Цемра

Твари научили людей ценить жизнь.

И сейчас это место выглядело каким-то… умиротворенным. Артур тщательно огибал Червей и перевернутые остовы машин, под которыми могли спать твари. Пару раз, избегая проходить через перегородившие улицу заросли, парень пробирался через полуразрушенные дома. В конце концов, он нашел нужное ему место — несколько длинных зданий за бетонным забором. Ворота склада, и передние, и боковые, были заперты на замки, но полазив среди нагромождений металла и стройматериалов, Артур обнаружил хлипкое окно пристройки, сквозь которую можно было попасть на склад. Беглый осмотр выявил множество пыльных коробок, как расставленных на больших стеллажах, так и наваленных огромными кучами между ними. Увидев, что разбираться с этим барахлом можно много недель, парень решил заглянуть сюда на обратном пути и потратить день на поиск достойного «хабара». По-настоящему он займется этой работой когда-нибудь потом, когда соберет группу хотя бы из четырех человек.

Спустя час Артур уже осторожно пересекал поля, обойдя по открытому месту заброшенную деревню к югу от города — последнюю на пути к военным складам. Дороги здесь давно не существовало, но парень довольно ловко держал путь по сравнительно голым гребням холмов, воображая себя Лоуренсом Аравийским, странствующим по далекой жаркой пустыне. Лишь в одном месте ему пришлось спуститься в густые заросли и перейти через почти высохшую речку — странно, что при вечной сырости она, наоборот, не стала полноводной рекой.

Только подойдя к бывшим полям, когда-то отделявших сельскохозяйственный район от складов и полигона, Артур понял, что от горизонта до горизонта он единственный живой человек — один на дне враждебного темного моря. Справа от него поле окаймляла заросшая канава, слева — громоздился сухостой. Ему нужно было пройти в промежутке между деревьями и канавой. Но глядя в темный провал пути, на серые ветви на фоне пустого неба, Артур вдруг почувствовал себя таким маленьким, таким заброшенным и потерянным, что у него защемило сердце.

Совладать с собой помог очередной совет Сани: если начнет кошмарить — займись бытовухой. Да и по времени давно стоило сделать привал. Подкрепившись, Артур вновь взглянул на жизнь оптимистично, и продолжил путь.

Через пару часов он, наконец, дошел до складов. Осмотр через тепловизор не выявил ничего интересного, все было спокойно. Артур отправился по намеченному Саней маршруту, осматривая подходящие места для скрытого наблюдения и каждый раз удивляясь прозорливости электронщика: почти каждое указанное на карте место позволяло незаметно следить за складами через тепловизор, и перемещаться между лежками парень мог так же незаметно. Вскоре он составил полукруг из наблюдательных пунктов, обходя которые, он мог хоть целую ночь со всех сторон держать под контролем склады и подступы к ним.

Никто в ту ночь не объявился, и едва засерело утро, Артур отправился в обустроенное разведчиками укрытие на складах. Обе двери тамбура не были заперты изнутри на засовы, а в помещении парень обнаружил пыльное запустение — никто не пользовался убежищем как минимум год. Запершись, и разложив пожитки на деревянном столе, Артур вскипятил чаю и перекусил. Электрическая лампа на столе не работала — не было электричества, так что пришлось достать из рюкзака собственный фонарь. Спать еще не хотелось, и, потратив час на чистку и осмотр одежды и снаряжения, парень заинтересовался железной лесенкой, ведущей к деревянному люку в потолке. Артур поднялся по лестнице в верхнюю комнату и обнаружил, что кто-то превратил ее в пункт наблюдения: окно было наглухо закрыто стальным листом, зато с потолка свисала труба перископа. Во вделанных же в оконный щит приспособлениях он опознал крепления для приборов и камер. Отодвигать шторки приспособлений Артур не рискнул, предпочтя воспользоваться перископом.

Снаружи было уже совсем светло. Безликая, безрадостная земля открывалась перед взором: еще более убогая и уродливая, чем при взгляде через ночные очки, и бесконечно далекая от той цветной красоты, что показывает тепловизор. Интересно, если приборы делают все лучше, чем есть на самом деле, то не относится ли это и к тем видеозаписям старого мира? Ради душевного спокойствия лучше считать, что видеозаписи тоже врут, а то как подумаешь какой мир потеряли люди, так и жить не захочется.

Выспаться толком не удалось. Сначала Артур подремал на топчане в нижней комнате, но к полудню сон окончательно оставил его. Внизу было слишком тихо. Парень не привык к такому; убежища людей напоминали ему древние корабли из книг: всегда слышно других людей, шуршит вентиляция, в трубах гудит вода, из-за стен доносятся шаги, стук и другие звуки. Здесь же царила глухая тишина. Промаявшись несколько часов, Артур поднялся в верхнюю комнату и осторожно отодвинул одну из заслонок на щите. День был туманным, и Червей было плохо видно — лишь неясные белесые силуэты маячили во мгле. Парень уселся под амбразурой и достал из кармана ридер. Тот не имел подсветки, но дневного света было вполне достаточно, чтобы различать слова. Так можно было сэкономить электричество.

Пару часов последив за перипетиями экспедиции Франклина [5] , Артур совсем замучился: света было слишком мало, а Черви затеяли снаружи какую-то неприятную возню, будто с хлюпаньем и чавканьем избивая сырую землю своими волокнистыми раздутыми телами. Дочитав роман до ужасной и несправедливой гибели лейтенанта Ирвинга, Артур приуныл.

«Нашел, что читать в дороге. От такого чтива вскрыться хочется…» — с этими мыслями он убрал ридер и принес снизу одеяло и грелку. Черви притихли, так что парень рассчитывал поспать прямо под окном.

5

Артур читал роман Дэна Симмонса «Террор» о пропавшей арктической экспедиции Джона Франклина.

Но едва он задремал, как тут же в оконный щит что-то глухо ударило. Парень встрепенулся и бесшумно отполз в угол. В ту же секунду раздалось протяжное шуршание, и массивная туша налегла на щит — с такой силой, что из-под анкерных креплений посыпалась пыль. Слабый луч света из амбразуры несколько раз мигнул и угас. Теперь к шуршанию Червя и треску стали добавился скрежет чего-то твердого о бетон. Едва парень успел позавидовать тем книжным морякам, у которых хотя бы было из чего отстреливаться, как под окном раздался приближающийся топот другого чудовища. Первый Червь отлег от щита и устремился за собратом, напоследок так крепко наподдав хвостом, что лязгнули сразу все задвижки.

Минут десять Артур тихо сидел в углу, прислушиваясь к возне Червей. Судя по всему, здесь был и третий: пока его братья развлекались борьбой, он шуршал где-то у самого угла здания, будто пытаясь подкопаться под него.

«И чего они так разошлись? Может, кто-нибудь рассердил их?» — но Артур и сам знал, что в середине дня здесь никого не могло оказаться — неосторожный путник просто погиб бы раньше, чем подошел так близко складам.

Собравшись с духом, Артур аккуратно закрыл амбразуру и неслышно вытек из комнаты, тщательно прикрыв за собой люк. Остаток дня парень маялся от безделья, да пытался медитировать в надежде, что это поможет ему уснуть. День, однако, клонился к ночи, а парень скорее все больше уставал, чем набирался сил.

Когда на руке завибрировали часы, отмечая конец светового дня, Артур включил фонарь и подготовился к выходу. Поднявшись в верхнюю комнату, чтобы оценить обстановку, парень надолго приник к перископу: последние крохи света выхватывали из темноты пряди тумана, державшегося весь день, но с наступлением ночи почему-то рассеивающегося. Насколько помнил незадачливый разведчик, все должно быть наоборот, но его это не расстраивало: туман только мешал бы ему снаружи. Аккуратно закрепив очки в кронштейне на щите, Артур отодвинул задвижку и осмотрел местность вооруженным взглядом. В узкое поле зрения очков попал только один закопавшийся в землю Червь. Парень несколько минут последил за ним, но тварь, кажется, действительно уснула. Значит, пора выходить.