя, назвав его чокопаем. Жаль, что эту шутку в ближайшие триста лет никто не поймёт.

— Дай взглянуть хоть? — жадно, с горящим взором, произнёс Робер, протягивая руки к шпаге, когда я подошёл к своим.

Не говоря ни слова, я протянул ему шпагу рукоятью вперёд, и мы пошли прочь отсюда.

— Ети его в душу, толедская сталь! — восхищённо пробормотал Робер. — Вот, посмотри!

Он указал пальцем на клеймо, выбитое на клинке возле самой рукояти, изображающее букву «Т» на щитке под короной, а потом согнул шпагу так, что я подумал, что он решил сломать её пополам. Но шпага только согнулась в дугу, а потом выпрямилась, как ни в чём не бывало.

— Даже не подделка! Добрый клинок, — улыбнулся он.

Его глаза горели, француз мне откровенно завидовал, но ни капли злого умысла я в этой зависти не увидел. Только чистый восторг и восхищение прекрасным образцом оружейного мастерства. Шпага и впрямь была отличной.

— Понравился? Дарю, — легко произнёс я. — Мне мой больше нравится.

Робер поперхнулся, протягивая мне шпагу обратно. Похоже, я только что без всяких сожалений расстался с аналогом Ламборгини в мире холодного оружия.

— Я... Нет, я не могу такой подарок принять, — покачал головой Робер. — Это твой трофей, твой клинок.

— Не хочешь в подарок? Тогда давай меняться. Я тебе этот клинок, а ты меня научишь всему, что знаешь про фехтование, — пожал плечами я, даже и не думая принимать шпагу обратно.

Робер замолчал, словно раздумывая, возможен ли вообще такой обмен.

— Соглашайся, — хмыкнул Шон. — Он всё равно не передумает уже. А то ещё и толедскую шпагу выбросит. Я его знаю.

— Клянусь, я научу тебя всему, — произнёс Робер, торжественным жестом поднимая шпагу де Валя. — А то ты и впрямь палаш держал, как кочергу...

Я рассмеялся, шутливо замахнулся на него открытой ладонью, он рассмеялся тоже. Шон выхватил пистолет у меня из перевязи, покрутил в руках.

— Хорош... Итальянский, что ли... — протянул он.

На деревянной рукояти были нанесены узоры из листьев, они же были вытравлены и на металлических частях, так что вид у пистолета был шикарный, больше подходящий музейному экспонату, а не боевому оружию.

— Из пистолета стрелять я умею, так что не подарю, — хохотнул я. — А вот этот держи, пригодится.

Я протянул ему один из моих старых пистолетов, простой, но надёжный. Шон хитро прищурился, улыбнулся, но ничего не сказал. Перевязь я перебросил через плечо, и пистоли надёжно в ней держались, в то же время их можно было быстро и легко выхватывать. Я потренировался на ходу, и получалось это быстрее, чем вытаскивать пистолет из-за пояса.

— А вы чего насобирать успели? — спросил я.

— Да разве с этих солдат насобираешь чего? — хмыкнул Шон, возвращая мне итальянский пистоль. — Так, мелочь одна. На виски хватит, и то хорошо.