Буря

— Ты имеешь в виду людей, которые покупают части тел и такие продукты, как желчь тролля? — тихим голосом спросила я.

Ронан вскинул брови.

— Когда мама была подростком, она продала желчь тролля на черном рынке, чтобы купить нетрадиционное лекарство для её друга Реми. Он использовал его для исцеления людей, — сказала я. — Хотя сомневаюсь, что они когда-то покупали части тел.

Ронан смотрел на меня так, словно во лбу у меня вырос рог. Иногда я забывала, насколько особенной была мама, особенно для людей, которые её не знали.

— Мама не крала желчь тролля. Реми — тролль, и он сам дал её ей, — попыталась я объяснить, когда он продолжил пялиться на меня.

Шеймус рассмеялся и пришёл мне на спасение.

— Как бы безумно это не звучало, но это правда.

Мы вошли в дом. Я оглядела связанных людей и встретилась с взбешенным взглядом того, кого пнула ногой в лицо. Что заставляло людей становиться наёмниками, которые похищают детей ради денег? Как они уживаются с самими собой, зная какой ужас эти дети переживают? Личность, которая может такое сделать, способна на всё.

Кое-какая мысль поразила меня, и я резко развернулась к Ронану и Шеймусу.

— Как вы думаете, есть ли связь между этим похищением и исчезновениями, которые расследует папа?

— Исчезли только демоны, — задумчиво произнёс Шеймус. — Но люди, стоящие за этим, могут расширить зону интересов на другие виды. Посмотрим, что мы сможем вытащить из этих мужчин.

Шон вошёл в кухню, вид у него был обеспокоенный.

— Мы связались с родителями Софи и Лилли. Их отец угрожал содрать с меня шкуру, если с его девочками что-то случится, и это было после того, как сама Софи объяснила ему, что я её не похищал.

— Многие оборотни недоверчивы к посторонним, — сказал Ронан, и его слова прозвучали так, словно он знал это не понаслышке. — Некоторые стаи оборотней начали взаимодействовать с людьми, но по большей части, оборотни придерживаются своего вида.

Шон состроил гримасу.

— Я не хочу быть поблизости, когда их родители приедут. И, кстати говоря, они хотят знать, где им забрать девочек.

— В Весторне, — ответила я раньше, чем кто-то другой смог заговорить. — Мы не можем держать их тут или отвезти в отель после того, что с ними произошло. Мама может исцелить порезы и синяки Софи, и привести девочек в порядок.

Шеймус одобрительно кивнул.

— Сара лучшая для разговора с их родителями. У неё есть подход к оборотням.

Ронан бросил на него странный взгляд, но ничего не сказал. Конечно же, он знал о способностях моей мамы, если только действительно не жил дикарем многие годы.

— Я уведомлю их, — сказал Шон и развернулся, чтобы уйти.

Я пошла за ним, решив поискать свой телефон, который выпал из кармана жакета. Я нашла его в траве у окна в подвал и прочитала массу сообщений от Димитрия и Кая.

Димитрий: Шеймус и Ронан только что убежали отсюда. Что ты наделала? Шутка

Димитрий: Серьёзно. Где ты?

Кай: Ты как? Клер сказала, что у вас неприятности.

Димитрий: Ты, правда, спасла каких-то детёнышей ягуаров-оборотней? Круто!

Кай: Ты расправилась с кучей вооружённых наёмников???

Кай: Моя девушка — крутая!

Улыбнувшись, я написала им ответ, сообщив, что всё в порядке, и что я позже найду их.

Из дома вышел Шеймус и сказал нам, что он остаётся здесь и будет ждать группу зачистки. Клер и Ниалл были заняты с гулаками, а, следовательно, Ронан повезёт Софи и Лилли в Весторн. Лилли тут же заявила, что без меня никуда не поедет, поэтому я согласилась ехать с ними. Мне стало легче, когда Анна сказала, что тоже поедет с нами. Она спасла меня от необходимости вести не-беседу с Ронаном в течение часа езды.

Я позвонила маме и сообщила ей о происшествии. Как я и предполагала, она попросила привезти девочек к нам домой, вместо особняка. Там было уютнее и не так пугающе.

Ронан ушёл и вернулся через пять минут на внедорожнике. Я забралась назад с Софи и Лилли, а Анна была более чем счастлива ехать спереди с Ронаном. Первые тридцать минут она бесчисленное количество раз пыталась втянуть его в разговор, но всё что она получила от него, это несколько односложных ответов. Вторую половину поездки единственным звуком в машине было тихое посапывание Лилли, которая уснула, положив голову на меня.

Когда мы доехали до Весторна, Ронан высадил Анну у особняка, а затем отвез меня с девочками к озеру. Мама ждала нас снаружи, и она подбежала к машине, желая помочь вынести девочек из машины. Не прошло и минуты, как девочки избавились от страха перед кем-то новым. Мама протянула руки к Лилли, и маленькая девочка вбежала в них, словно они знали друг друга вечно.

Я повернулась поблагодарить Ронана и увидела, что он наблюдает за мамой, которая взяла девочек за руки и повела их к дому.

— Все любят маму, — с лёгкостью сказала я. — Ну, все, за исключением вампиров.

Ронан посмотрел на меня поверх капота, выражение его лица было нечитаемо. Впервые с нашей встречи в лесу мы оказались одни, и я потеряла дар речи. Он был единственным мужчиной, из всех кого я когда-то встречала, кто заставлял меня чувствовать себя неуклюжей тринадцатилетней девочкой.

И сказать, что у нас было трудное начало, было ничего не сказать. Сегодня вечером он впервые похвалил мой результат, и мне казалось, что я задолжала ему что-то в ответ.

— Прости, что столкнула тебя в ручей в тот день в лесу… и что сегодня попыталась перехватить.

Я пальцами мяла край жакета и начала тараторить:

— Полагаю, я должна также извиниться, что ударила током на нашем первом уроке. Клянусь, это было случайно, а не потому, что ты не нравишься мне или что-то в этом.

Я плотно сжала губы. Дэни, заткнись.

— Хорошо. Я бы не хотел узнать, чтобы ты сделала, если бы я тебе не понравился.

Сначала я подумала, что он говорил серьёзно, пока не увидела, как дернулся уголок его рта. Я была настолько ошарашена, что не смогла ничего придумать в ответ.

— Доброй ночи, Дэни.

Ронан сел во внедорожник и уехал. А я осталась стоять на месте, наблюдая за машиной, пока габаритные огни не исчезли из вида.

* * *