Чай с мандаринами
Шрифт:
К сожалению, моя любовь безответна и безнадёжна. Почему я так уверена? Потому что Лирик - стопроцентный открытый гей. Его частенько избивали за это, сломали пару рёбер, но ничто и никогда не могло заставить его забиться в угол, скуля от боли, и отказаться прямо говорить людям о своей ориентации. Может, это и глупо с его стороны.
Честно говоря, как только Оля, одна из танцовщиц, сообщила, что моего гитариста унёс какой-то симпатичный парень, я возмутилась, почему никто не вызвал ментов и почему все так спокойны. Оказалось, все решили, что это новое "увлечение" Лирика, а женский коллектив и вовсе завидовал ему чёрной завистью. "Эх, если б меня кто так унёс!" - вздыхала Оля. А на следующий день пропажа отзвонилась начальству и сообщила, что выступать неделю не будет.
Мы
Я продолжала ходить в парк, когда могла. Я была там почти каждый день. Иногда мы разговаривали. Он научил меня, что жизнь только моя, и что там думают по этому поводу мои предки, никому не интересно. Сказал, что я всегда должна быть уверена в том, что делаю. Ведь если даже я сама не верю, никто не поверит. Научил, как важно сдерживать свои эмоции и не показывать слабости - в этом он действительно профи. Но однажды настал тот день, когда он не пришёл. И на следующий день тоже. Он никогда больше не возвращался на то место. Но я всё равно нашла его, не могла не найти. Не сразу, на это понадобилось почти полгода. Ведь ни имени, ни фамилии, ни фото! Потом устроилась в бар, где он играл вечерами. Хотела официанткой, но выбора мне не предоставили - вакансий нет. А я плевать хотела, робкой девочкой меня уже не назовёшь. Стриптиз? Да пожалуйста! А сколько нервов я потратила, пытаясь убедить владельца заведения в том, как сильно мне нужна эта работа? Ведь "отца у меня нет, мать - наркоманка, брат ещё в садик ходит, а я несовершеннолетняя. Где мне столько денег взять, чтобы всех прокормить?" Так меня и взяли, "неофициально".
Я была уверена, что Лирик узнал меня, но никогда не говорил об этом. Мы всегда были только коллегами, иногда болтали. Я, в свою очередь, никогда не говорила о своих чувствах. Очевидно, почему. Наблюдала бесконечную вереницу его бойфрендов - Лирик не встречался ни с кем больше пары недель (честно говоря, длительность его отношений скорее измерялась в днях, а не в неделях). Личным рекордом был месяц, если не ошибаюсь. Если он с кем-то прощался, то навсегда.
И вот теперь вся эта ерунда. Что связывает их с Вольским? Какого чёрта они вместе живут? Не ради же совместных репетиций? А вчерашний поцелуй в коридоре (Жаль, что я не присутствовала при этом. Как всегда, узнаю всё последняя)? А потом ещё Вольский, явно отшивающий застенчивую девочку из десятого класса. А ещё есть вероятность того, что Лирик рассказал Илье о моей работе. Я выпила ещё рюмку золотой ольмеки. Нужно с кем-то поговорить. Номера Лирика у меня до сих пор нет. Это чтобы не было соблазна позвонить, да и не настолько мы близки. Но сейчас мне необходимо всё прояснить.
Я попросила номер у бармена. Лирик был удивлён, что я звоню. Но сказал, что придёт. Я нервничала, не знала, как начать разговор, а потому пила. Вспомнила ночь, когда везла домой их пьяную компанию и видела его лицо так близко. Он общался с этими парнями запросто, со мной же никогда таким не был. Между нами будто пролегала каменная стена. Мне всегда было немного неловко, а он спокоен и сосредоточен. Говорил со мной так, словно я младше лет на десять, снисходительно. В компании Вольского я вижу его совсем другим, он позволяет Илье намного больше (насмехаться и шутливо драться можно только с близкими людьми), как будто у меня нет допуска в мир Лирика.
– Решил бы, что ты соскучилась, но, по воле случая, мы виделись только вчера.
– Привет, Лирик. Я и правда скучала, - отвечаю искренне.
– Честно говоря, я догадываюсь, зачем ты меня позвала, - продолжает, не отвечая на приветствие. Усаживается за барную стойку.
– Какие люди!
– подходит к нам Кира, бармен, улыбаясь от уха до уха.
– Чего тебе налить?
– Не-не-не... Мне сегодня нельзя, - Лирик демонстративно скрещивает руки
на груди.– Твой похититель определённо положительно на тебя влияет. И как он?
– О, превосходит все ожидания, - ухмыляется мой любимый коллега.
– Да уж, - ворчу я.
– Давай, спрашивай, - поворачивается ко мне.
– Ты же про Илью хочешь спросить?
– Ты необыкновенно проницателен.
– Тебя это, конечно, не касается, но я с ним не сплю. И не встречаюсь. И вообще не имею на него никаких видов. Так что вперёд, зелёный свет.
– С чего ты взял, что я им интересуюсь?
– Просто логичный вариант.
– Может, это ты мне нравишься?
– Я всегда это подозревал, - расплывается в улыбке и треплет меня по голове, как маленькую. Хочется крикнуть, что я уже выросла и что мои слова нужно воспринимать всерьёз.
Илья мне, безусловно, нравится. Но не так. Это человек, с которым можно подурачиться, который способен на самые невероятные закидоны, но в то же время в определённой степени надёжен. С другой стороны, тот поцелуй... Не знаю.
– Ты не мог бы не говорить ему, что я здесь работаю?
– А есть смысл скрывать?
– приподнимает бровь.
– Я более чем уверен, что ему плевать на род твоих занятий.
– Он всё же мой одноклассник. Не хочу, чтобы в школе узнали.
– Твоё дело. Я не скажу.
– Можно ещё вопрос?
– Валяй.
– Почему ты решил помочь Илье?
– на самом деле, мне было интересно всё, как они познакомились, как давно, что за история с похищением и знает ли Илья о его ориентации. Но всё это сразу спросить я не могла.
– С дурацким школьным смотром?
Я кивнула.
– Он забавный парень. Очень целеустремлённый. Самое главное, в душу не лезет. Он не спрашивал меня, кто я, где живу, настоящее ли имя Лирик. Не сказал ни слова после поцелуя в холле школы, не истерил и не выяснял мои мотивы. Он видит перед собой человека, и ему этого достаточно. У меня такой же принцип - не спрашивать, если тебе это на самом деле не нужно. И вообще, знаешь, в последнее время, я понимаю, насколько мы все одиноки. Людям настолько не хватает внимания и тепла, что они привязываются к любому, кто был с ними добр. Как-то раз одна пьяная девушка в этом баре рассказала мне о своей жизни, о дочери и проблемах на работе. Я поддержал её как мог, сказал то, чего на самом деле не думаю, просто чтобы ей стало легче. В итоге, она решила, что может рассчитывать на что-то большее. Так вот, об Илье. Ему я, конечно, помогаю не поэтому. Просто у меня перед ним должок. И пошли потанцуем, раз уж я здесь! Я скучал по этому месту.
Как он это делает? Только что грустно философствовал, и вот уже другой человек. Я шла за улыбающимся Лириком сквозь толпу. То, что он сказал... Относится ли это и к моим чувствам? Может ли быть, что это лишь благодарность за то, что он помог мне в трудной ситуации?
Пофиг. Подумаю об этом как-нибудь потом. Сейчас он пригласил меня на танцпол. Танцы - моя работа, которую, не будем скромничать, я делаю хорошо и с драйвом. А Лирик и вовсе бог во всём, что связано с музыкой.
Илья
Начнём с того, что Лирик куда-то пропал сразу после репетиции. (Ну как, репетиции? Мы сделали всё, что смогли, после вчерашнего-то...) Мне это, конечно же, не понравилось. Что не говори, этот тип загадочен и непредсказуем. А если ему опять рожу начистят где-нибудь в подворотне? До концерта всего ничего осталось, что я тогда делать буду? Да и вообще, фиг знает, что ему в голову придёт. Честно обыскав школьные толчки и прождав у школы целый час, я отправился в место, прочно ассоциировавшееся с моим жильцом - в бар.
Там происходило нечто невероятное - это я понял сразу, как вошёл. Пробираясь сквозь толпу к освещенному кругу в центре танцпола, я уже подозревал, кого там увижу. Лирик (ну, конечно, кто же ещё?) в облегающей борцовке и его партнёрша (Ника, чёрт побери?) с диким восторгом в глазах танцевали что-то невероятно блядское, ритмичное и сексуальное. Толпа, так сказать, неистовствовала. Встретились ли они случайно? Или намеренно? Без сомнения, они были знакомы и раньше, раз работают в одном месте. Вопрос, насколько близко.