Цена предательства

Они привели оружие к бою и побежали на звуки разгорающегося сражения. На ходу Резник сверился с наручными часами, которые сберег со времен службы в советской армии.

Они показывали четверть первого ночи.

Эйнджелу и Стонеру на обратном пути, когда пришлось пересекать Санта-Ану, повезло значительно меньше.

После взрыва, разрушившего городские линии коммуникаций и энергоснабжения, Стонер резко нажал на акселератор, и "рэнглер"

ринулся вперед, оставив позади черные следы протекторов. Поворот на главную дорогу водитель взял на такой скорости, что едва не потерял управление, но сумел выровнять машину и понесся на воссоединение с отрядом.

– Тпру! Потише, приятель!
– крикнул Эйнджел.
– При такой езде мы далеко не уйдем.

– А мне показалось, что тебе нравится, когда ветер свистит в ушах, насмешливо заметил Стонер.
– Что с тобой? Неужели перепугался?

– Сволочь ты!
– попытался урезонить его напарник.

Стонер оглянулся назад, перевел глаза на Эйнджела, и оба радостно рассмеялись.

– Ты видел, как там рвануло?
– не унимался Стонер.
– Я такого никогда в жизни не видел.

– Получилось действительно впечатляюще, - согласился Эйнджел. Потрясающе!

В общем, один - ноль в пользу команды гостей.

На подходе к очередному перекрестку справа показался джип с четырьмя солдатами регулярной армии. Сидевший на пассажирском месте впереди включил сирену и знаком приказал Стонеру остановиться. В ответ Эйнджел разрядил целую патронную ленту и сразу же перезарядил пулемет. Двое солдат были убиты, но третий успел все же дать несколько выстрелов из винтовки М-16. Пули ударили по "рэнглеру", но две пришлись по Стонеру. Первая угодила ему в левое плечо над краем бронежилета, забрызгав ветровое стекло каплями крови, а вторая вошла в левый бок. Еще три крупнокалиберные пули пробили ветровое стекло.

Тяжело раненный Стонер потерял управление, и "рэнглер" влетел на тротуар, ударился о фасад дома, отскочил, пересек улицу и притерся боком к запаркованному "ниссану", подняв тучу искр. Все это время Эйнджел продолжал обстреливать армейский джип, в конечном итоге потерявший радиатор и окутавшийся облаком пара. Машина остановилась, и из нее вывалились два солдата, неустанно поливавшие свинцом уходящий "рэнглер".

– Ну, ты как, мужик?
– взволнованно спросил Эйнджел, когда машина на двух колесах повернула за угол, промчалась по дороге и резко притормозила возле многоквартирного жилого дома. Стонер бессильно упал грудью на руль.

– Меня ранили, парень, и мне нужен врач, - процедил сквозь зубы Стонер.

– Крепко досталось?

– Вляпался изрядно. Тут не найдется аптечки?

– Сейчас поищу, - пообещал Эйнджел.

Он разыскал коробку со знаком Красного креста, закрепленную цепью в багажном отделении, взломал цепь рукояткой "кольта", пошарил внутри, вынул несколько предметов и внимательно их изучил при свете зажигалки "зиппо".

– Нам повезло, - резюмировал Эйнджел.
– По крайней мере здесь написано по-английски, так что разберемся. Давай посмотрим, что мы имеем.
– Он поднес к глазам пригоршню одноразовых шприцов, наполненных какой-то жидкостью.
– Вот это да!
– удивленно воскликнул он.
– Это же морфий! Желаете?

– Нет, не надо. А бинт там найдется?

– Есть немножко.

– Тогда осмотри мое левое плечо и бок, черт бы их побрал! По-моему, у меня сильное кровотечение.

Не произнеся больше ни слова, Эйнджел разорвал куртку и рубашку у плеча напарника и принялся осматривать раны. Первая пуля прошла через плечо навылет. Входное отверстие казалось посиневшим при свете зажигалки, а на выходе рана была величиной с кулак, и оттуда хлестала кровь. Внутри раны можно было рассмотреть рваные края пробитой кости.

– Я, конечно, сделаю все что могу, но тебе нужен врач, - заключил Эйнджел.

– А когда нужен врач, его поблизости не оказывается. У меня еще одна рана, в боку.

Эйнджел осмотрел и эту рану и понял, что пуля застряла внутри тела. Кровотечения почти не было, что могло свидетельствовать о серьезной внутренней травме и внутреннем кровотечении.

– Прости, друг, но с этим мне не справиться, - признался Эйнджел.

– Ладно, придумай что-нибудь и давай линять отсюда, пока не нарвались еще на один патруль.

– Сильно болит?

– Пока нет. Вот только онемело, как будто меня пару раз здорово хватили бейсбольной битой.

– Не горюй, битой тебе еще достанется.

– Спасибо на добром слове.

Эйнджел помог Стонеру лечь на сиденье, собрал все необходимое из аптечки и взялся за дело. Он присыпал рану на плече антисептическим порошком и туго обвязал бинтом, пропустив повязку под мышку. На рану в боку наложил только повязку и приклеил пластырем.

– Пока этого хватит, брат, - заключил он.
– Позже найдем тебе лекаря. Как ты себя чувствуешь?

– Дерьмово.

– Это от шока. На, глотай пилюлю от боли.

– Это что, морфий? Я не хочу терять сознание.

– Нет, не морфий. Его я приберегу для себя. Это обычная аптечная таблетка. Давай, мужик, пошевеливайся! Нам нужно смываться отсюда!

– Я же тебе говорю, что у меня ничего не болит.

– А я тебе сказал, что боль еще придет.

Глотай пилюлю и заткнись.

Стонер бросил в рот таблетку, запив ее водой из фляжки, висевшей у него на груди, а Эйнджел сел за руль. Мотор работал нормально, и казалось, проблем не будет, но, как только они сдвинулись с места, стало ясно, что далеко не все в порядке. Водитель вышел из машины и обошел ее сзади.

– А, черт!
– выругался он.
– Колесо спустило.

– Что делать будем?
– слабым голосом поинтересовался Стонер, который начал ощущать боль.

– Как тебе сказать... По механической части у меня всегда были нелады, и я вряд ли сумею поставить запаску. А поскольку мы с тобой не являемся членами местного отделения автомобильного клуба, придется ехать как есть. Конечно, будет трясти и удовольствия это тебе не доставит, но ничего не поделаешь. Прости, дорогой.

– Ты просто садись за руль и делай свое дело. Обо мне можешь не беспокоиться. Обещаю дожить до конца пути.

– Договорились.

Эйнджел отжал педаль газа, и джип тронулся в путь, постепенно набирая скорость, но спущенное колесо притормаживало, и водитель знал, что вскоре придется двигаться на голом ободе.

Скорость удалось довести до двадцати миль в час, но тряска становилась все более ощутимой, и пришлось сбросить газ, чтобы не растревожить раненого.

"Вот влипли!
– думал Эйнджел, прислушиваясь к звукам отдаленного боя. При такой скорости мы и до утра не доберемся до места".