Целитель

Эх, теперь меня от местного и не отличить, выходит. Ну ничего, надеюсь, одежду мою старую сжигать не будут. Хорошо бы постирали и отдали обратно, но уточню при случае.

За ночь обстановка не изменилось – так же носятся дети, женщины кашеварят возле большого закопчённого котла, с улицы слышится лай собак, частые удары по металлу. Наверное, и кузница у них тут есть. Ухмыльнулся и поймал себя на мысли, что было бы интересно посмотреть. Кроме того, что здоровый мужик лупит молотком по раскалённой заготовке, ничего про кузнечное дело не знаю. Любознательность.

Старосты в большом доме уже не было, остальных мужчин тоже. Видно, я один разоспался так, решили не будить гостя. Приблизился к очагу, женщины меня приветствовали почтительно, предложили поесть, отказываться не стал. Навалили в миску что-то вроде нарезанной кубиками репы, приправленной мясной подливой, да ещё и с луком. Попросил ложку, дали деревянную, потемневшую от жира, но сейчас не до капризов. Зачерпнул варево, отправил в рот, замычал довольно, похвалил повара. Женщины заулыбались чуть кокетливо, и то хорошо, первый, так сказать, контакт. А то превратили меня в какое-то чудовище с молниями.

Справился с порцией по-солдатски быстро, от добавки отказался и спросил, где старосту искать. Посоветовали поискать у ворот или на конюшне.

Ну вот, у них тут и лошади есть.

Когда вышел на улицу, резко вспомнил, что до сих пор не понимаю, где я и что дальше делать, и что придётся этот момент прояснять. Причём сделать это так, чтобы не попасть под подозрение. Мало ли зачем мне нужно выспрашивать о местных реалиях. Ладно, разберёмся. Если сразу не убили, то, может, и дальше получится пожить.

Подбодрив себя таким образом, зашагал к воротам.

Ворота поутру оказались распахнуты, в них чернявый мужик, подбадривая криками и хворостиной, выгонял стадо коров голов в пятнадцать. Сильно процесса это не ускоряло – стадо размеренно протискивалось в проход. Присмотревшись, я обнаружил, что коровы не очень-то на коров и похожи: более поджарые, с короткими гривами и рогами, загнутыми баранкой, а хвост мохнатый, как у собаки. Хотя нравом, похоже, местные бурёнки ничем не отличались от земного аналога.

Старосты здесь не оказалось, но стоявший на страже пожилой дядька показал мне, как пройти к конюшне – широкому деревянному сараю, чуть в стороне от ограды. Уже на подходе почувствовал ядрёный запах навоза, лошадиное фырканье и услышал голоса внутри. Узнал старосту, второй незнакомый вроде.

– А ты тут зачем топчешься?! – орал Аку. – Две луны говорил, что всё в порядке, а теперь язык проглотил?!

– А что же с ней делать? – жалобно ответил второй. – Кто ж знал, что так выйдет?

– Ты! – заорал староста, уже не сдерживаясь. – Ты, живодёр проклятый, этих лошадей покупал! Ты их выбирал!

– Так и правильно… – начал было собеседник, но староста договорить ему не дал.

– Значит так, – чуть тише проговорил Аку. – Либо она родит, либо рожать будешь ты сам…

– Шутишь, староста…

– Шучу?! Я не пожалею денег, в храм съезжу, попрошу богов, чтобы даровали тебе такую возможность!

Я остановился в дверях и кашлянул.

– Господин Алек, – обрадовался Аку. – Вас-то мне и надо!

Он обернулся к сухощавому мужичку, который мялся возле дальней стенки помещения:

– Сейчас мага подключим, будешь у меня вместо кобылы мучиться.

Мужик, похоже, испугался не на шутку. Заморгал часто-часто, губы затряслись.

– За что, староста?!

– Ладно уж, – сменил гнев на милость начальник. – Жди здесь, скоро вернусь.

Мы вышли наружу и зашагали по улице.

– Круто вы с ним, – сказал я.

– Бестолочь, – махнул рукой староста. – Лошадей купил прошлой осенью на ярмарке. Хорошие лошади, да заболели непонятно чем. Вы лошадей лечить не умете? Помрут ведь.

В глазах у старосты застыла мольба, но тут я ему помочь ничем не могу, в чём и признался.

– Жаль, – покачал головой он. – Придётся… Эх…

– Что придётся? – уточнил я.

– Есть тут один человек, – туманно ответил староста. – Платить много придётся, да лошади дороже. А вы чего хотели? Не накормили с утра? Я им…

– Накормили, – успокоил я его. – Понимаете, мне нужен кто-то, кто хорошо местность знает…

– Уходить собираетесь? – встревожился Аку.

– Нет, – я отрицательно покачал головой. – Хочу побольше разузнать о тех местах, что выше по реке. Это можно как-то узнать?

– Почему же нельзя, – задумчиво протянул староста. – Барди-охотник ходит в те места, и Дьярви тоже.

– А тот, что меня привёл? Льёт, кажется?

– Да какой он охотник, – отмахнулся бородач. – Так, по кустам лазает, всё лазутчиков ищет. Вот отец его, Йорг, тот все местные тропинки знал как свои пальцы, хоть и не местный сам, да он…

Староста запнулся.

– Умер? – осторожно спросил я.

– Лучше бы умер, – вздохнул Аку. – Несколько лет назад на деревню кровососы напали. Так много, что никто и не помнит, чтобы они такой ватагой когда-то приходили – три руки их было.

Он для наглядности, вытянул вперёд руку с растопыренными пальцами.

– Так вот, кто поумнее, попрятались по сундукам да подвалам, и Марна с Йоргом и Льётом в погребе заперлись, да только то ли дверь у них хлипкой оказалась, то ли что… Сломали твари дверь и в погреб кинулись. Йорг меч взял, жену с сыном собой прикрыл, две руки кровососов изрубил – они как кровь учуют, так и лезут без разбора. Парнишка и не пострадал совсем, испугался только, а Марне лишь один удар достался, но смертельный – горло ей тварь когтями расхватила. Йорг, тогда уже едва на ногах стоял, всего его изорвали. Так и внесли мы Марну на костёр, думали, и Йорг за ней следом отправится, сильно его подрали, в клочья просто. А он взял да выжил. Только… Умом тронулся. Ни с кем не говорит, ходит сам с собой, молчит. Лишь Льёта близко подпускает. С ним и говорить пробовали, и убеждать… Однажды терпение закончилось, побить решили. Так он всех мужиков голыми руками из дома вышвырнул. И снова бирюком ходит. Одно мучение от него, и выгнать бы, да он работает как положено – гончарит получше остальных, кстати.

– А сам он, значит, не местный?

– Нет, – мотнул головой староста. – Марна местной была, она моей двоюродной тётки дочка. Овдовела рано, осталась с мальчонкой. Йорг, значит, её с ребёнком и взял. Он сам с севера, из солдат. Пришёл сюда, как закончилась служба. Льёт другого отца не знал, да и сам Йорг к нему крепко прикипел, ни разу не видел, чтобы хоть подзатыльник отвесил и другим позволял.

– Значит, с ним не договоришься?

– Как по мне, так не стоит и пробовать, – покачал головой староста.