Цена вздоха

Иногда, Алеша останавливается, чтобы собрать и уложить в корзинку какую-нибудь траву, но уходит полдня, а у него едва ли набирается треть корзинки. И колдунья начинает раздумывать, не бросить ли мальчишку одного. Ведь он и сам знал, на что идет, когда отважился снова пойти в лес, даже несмотря на то, что случилось с ним в прошлый раз. В этот миг она замечает в стороне движение, выпрямляется и устремляет серьезный взгляд как раз туда, куда медленно идет мальчик.

Прищурившись, колдунья хмурится и продолжает всматриваться вдаль. И даже старик не решился бы игнорировать такой ее взгляд, ведь даже сердясь и осыпая его проклятиями, за всю дорогу едва ли колдунья хоть раз глядела куда-нибудь так напряженно.

Алеша продолжает идти, не имея возможности заметить того же, что видит колдунья. Только и она не торопится его предостеречь, хотя и уделяет мальчику теперь гораздо больше внимания, с интересом наблюдая, как он все ближе подступает к опасной черте.

Снова пробуждается ее интерес. Колдунья теперь следит так увлеченно, что и сама не замечает, как ее мысли своевольно обращаются словами.

— И что же ты будешь делать? — Присматривается она к мальчику.

Алеша видит только тихий, мирный, спокойный лес. Даже мелкая животина пропала, не шуршат птицы и шустрое зверье, и кругом царит безмятежный покой, и лишь память о недавней схватке с медведем не дает забыть об опасности.

Мальчик не ослабляет бдительности. Осторожно и неторопливо он продвигается все дальше, рыща взглядом по растущим всюду травам и цветам, не останавливаясь подолгу ни на одном растении. Вскоре он проходит мимо старого, гнилого и облезлого ствола. Это измученное дерево сразу же привлекает взгляд Алеши. Удивленно оглянувшись, он замечает, что вокруг нет больше ни одного подобного ствола, ни одного настолько разрушенного временем и жестокой борьбой долголетних растений, отнимающих дневной свет у хилых, младших собратьев.

Отчего-то, лишь взглянув на это несчастное, доживающее свой век дерево, мальчик сразу приковывается к нему взглядом. Как зачарованный, Алеша подходит ближе, забывая оглядываться. Медленно протянув ладонь, он аккуратно касается покореженного ствола, криво ползущего ввысь, но осевшего под собственной тяжестью, как горбатый старик, бессильный выпрямить спину.

Прикоснувшись к морщинистой коре, Алеша опускает тяжелеющий взгляд, не замечая, как хмурое выражение быстро покрывает его лицо. Все ниже бредет он к земле по кривому, хилому стволу, испещренному ссадинами и ранами, оставленными лесными жителями. И вдруг, широко открывает глаза. У самой земли, спрятавшись в широких листьях пушистого, непримечательного растения, прямо под ногами мальчика вдруг находится удивительный цветок. Тонкие, длинные белые лепестки медленно покачиваются на едва заметной ножке, похожей на волосинку.

Мальчик впервые глядит на это удивительное растение, не сдерживая изумления и совершенно забывая глядеть по сторонам. Он знает, что это за цветок, ведь именно за этим растением пришел сюда вновь, именно его пытался отыскать в прошлый раз. И потому, Алеша не может удержать радость.

А впрочем, эти чувства быстро тают, не оставляя о себе даже короткой памяти. И, едва сорвав цветок, мальчик тут же становится хмур, еще не успела на его лице расцвести улыбка. Немедленно он начинает действовать.

Отодвинув пушистые листья сорняка, мальчик осторожно срывает маленький, неприметный цветок с тонкими, белыми лепестками, заботливо укладывая его в корзинку. Сразу же он оглядывается, не утрачивая решимость и собираясь отыскать в округе еще несколько цветов, но едва поворачивает голову, как неожиданно упирается взглядом в лицо, мгновенно проникаясь ужасом.

Кругом никого и ничего. Только молчаливый лес, безразличный к страданиям его жителей, бесстрастный наблюдатель, видевший бесчисленные смерти, глядевший пустым взглядом на то, как дикие животные задирают мелких собратьев, как гниют их останки, и ни разу не пожелавший вмешаться. И теперь все даже хуже, чем в прошлый раз. Прямо перед мальчиком сидит уродливое, отвратительное существо, вылезшее из вязкой жижи болотистых земель, спрятанных под жухлой травой. Мерзкая, черная тварь со склизкой кожей, измазанной грязью, с налитыми кровью глазами сидит перед Алешей, молчаливо наблюдая. И миг царит благостная тишина и молчание. А может, это лишь страх вынуждает слух не замечать окружающие звуки. Но как бы там ни было, в следующее же мгновение все исчезает, и мерное дыхание леса быстро сменяется яростным пылом животного безумия.

Длинные, кривые руки жуткого монстра, с двумя изгибами, путая взгляд вторым локтем и кривым уродством, устремляются к мальчику, но застывают в полете. Существо, по пояс сидящее в луже вязкой грязи, разевает широкую пасть, усеянную гнилыми зубами и рождает такой дикий и ужасающий рев, что кажется, будто даже величественные стволы вековых деревьев пригибаются, испугавшись этого жуткого воя.

Алеша ничего не успевает сделать. Тут же существо бросается вперед и хватает мальчика за руки. Когти мгновенно впиваются в тонкую, слабую кожу, раздирая ее так быстро, что оставленный след даже не сразу проливается кровью, и на миг можно успеть заметить нежный, розовый оттенок человеческого мяса.

Алеша начинает кричать, что есть силы, чувствуя, как острая боль, проникнув через рану, пронзает все его тело. И его беспомощный крик даже пугает монстра, но лишь на мгновение. Тот отскакивает, опасаясь удара, но тут же начинает рычать и бросается снова, очередным ударом заставляя появиться новую рану.

В этот миг Алеше становится ясно, что теперь все кончено. Эта тварь ничуть не похожа на медведя. Кажется, даже с медведем было больше шансов справиться в одиночку, чем с этим жутким существом. И даже боль как будто начинает отступать. Ведь теперь уже все не важно, теперь ведь даже не понадеешься, что на пути снова встретятся незнакомые волшебники, бредущие через лес к своей загадочной цели.

В землю, в паре шагов от мальчика, внезапно и быстро, промяв сырую почву чуть ли не по самые щиколотки, врезаются черные, блестящие, тонкие сапожки. Медленно и неспешно опадает на них черная ткань длинного платья, а Алеша, обернувшись вместе с уродливым монстром, узнает лицо колдуньи. И мгновенно в его сердце оживает тихое пламя надежды.

Навалившийся на Алешу монстр тоже не оставляет колдунью без внимания. И пока глаза мальчика раскрываются шире, чуть ли не наполняясь слезами радости, будто вылепленное из грязи существо бесстрашно кидается на незнакомого врага, готовясь вонзить острые когти в изящное женское тело.

Только для колдуньи монстр не представляет угрозы. Ей даже не приходится рождать печать, рисуя в воздухе замысловатые символы. Айва лишь взмахивает ладонью, рождая ветер, и в тот же миг резкий порыв с такой силой ударяет в бросившегося на нее монстра, что откидывает его аж на десяток шагов.

Алеша молча и удивленно смотрит за тем, как жуткий монстр, пролетев большое расстояние, плюхается в вязкую жижу и утопает с головой. Проходит миг, но монстр не появляется. Исчезнув под поверхностью болотной жижи, он исчезает, не спеша показаться вновь.

Мальчик оборачивается к колдунье, но не успевает ничего сказать. Он в мгновение замирает, глядя на то, как двигается женщина. А колдунья, встав на одной ноге, задирает вторую так высоко, что задирает подол и оголяет колено. Колдунья смотрит вниз сердитым, но вполне спокойным взглядом, даже не разжимая скрещенные на груди руки и вдруг широко улыбается.

Алеша, повернувшись, успевает все разглядеть. Прямо у колдуньи под ногами внезапно начинает вздуваться земля, и стоит лишь чуть промедлить, как острые когти лесного монстра тут же вонзятся в нежную плоть, беззащитную перед убийственным оружием существа. Тут же поднятая нога колдуньи начинает резко опускаться, бросая юбку падать следом. А из-под земли вырывается лесной монстр, разевая пасть, еще не успевает отсыревшая листва слететь с его уродливой, бесформенной морды, облепленной грязью.