Чаша мудрости
Шрифт:
Когда пред Богом принимаешь ты причастье,
И просишь у него, чтоб прочь ушли несчастья,
Когда уходит горе и приходит радость,
Ты вспомнишь ли о Нем в минуты эти счастья?
Все в мире связано – в нем мирозданья Код,
И в тайнописях древних наш определен поход.
Но знай, что даже муравьев разрушив строй,
Истории нарушить можно предрешенный ход.
Пролетают, как молнии в небе, столетья земные –
Из
Много раз распускались сады, что остались в истории былью,
И опять в лету кануло все, тайну мира покрыв древней пылью.
О, «Царь зверей»! Напрасно смотришь ты на низших свысока:
Самооценка, что дана себе, – безмерно высока.
Пройдут столетья – мир разрушив, сгинет род людской,
А муравьи продолжат путь под вечною луной.
В чем смысл тайный мирозданья – познать дано ли нам его?
Теряя разум, небом данный, под грузом таинства сего,
К ночным светилам обращаясь, мы вопрошаем вновь и вновь –
Что знаем мы о тайне вечной? Увы, лишь присказку всего!
Жизнь и смерть – что таит мирозданья загадка?
Не дано нам познать этой тайны разгадку.
Век пройдет – не раскроем мы сущность творенья,
Все покрыто туманом с первых дней сотворенья.
Что ждет человечество в век Сатаны,
Когда будут пущены стрелы войны?
Ужель Апокалипсис грозный грядет –
Или возрожденья эпоха взойдет?
Звенит, как колокол, земли горящей сфера,
Пылает от людского беспредела атмосфера,
И с каждым мигом тает без надежды вера,
Что возродится с пепла человеческая эра.
Многострадальная Земля! – Заложница глупцов,
Эдем цветущий превращающих в планету мертвецов:
Остановитесь, время смотрит вам в лицо –
Еще не тронулось возмездья колесо!
О, «Царь природы» – жалкий человек!
Историей Земли тебе дан краткий век.
Планету осквернив, исчезнет род людской –
И вечный сад земной вновь обретет покой.
В запое, осушив кувшин пьянящего вина,
Очнуться не могу от дьявольского сна:
В тумане пробуждения пред взором лишь пороки –
Неужто Мир, пока я спал, вконец сошел с ума?
Жизнь, что подарена каждому праведным Богом,
Им же, увы, ограничена времени сроком.
Коли так, эй, саке, поднеси пиалу с опьяняющим соком,
Чтоб в веселье лихом я предстал перед смертным порогом.
Судьбой предрешено – приход твой и уход,
С закатом солнца умирает и восход.
Пройдя дорогой жизни быстротечной,
Со смертью ты отправишься в поход.
Все что с рождения познаешь ты – ничто,
О
тайне мироздания не ведает никто:Кто создал небосвод и звезды кто зажег –
Мы много сказок слышали про то!
Перед закатом дней ушедших оглянуться не грешно:
Вкус жизни сладкой, как и горечь – все давно ушло.
Сокроет все далекое истории вуаль –
Останется от прошлого лишь сладкая печаль.
Нет ничего коварнее сокрытого обмана,
Когда завет нарушен и суры Корана.
Не торопись злорадствовать ты в эйфории пьяной –
Придет тот день и суть, поверь, раскроется изъяна.
Когда приходят лжи разоблаченья дни,
В незнанье истины ты близких не вини.
Под солнцем трудно равноденствие найти:
Всю правду знает тот, кто пребывал в тени.
Всевышний дал нам жизнь, всех одарив добра ростками;
И разум дал, чтоб мысли выражать достойными словами.
Но внемлем ли его мы мудрым наставленьям,
И есть ли разница меж нами и безмозглыми ослами?
От глаз людских сокрыт лик подлеца,
Достойный иудейского тернового венца.
Но знай, хоть трижды он перед тобой склонится –
Не скроет подлости за маскою льстеца.
Кто пред тобой? Ужель создание творца? –
Подобострастное, как кротость, выражение лица,
Подобно маске, что в ухмылке злой застыла –
Возможно ль скрыть за нею сущность подлеца?
Друзей, во стан врагов ушедших, – не жалей,
За упокой умершей дружбы сок лозы налей.
Нет в мире вечного – все в жизни трын-трава:
Тост подними за верность нынешних друзей.
Пустыню жизни даже если всю пройдешь,
Родник, что жажду утолит, в пути том не найдешь.
Так знай, хоть ты осушишь все источники земные –
Как все ушедшие – ты в жажде в рай уйдешь.
Не вороши вчерашний прожитый свой день,
Ушел он в прошлое, как ускользнула солнца тень.
Не трать секунды, что становятся годами –
Уйдут и те за ними, не простившись с нами.
Покуда молод был – я не ценил мгновенья,
Не замечал летящих лет весеннее цветенье.
Увы, теперь все о коварстве времени я знаю –
Но жить, спеша за ним, уже не успеваю!
Не тешь себя, что мудрецом среди толпы слывешь;
Средь жаждущих познать наш мир – поводырем идешь.
Покрыто тайной вечной все и нет разгадки ей –
На смертном ложе лишь прозрение найдешь.
Ход жизни мудрой невозможно изменить,
Хоть нити, как паук, интриг ты будешь вить:
Коварным мановением творящей зло руки –