Буря

— Зачем ему тебе помогать? — Киаран внимательно наблюдал за тем, как она натягивает спортивный лифчик на объемную грудь.

— Когда Тартас получил известие о том, что эфонцы убили его сестер, у него случился срыв. Он создал огромный поток вибраций, резонирующих с корпусом корабля класса «Эскомборд», на котором служил. От вибраций целое судно едва не развалилось на запчасти прямо в открытом Космосе. Тартаса обезвредили и как нововыявленного эфонца в рядах Альянса заковали в ошейник и кандалы. Убивать такой талант кто-то посчитал огромным расточительством, и Тартаса передали на обучение к шаману, уважаемому шаену Готерей Доль. На протяжении года эта скотина измывалась над Тартасом, принуждая его удовлетворять свои мерзкие пристрастия. И от этого чудовища Тартаса спасла Лала Ли. Великий шаэн Готерей, наставник шаманов в Альянсе, любитель мальчиков, садист и просто извращенец, умер от внезапного сердечного приступа. Яд быстро разложился в его крови, и никто не понял, что его отравил ученик. Это вещество Тартасу передала Лала Ли, с которой они ходили в одну ортодоксальную церковь. Так скажи мне, — Аудроне повернулась к Киарану, — зачем Тартасу мне помогать?

Киаран молча смотрел на нее.

— Все взаимосвязано, — она сцепила пальцы с замок. — У каждого действия есть последствия, которые влияют на наше будущее. Лала Ли спасла Тартаса и сохранила его секрет. Спустя год Тартаса, как опытного шамана и преданного Альянсу офицера попросили приглядеть за дочерью Лала Ли и помочь ей сохранять баланс вибраций в чужом для нее мире. Тартас, конечно же, согласился исполнить роль «надсмотрщика» и «врача». Мы с ним многое повидали и через многое прошли. Он доверяет мне, а я доверяю ему. И цена у этого доверия — наши с ним жизни. Мы понимаем, на что идем и чем рискуем, и принимаем возложенную на наши плечи миссию.

— И кто же поручил вам вашу миссию? — Киаран пытливо смотрел на нее.

— Господь, — ответила она. — Его пути неисповедимы, но с помощью научных изысканий можно попробовать постичь его логику. И этот великий дар не каждому дан. Кто-то до сих пор не может смириться с тем, что как ты не переводи стрелки реальности, поезд все равно прибудет к назначенному сроку на определенную развилку. И выбор все равно будет сделан. Поэтому эти «кто-то» проиграют. До их голов, наполненных мечтами о власти и богатстве, не доходит элементарная истина, — она протянула руки к Киарану и затрясла ими в воздухе, — любая контрольная точка в нашей реальности создана не просто так! И за свои грехи всем и каждому рано или поздно придется ответить.

— Скажи, — Киаран откашлялся, — а как давно ты знаешь, что именно я Десница Инага?

Аудроне подошла к Киарану и прижала ладони к его лицу. Погладила щетину на щеках, встала на носочки и поцеловала его.

— Неважно, как давно я знаю, — прошептала она. — Важно, что я давно люблю тебя. Запомни это и никогда не забывай.

— Не забывать до тех пор, пока ты не оставишь меня? — напрямую спросил он. — Пока не вернешься в свою реальность или не погибнешь здесь?

— Я понимаю твои чувства. Осознание «конечности» чего-то, что нам дорого, всегда ранит. Скажи я тебе правду сразу, ты бы сделал все возможное, чтобы эмоционально не привязываться ко мне. Но без этой привязанности не возникло бы и определенного уровня доверия между нами. Я тоже живой человек, Киаран. И пусть ноша моя тяжела, но мне все-таки хочется вырвать у судьбы свой кусочек счастья и насладиться им, пока есть такая возможность.

— Моего мнения при этом ты не спросила, — резко ответил он и отстранился. — Фиктивный брак, а потом разбежимся? — он повысил тон. — Покувыркаешься со мной, используешь в своих, — он взмахнул рукой, — высоких целях, а потом скажешь «прощай»? Вернешься туда, откуда пришла, и познакомишься с другим Киараном Рурком, за которого уже замуж выйдешь по-настоящему? А подожди, — Киаран рассмеялся. — В твоей реальности Десницей может оказаться вовсе не моя копия! — он указал на нее пальцем. — Ты сама говорила, что Десница для каждой из реальностей уникален. Значит, ты будешь искать того, кто окажется Десницей в твоем мире и строить новый план, чтобы остановить войну там, у тебя дома? Молодец, — Киаран закивал. — Знаешь, ты большая молодец!

— Я понимаю, что тебе больно, — попыталась перебить его речь Аудроне.

— А мне кажется, что не понимаешь! — закричал он. — Я думаю, что ты гребаный агент на задании и не остановишься ни перед чем, чтобы выполнить его! Если бы Десницей был Шори — ты бы соблазнила третийца и увела у Жасмин? — издевку в голосе он даже не скрывал. — А Око? Если бы Десницей была она, ты бы стала ей верной подругой?

— Нет варианта «а если бы» Киаран! — взорвалась Аудроне. — Я сплю с тобой! И люблю ТЕБЯ! И да, ты Десница, и эмоциональная связь между нами создает предпосылки к тому, что я на тебя влияю и принимаю роль Шуйцы! Других вариантов в этой реальности нет!

— Зато есть в другой, — упавшим голосом произнес он. — В твоей настоящей реальности, — он отвернулся.

— Киаран, — Аудроне подошла к нему и хотела обнять, но он оттолкнул ее руки.

— Обучение при «Теневом Дворе» — это правда? — тон его голоса стал холодным и надменным.

— Кто рассказал тебе об этом? — Аудроне опустила голову.

— Ты же трансгрессир. Не предусмотрела варианты?

— Афина? — Аудроне хмыкнула и схватила свой комбинезон с кровати. Начала быстро одеваться. — Меня не тренировали при «Теневом Дворе». Там меня удерживали после того, как эксперимент провалился. Посчитали, что с охраняемого объекта, где тренируется элита из элит, я не сбегу. И были правы. Я не сбежала.

— Ты убила своего отца?

Аудроне снова хмыкнула и даже неодобрительно покачала головой.

— Тот, кто подослал Афину, хорошо выполнил домашнее задание, — она села на кровать и начала обуваться. — Да, — ответила Аудроне, — я убила своего приемного отца.

Киаран смотрел на нее, не мигая. Она выдала эту новость с тем же спокойствием, с которым только что сообщила и все остальное.

— Это случайность или… — Киаран не договорил.

— Мы с моим папулей возвращались на Луиту после очередной эвакуации мирного населения, — Аудроне прищурилась, будто пыталась рассмотреть вдалеке собственные воспоминания. — В двенадцать лет я уже знала, что мой приемный отец — настоящая тварь. На корабле была его команда. Там же находились двое пленных эфонок, которых отцу приказано было доставить на Луиту. Они сидели в разных камерах в ошейниках и кандалах. Я хотела их освободить и позволить им сбежать в одном из спасательных шаттлов, пока мой отец до них не добрался. Опоздала. Застала папашу, когда он насиловал одну из женщин, — Аудроне застегнула ботинки и встала. — Я достала нож, который стащила на кухне, и всадила отцу в спину, пока он был слишком занят процессом. Думала, он сразу умрет, но он не умер, а погнался за мной. Я юркнула в один из шлюзовых отсеков и хотела заблокировать двери, но он успел проскочить следом. Оказалось, что в этом помещении уже была одна из жертв его «постоянных» притязаний. Увидев, как он вытаскивает нож из своей спины и идет с ним на меня, лейтенант Соа Мю бросилась на мою защиту. Началась потасовка. Они катались по полу, пока отец не стал колоть Соа ножом в живот. Тогда она прокричала: «Открой шлюз!» Я выбежала оттуда и активировала на панели управления открытие шлюза. Дверь в отсек заблокировалась, а шлюз открылся. Я осталась в коридоре, а отца и Соа выбросило наружу. Предвидела ли я такой вариант развития событий? — Аудроне хмыкнула. — Да! — вздернув подбородок, заявила она. — Но важны только последствия. Две пленных эфонки сбежали вместе с остальными членами экипажа команды моего отца. Мой отец больше ни над кем не измывался, а лейтенант Соа Мю погибла не на эшафоте месяц спустя, а сразу. Меня усадили в шаттл и отправили на Луиту к любящей и скорбящей по мужу приемной матери. Ты хотел знать, за что она меня ненавидит? — Аудроне опустила глаза и застегнула ворот своего костюма. — За хладнокровное убийство ее мужа. Но конкретно Двадцать Девятый номер удостоен еще более особого отношения, ведь я выжила, а ее настоящая приемная дочь нет, — Аудроне пригладила ткань комбинезона на груди и подошла к двери. — Пожалуй, с откровениями на сегодня лучше закончить. И без того я разговорилась. Вчера моя болтливость лишила Джефа жизни. Подумай об этом, — она хлопнула ладонью по датчику и ушла.

Раздался сигнал системы экстренного оповещения. Сирена выла из всех динамиков, пока Киаран стоял и ничего не делал. Впервые за долгие годы службы при оповещении об опасности он просто слушал эти устрашающие завывания и никак не реагировал. Можно было бы дать себе передышку, выскочив на несколько минут из реальности в место, о котором вообще практически ничего не известно. Но даже этого Киаран не сделал. Он просто стоял и внимал напоминанию системы о том, что войне на все наплевать. Она неутолима в своей жажде крови, и сама никогда не остановится.

* * *

Вильям вбежал в каюту Тартаса и застал его за чтением сообщений на компьютере.

— Я уже в курсе, — Тартас быстро свернул голограмму.

Вильям стоял и молчал, как-то странно глядя на него.

— Ты что-то еще хотел мне сообщить? — Тартас встал и нахмурился, не понимая мотивов внезапного порыва Вильяма «срочно увидеться».

— Хотел сказать, — Вильям подошел к нему и обнял, — что я люблю тебя.

— Я же просил эту тему не поднимать! — разозлился Тартас.

— Можешь не верить, — прошептал Вильям, — мне наплевать, — он прижался к его губам. — Выживи, ладно? — он погладил его по щекам. — Выживи — это все, о чем я тебя прошу, — Вильям резко отстранился и быстро ушел.

Тартас остался один. Поступок Вильяма выбил его из колеи. Слишком внезапный, нелогичный и эмоциональный. Впрочем, от представителя расы луитанцев ничего другого ожидать и не следовало. Этим Тартас и успокоил себя.

* * *

Аудроне ждала Вильяма в медотсеке. Как она и предвидела, туда он пришел довольно скоро.