Цена проклятия

– Почему ты не сказала, что живешь с драконом?

Сайгош хихикнул, потом громче, и, наконец, громко рассмеялся, подавая руку, чтобы поднять шотландца на ноги. Затем он изо всей силы хлопнул колдуна по плечу и подмигнул:

– Понравилась ведьма? Я же не знал, что ты с романтическими намерениями, прости старика. Давай выпьем. Несса! Почему бутылка пустая? Гостя надо угостить! Сгоняй в подвал, а?

Опять он за своё. Прекрасно понимая, что притворщик хочет остаться с МакКуинси наедине, я решительно потопала за очередной бутылкой, шаркая тапочками и наступая на особенно скрипящие половицы. Дойдя до конца коридора, я сняла обувь, и, крадучись, вернулась к полуоткрытым дверям.

– Как живешь, Мак?
– с угрозой в голосе поинтересовался дракон.

– Спасибо, нормально, - хриплым голосом ответил колдун.
– Извини, не знал, что дама несвободна. Просто никак не могу выкинуть её образ из головы. Мы познакомились в поезде. А потом она пришла ко мне с просьбой.

– Так это с тобой ведьма договаривалась о судьбе тигра?

Сайгош подошел к двери и с силой её захлопнул. Досадно. Придется всё-таки идти вниз. На обратном пути я зашла на кухню, нарезала тонкими ломтями холодное отварное мясо, добавила ветчины и на отдельной тарелочке - сваренные вкрутую яйца. Поставила еду на поднос и понесла в гостиную, захватив со стола корзиночку с уже нарезанным хлебом. От ужина остался, наверное. Когда я вошла, мужчины обнаружились возле камина с трубками в зубах. Они с удовольствием перебрасывались отрывистыми фразами, обсуждая политику нижней Палаты Лордов. Сизый тяжелый дым повис туманным облачком над их головами. Казалось, они тут сидят уже давно. Никто даже не вспоминал о намечавшейся драке. Любопытно. Я поставила поднос на стол и прошла к камину.

– Извините, но уже поздно. Желаю вам обоим спокойной ночи. Там еда на столе, надеюсь, вы сможете сами сделать себе бутерброды.

Присев возле огня, я протянула руку к пламени. На ладонь тут же выбралась довольная саламандра. Я не удержалась и погладила спинку существа, довольно свернувшегося в моей руке. Горячая. Это означает, что сегодня малышка будет спать отдельно, не мешая мне вертеться на постели. Уже подходя к двери в свою комнату, услышала за спиной голос шотландца:

– Подожди. Пожалуйста, покажи мне саламандру. Хочу проверить одну догадку.

Я разозлилась. То они дерутся, то курят, теперь этому ящерку покажи. Как всегда в последнее время, внутри стал разгораться неуправляемый огонь подпитываемый злостью. Сзади раздался крик Сайгоша: "Ложись!". Из моих рук вырвалось обжигающее пламя, рванувшись через весь коридор к дракону. Его ладони приняли на себя пылающий шар и впитали огонь без остатка, в одно мгновение. Если бы колдун не послушался команды, от него осталась бы только горка серого пепла. Сейчас он лежал у моих ног, закрывая руками голову. Не скрою, мне было приятно подтолкнуть самоуверенного типа носком тапочка:

– Ну вот. Показала. Завтра расскажешь мне о своей догадке. Можно сразу после завтрака.

Утро следующего дня началось для обитателей нашего дома затемно. Ещё солнце не встало, когда раздался возмущенный рев Сайгоша: "Агнесса!". Я сквозь сон услышала только букву "А", накрыла голову подушкой, спокойно продолжая смотреть увлекательный сон не скажу с кем в главной роли. Проснуться все-таки пришлось, потому что с меня содрали подушку, вытащили из кровати и стали трясти, как пес трепалку. Раскрыв глаза, я увидела нетрезвого хозяина дома, который непрерывно повторял:

– Там! Там! Там это!

Осторожно отцепив судорожно сжатые пальцы от ночной рубашки, я погладила друга по голове и вежливо спросила:

– Где "это"? Возьму большую метлу и прогоню. Ты только скажи, где оно?

– Прямо так пойдешь, или всё-таки оденешься?
– раздался от дверей совершенно трезвый голос колдуна. Он стоял, подпирая спиной дверной косяк, и внимательно рассматривал комнату. Особенно его заинтересовал журнальный столик. Я загородила собой спящих фей, набросила халат, и, подталкивая пошатывающегося друга к выходу, вышла в коридор, накрепко прикрыв двери. Сайгош что-то пробурчал себе под нос и пошел в спальню, держась рукой за стену.

– Вы что, совсем не спали?

– Нет, - рассеянно ответил МакКуинси, поправляя закатанный рукав всё ещё белоснежной рубашки.
– Мы поспорили. Кто больше выпьет, тот и получит приз.

– Куда ты выливал спиртное?

– Там кадка с фикусом. Рядом с окном стоит. Я помогу поменять землю, растение не погибнет, не волнуйся, - поспешил успокоить меня иллюзионист.- А почему ты не спрашиваешь, что за приз я выиграл?

– Потому что не верю, что дракона можно вот так просто напоить. Видишь ли, ящер не пьянеет, извини. Он мастер, когда нужно притворяться. Помнится, в гостиной растет не один фикус. Зачем только меня разбудили, понять не могу.

Сайгош оставил меня в коридоре один на один с новым знакомым. Раннее осеннее утро. Солнце еще только ощущается где-то за мрачным серым небом. Может быть, когда яркие лучи разгонят молочный туман на улице и очистят пространство от облаков, ночные страхи отпустят человеческие души, радость снова коснется наших глаз, помогая настроиться на новый день. Сквозь разбитое окно потянуло влажным прохладным воздухом, лишая мою светлость лирического настроения. Я поежилась и плотнее завязала поясок зеленого махрового халата.

– Риманн.

Услышав чужое имя, я удивленно посмотрела на колдуна. К чему это он?

– Меня зовут Риманн. Вообще-то, есть и второе имя: Aodhan. Друзья называют меня проще - Мак.

– Зачем?

– Зачем говорю тебе оба имени? Надо же нам как-то общаться. Я знаю, как тебя зовут. Ты знаешь, как зовут меня. Справедливо. Пойдем, покажу что-то интересное. Только куртку набрось, холодно, - спокойно сказал МакКуинси. И как мне к нему обращаться? Кто же его назвал-то так неудобно. Aodhan, огонь. Сайгош перевел с кельтского языка, когда в сто пятнадцатый раз повторял правила обращения с огненной стихией. Придумала! Будет Ханом, как Хан Соло. По аналогии с героем "Звездных войн". Я же ему не друг, в конце концов. С какой стороны ни глянь. Сунув голые ноги в кроссовки, надела домашнюю куртку Сайгоша и побежала догонять длинноногого колдуна. Надо же обрадовать человека присвоением нового имени.

В саду было по-осеннему промозгло и сыро. Уличные фонари уже выключили, поэтому сквозь стелющийся туман было плохо видно, где лучше идти, чтобы не наступить в лужи, оставленные вчерашним дождем. Я поежилась, холодный воздух легко пробрался под халат, покрывая кожу мурашками. Герой резво топал впереди, хоть бы разок оглянулся, холера такая. А вдруг я за ним не успеваю? Да нет, конечно, он же слышит, как чавкают мокрые опавшие листья под моими ногами. Закаленный дяденька, не мерзнет в тонкой рубашке. Посреди печально известного фонтана, облепленный грязной тиной красовался знакомый оранжевый шар. Очень интересно.

МакКуинси остановился и сложил руки на груди крест накрест.

– Твоему хозяину очень не понравился вот этот мячик. Мы вышли в сад проветриться, и оборотень решил показать недалекому шотландцу, как надо правильно играть в футбол. Ушиб ногу, разозлился, швырнул мяч в воду. Вода оказалась грязной, вонючей, холодной и мокрой. Обляпала, гм, нашего общего друга. Тут он проявил чудеса сообразительности и решил, что это ты во всем виновата. Собственно, вся история, - пожал плечами колдун.