Целительница Цзюнь
Шрифт:
Фан Чэнъюй сидел за спиной собственной жены. Он не мешал ей принимать пациентов, но это не лишало его возможности слушать ее и следить за всем, что она делает.
Калека нуждается в постоянном уходе, бедной Цзюнь Цзюлин приходится беспрерывно за ним присматривать.
Какая занимательная картина.
Обратив внимание на то, с каким почтением сотрудники Дэшэнчана общаются с молодым господином, Ху Гуй принялся выдумывать всякую ерунду. Фан Чэнъюй взял кисть, написал что-то на бумаге и передал
Судя по всему, они разменяли серебро.
Однако…
Ху Гуй остолбенел.
А почему они так почтительно ведут себя с ним?
С господином Янем сотрудники Дэшэнчана тоже всегда обращались учтиво.
Неужели семья мужа Цзюнь Цзюлин по-настоящему богата?
Ху Гуй невольно преградил дорогу одному из людей Дэшэнчана, когда те проходили мимо. Он знал этого человека, поскольку несколько дней назад имел дело со свидетельством о праве владения землей.
– Братец Сяо Бань, – шепотом позвал он, указывая на хижину. – Много денег они обменяли?
Сотрудник денежной лавки по имени Сяо Бань странно покосился на него.
– Каких денег? – встречно спросил он.
Ху Гуй цокнул языком.
– В смысле? Вы что, просто так дали ему деньги?
Сяо Бань улыбнулся.
– Не просто так, – ответил он. – Более того, это даже не наши деньги. Они принадлежат ему.
Что это значит?
Ху Гуй ничего не понял и лишь моргнул.
Слегка озадаченный Сяо Бань похлопал его по плечу.
– Ху Гуй, ты что, не признал нашу молодую госпожу? – спросил он, а затем указал на юношу в хижине. – А это наш молодой господин. Деньги Дэшэнчана нам не принадлежат, они все его.
Ничего себе!
Глаза Ху Гуя стали просто огромными.
– Дядя, дядя! – сломя голову мчался к нему племянник.
Не находивший себе места Ху Гуй немедленно схватил его.
– Ну что там? – с нетерпением спросил он.
– Дядя, я все узнал. Родственники старого господина Цзюня – это семья Фан, владеющая Дэшэнчаном! – ответил он, задыхаясь. – То есть семья Фан – это семья матери юной госпожи Цзюнь. А теперь она вышла замуж за своего младшего двоюродного брата и стала молодой госпожой Дэшэнчана!
Ху Гуй застыл на месте.
Он вдруг вспомнил, что родственники семьи Цзюнь в самом деле носили фамилию Фан. В то время семья Фан передала кучу приданого, и ему уже тогда показалось, что они весьма богаты.
Однако у семьи Цзюнь было не так уж много родственников, да и сама семья состояла из нескольких человек. Свадьба прошла без лишнего шума. К тому же после женитьбы господин Цзюнь почти сразу заступил на службу и в течение двух-трех лет не возвращался. Вот все вскоре о нем и забыли, что уж там говорить про семью его жены, госпожи Цзюнь.
Жунань – маленький город. Денежная лавка Дэшэнчана открылась здесь всего несколько лет назад, к тому времени старый господин Цзюнь уже скончался.
Кто же знал, что эти семьи породнились?!
Еще и Дэшэнчан!
Хотя Дэшэнчан открылся в Жунане совсем недавно, все хорошо знали это название. Это ведь денежная лавка, а денежная лавка означает только одно – деньги.
Помимо провинций Шаньси и Хэнань, денежные лавки семьи Фан были почти везде.
Сколько же у них денег?
Теперь то, что Цзюнь Цзюлин просила назначить любую цену, вовсе не казалось чем-то удивительным. И в том, что она целый месяц собралась бесплатно лечить людей и выдавать им лекарства, тоже не было ничего странного.
– Все-таки она по-настоящему сильна, – пробормотал Ху Гуй.
Глава 22
Мое обещание
– Ну и что с того, что у нее есть деньги?
Когда Ху Гуй только услышал последние новости, господин Янь уже все выведал.
Все-таки действия Цзюнь Цзюлин вызвали в Жунане ажиотаж. Помимо всего прочего, появились сотрудники Дэшэнчана и купили для нее лекарства. Не имело никакого значения, знал ли об этом народ, людям вроде господина Яня все стало известно.
И все же это вызвало интерес и среди простолюдинов.
– Разве наличие денег делает кого-то всемогущим? – усмехнулся господин Янь. – Нельзя помыкать людьми, даже если ты богат. У меня есть свидетельство о праве владения землей, а она ведет себя так, будто не понимает этого.
– Но, господин, касаемо дома… – осторожно напомнил слуга.
– А что с ним? – с криком перебил его господин Янь. – У кого-то есть подозрения, что это сделал я? И где же свидетели и доказательства? Пусть подают жалобу! Посмотрим, займутся ли органы власти этим вопросом.
Слуга не осмелился возразить.
– Разве она не просто использует деньги для добрых дел? Это то же самое, что раздавать бесплатную кашу беженцам, – сказал господин Янь, хлопая себя по толстому животу. – У тебя есть деньги, и ты организовываешь бесплатное лечение и предоставляешь лекарства, народ тебя любит, уважает и рассыпается в благодарностях, и что с того? Делаешь добрые дела и зарабатываешь себе хорошую репутацию. Но других ведь это не касается. Каждый занимается своими проблемами, никто не станет совать нос в чужие дела.
Слуга кивнул.
– Верно, все так и есть. Вся эта толпа лишь гонится за бесплатными лекарствами, – согласился он, поджав губы. – Все они – просто голодранцы без денег, а богачам плевать на ее лекарства. Цзюнь Цзюлин ведь не известный врач, никто не будет ее здесь искать. Да и кто вообще знает, кто она такая?
Господин Янь улыбнулся и кивнул ему.
– А ты умен не по годам, – отметил он, снова хлопнул себя по животу и, расхаживая по крытой дорожке, стал поддразнивать дроздов в клетке. – Хорошая репутация – вещь, безусловно, прекрасная, однако многое зависит еще и от того, насколько она полезна и есть ли от нее кому-то польза. В противном случае это лишь пустой звук и красивая картинка.