Цена проклятия

– Ошибаешься, ведьма. Сегодня не только осенний бал в поместье Бишопов. Сегодня день официальной помолвки Алекс с тем мужчиной, которого она сама для себя выбрала. Только он не пошел на бал, а сидит здесь, у твоих ног.
– С этими словами Мак опустился на одно колено и взял мою руку в свои горячие ладони.

Глава 7. Тайны семьи Бишопов - 3 (заключительная глава в этой запутанной истории с семейным проклятием).

Доверие нужно заслужить, по крайней мере, так принято утверждать, и так оно и есть на самом деле. Я отняла руку, грубо выдернув из мужских ладоней. Желание мирно уснуть пропало. Я почувствовала себя неуютно наедине с таким большим и сильным мужчиной. Зачем он сказал, что должен быть на балу? Моя реакция не обрадовала Хана. Колдун вздохнул, потом неохотно устроился на полу перед камином, вытянув длинные ноги. Он прислонился спиной к креслу, помолчал, потом задумчиво произнес, глядя на огонь, стремительно превращающий дрова в пепел:

– То есть, ты даже мысли не допускаешь, что мы с тобой повторяем путь, пройденный другими до нас. Только представь на секунду. А вдруг ты - реинкарнация Ванды? А я - её возрожденный в новом воплощении муж. Что с тобой? Что я сказал смешного? Между прочим, вполне нормальная версия.
– Хан повернулся лицом ко мне и обиженно замер, наблюдая, как меня душит смех. Наконец, я не выдержала, рассмеялась в полный голос со слезами и всхлипываниями. Наверное, со стороны это больше походило на истерику, потому что колдун подскочил и ринулся наливать в стакан воду, а оранжевый шарик обеспокоенно выкатился из угла, где благополучно прятался до сих пор, и стал настойчиво бодать кресло. Я положила руку на бугристую поверхность, чтобы мячик угомонился. Дергаться он перестал, только вибрировал периодически от центра ко всей поверхности. Сферические колебания субстанции. Надо же, я еще что-то помню из университетского курса физики. Механические часы с маятником хрюкнули, заскрипели, и прозвенели десять раз. Десять часов вечера. За стеклом французского окна ночь уверенно окутала темнотой дом, сад, деревья, даже фонтан, который никто пока не собирался чинить. Ветер стих. Казалось, кто-то бродит вокруг, не решаясь войти в освещенную комнату. Мурашки побежали по позвоночнику, стало страшно. Через минуту ощущение чужого присутствия прошло. Но мысль, о том, что кто-то был там, за окном, осталась.

Я поблагодарила Хана за воду и уже в спокойном состоянии ласково улыбнулась ему, наблюдая, как разглаживаются мимические морщинки на лбу встревоженного мужчины.

– Признайся, что тебя рассмешило?

– Не хотела говорить, но придется. Конечно же, твои предположения. Все это просто невозможно. Из-за них ты упустил шанс стать членом семьи леди Александры? Денежки тоже мимо уплыли, не жаль?

– Идея-то была не моя. Старуха решила, что колдун в семье пригодится. Меня сегодня утром просто поставили в известность, что помолвка неизбежна. Велели явиться в смокинге и принести кольцо с бриллиантом.

Если это шутка, то не смешная. Я даже не подумала ответить, только молча смотрела, как порывистый осенний ветер, снова возродившийся к жизни после небольшого затишья, швыряет опавшие черные листья в стекло. Мерно гудел огонь в камине, желание разговаривать улетучилось в никуда. Перед носом появилась белая керамическая кружка с какао. Не задумываясь, я взяла предложенный напиток и попробовала глотнуть. Горячий. Хорошо. Сейчас выпью и спать. Только зайду перед сном к девушке проведать. Она ведь совсем одна в комнате.

– Агнешка.

– Да?

– Все-таки хочу услышать, почему ты наотрез отвергаешь мою версию. Смеёшься. Я сравнил, ты в точности соответствуешь описанию польской колдуньи Ванды. Даже цвет глаз совпадает, хотя, когда ты сердишься или расстроена, твои глаза отсвечивают яркой зеленью. Мне даже показалось, что у тебя не одна радужка, а три. Возле зрачка карий цвет, следующий - цвета молочного шоколада, а последний круг - цвета ранних солнечных лучей. Не янтарный, но близко к нему по оттенку. Потом присмотрелся и понял, что ошибся. Ведь глаза с концентрическими радужками, если прислушиваться к легендам, присущи только старшим фэйри. Леди Александра сказала, что, когда вы впервые встретились на кладбище, ей показалось, что время повернулось вспять, и перед ней стоит сама Немезида.

– Прости, наверное, это, действительно, была истерика, а не смех, - мягко ответила я, краем глаза наблюдая за Ханом. Сейчас, при выключенном электричестве, отсветы пламени делали его похожим на индейца. Из какого-нибудь племени Дакота или Сиу. Еще бы чепчик с перьями, и полное сходство. Особенно в профиль.

– Видишь ли, история, которую ты так увлеченно только что рассказывал, закончилась вполне благополучно. Важек и Ванда живы, здоровы, до сих пор беззаветно любят друг друга и обожают свой яблоневый сад. Могу познакомить, если хочешь. Это мои родные бабушка и дедушка.

Утром за завтраком Сайгош многозначительно косился на невозмутимое лицо МакКуинси и периодически поглядывал в мою сторону, притворяясь, что делает это совершенно без задней мысли. В конце концов, ему надоело ждать, кто первым начнет разговор, и наш общий друг задал прямой вопрос:

– Надеюсь, вы нашли общий язык прошлым вечером? Я пригласил Мака пожить в доме, чтобы ему не нужно было ездить далеко за город каждый день. Вы, двое, должны лучше узнать друг друга прежде, чем принять важное решение. Вчера что-нибудь получилось?

Слегка ошарашенная этим неожиданным заявлением, я молча потыкала чашкой с кофе в сторону колдуна. Пусть сам выкручивается, конспиратор. Спихнуть ответ на Хана не получилось. А всё потому, что кто-то слишком много омлета в рот положил! Еще и жевать не торопится, выдумщик. Пришлось отвечать мне:

– Сай, солнышко, о чем ты? Мы с Ханом вчера разрабатывали тактику борьбы с проклятием, а потом спать пошли, решили не ждать, пока ты вернешься. Кстати, как все прошло? Надеюсь, тебя заметили и не дали возможности поскучать.

Сайгош, польщенный интересом к его особе, тут же стал делиться впечатлениями от торжественного вечера, рассказывая нам, кто во что был одет, как выглядела королева бала, сколько денег было потрачено на прием и прощальные подарки для гостей. В этом месте он остановился, хлопнув себя по лбу.

– Несса, звезда моя, тебе же передали подарок! Просили быстрее выздоравливать. Только я не запомнил кто. Вот, смотри, какой чудесный конверт из золотистой тканевой бумаги. Алая шелковая ленточка. Я аккуратно развяжу, мы её потом привяжем куда-нибудь, - наш самоуверенный друг распечатывал мой конверт без зазрения совести и непрерывно говорил, полагаю, чтобы загладить неловкость от предыдущей реплики. С последним словом, Сайгош закончил отклеивать полоску бумаги, и на стол скользнула серебристая прядь волнистых волос. Дракон замолчал, с ужасом рассматривая часть скальпа, лежащую на белой скатерти между столовыми приборами. Я говорю - скальп, потому что прядь вырвана вместе с кусочком кожи.

Первым пришел в себя Хан. Он поддел салфеткой подарок, поднес к глазам и, глядя на меня с холодным выражением лица, спросил:

– И о чем вы "забыли" мне рассказать?

– Это волосы Майки, маленького эльфа, которого, как мы считаем, украла Айрис. Не сама, конечно.

От двери послышался хриплый девичий голос:

– Это я вынесла крылатую тварь в корзинке и отдала леди Айрис.

Мы обернулись и увидели нашу разбойницу, еле держащуюся на ногах. Пришла в себя, бедняжка. Бледная, с зеленоватым оттенком кожа, большие черные раскосые глаза, безобразная стрижка с перекосившейся белой повязкой и халат с чужого плеча. Анимэшка-задохлик. Даже тапочки не надела. Девушка стояла на холодном полу босиком. Я провела её к столу, усадила рядом со своим местом, потом, не спрашивая, налила в чашку кофе. Пусть выпьет, перекусит, тогда можно будет разговаривать. Провожая взглядом пятый круассан с заварным кремом, я прервала паузу и поинтересовалась:

– Почему ты назвала фея тварью? Вполне приличный молодой человек. Красивый.

– Это же фэйри, а они - чудовища, все до одного, - объяснила разбойница, правда, не очень внятно. Проголодалась бедолажка. Я подала ей чистую салфетку и настойчиво попросила не высказывать подобные мысли вслух.

– Почему?
– удивилась девушка.

– Есть причина, - уклонилась от ответа моя ведьминская светлость.

Сайгош холодно улыбнулся, сложил салфетку возле тарелки и внимательно уставился на гостью. Девушка взяла было еще круассан, но отложила, выпрямив спину. Видно было, что ей страшно. Ниндзя - стойкие оловянные солдатики, никогда не сдаются! Я сочувственно погладила её по спине и подлила еще кофе. Кажется, в Китае принято брать на себя ответственность за жизнь того, кого спас? Надо придумать, как избавиться от ненужной мне нагрузки.