Черноземье 2

— Требую заключить под стражу этих людей-свиней! Как член Совета Капитанов! Как ваше имя, помощник начальника Стражи? — продолжаю я поднимать градус общения.

Он все же представляется, как помощник-советник Пулинс, но отвечает, что требование мое не правомерно, так как вина уважаемых горожан никем не установлена.

Этот момент мне хорошо понятен, чтобы не доложили ему подчиненные, виновников здесь и сейчас может назвать только он сам и это точно окажутся не дети Капитана Кройнца. К ним он относится с должным пиететом, это мне очень хорошо видно.

Но пока сынки восстанавливают кровоснабжение в своих членах, я уже раздраженно продолжаю требовать их заключения как представитель высшей власти в городе, называя хулиганов всякими некрасивыми словами.

— Я ценю ваше мнение, Капитан Ольг Прот, но решение, позвольте уж мне, приму сам, — вполне ожидаемо твердо отвечает мне Пулинс.

— Вы что? Будете спорить с моим приказом, советник-помощник? — уже ору я на него самым громким образом и тыкаю пальцем в братьев, — Этих собак в цепи в самый вонючий подвал! Чтобы запомнили, твари, как пасть разевать на господина Капитана! Чтобы срались и ссались под себя всю жизнь! Чтобы дерьмо из-под друг друга жрали и еще добавки просили!!!

Да, очень хорошо изображаю зарвавшегося Капитана, требующего явно выше своего уровня. Оскорбляю всякими словами пострадавших, чтобы они побыстрее выбрали нужное мне продолжение банкета.

Вот и первый братец уже решил, что вполне достаточно восстановил свои руки и ноги, чтобы больше не слушать мой крик.

Я чувствую кипящую черную ненависть ко мне в его организме, все поднимаю ее градус кипения и тут он поступает наконец, как я жду от него.

Решает все же самостоятельно разобраться со мной, пока все окружающие придерживаются нейтралитета в его с братом пользу.

Дает сурового леща соседнему стражнику и выхватывает у него эту самую алебарду, стражник валится на каменный двор. Тут же размахивается в прыжке блестящим лезвием и прыгает на меня.

Но медленно, очень медленно, видно, что полностью тело еще не пришло в себя. Правда, это для меня медленно, для остальных зрителей вполне быстро все происходит.

Только когда эти братья чего-то пытались дождаться, чтобы все шло как положено по закону?

Я же делаю шаг назад, захватываю магией невидимой рукой плечо этого самого Пулинса и подталкиваю его под падающее сверху широкое лезвие алебарды. Помощник-советник делает шаг в сторону вместе со своим телом и очень неуклюже попадает под страшный удар первого брата. Как будто собрался прикрыть меня, господина Капитана, своим телом от неминуемой смерти.

Никто в это никогда не поверит, чтобы тот так поступил, но вот испугаться и оступиться помощник-советник вполне может.

Ну и отлично, теперь братцу не отмыться, а старый взяточник и ворюга получил по заслугам, хотя никак не собирался этого делать. Но мои легкие взмахи руками никто не видел, все завороженно оторопело уставились на неотвратимо летящую алебарду, чуть не раскроившую тело Пулинса пополам.

Пусть братец и неуклюж, особенно сейчас, после побоев и затекших конечностей, но силы в ударе оказалось очень много вложено. Только он не успел выдернуть лезвие из тела заместителя-советника, как стоящий сзади стражник весьма сноровисто рубанул его по спине мечом, заставив первого братца со стоном опуститься на колени.

Того же стражника успел ударить и второй братец, но не очень сильно, видно, что он еще не очень отошел от веревок. Поэтому извернувшийся от удара стражник рубанул его по руке с оттягом, когда тот попробовал по примеру братца отнять алебарду у еще одного стражника. Тот не дался, они начали тянуть алебарду каждый в свою сторону, как удар меча оторвал одну руку от оружия.

Стражник с алебардой воспользовался этим, ловко чиркнул по шее спереди второго братца, а тот, который с мечом, добавил ему по шее сзади.

Вот так за минуту размахивания оружием оказались убиты заместитель-помощник Пулинс, второй брат и тяжело ранен первый, на его спине резко проступили пятна крови, ему очень заметно стало не до войны.

Я его, разумеется, не стал лечить, даже и не подумал и через десяток минут первый брат отправился следом за вторым. Удар оказался смертельным, несмотря на свой несильный замах и могучую спину, острие разрубило позвоночник и похоже, что какую-то артерию, так сильно хлынула кровь со спины на брусчатку двора Караулки.

Теперь мне нужно сказать этим простым стражникам правильные слова, которых они и должны придерживаться дальше.

Моя ловушка сработала на славу, братья совершили большой промах, решив сразу же рассчитаться со мной, больше некому теперь мешаться около хамама.

Они бы мне жизни точно не дали, упертые до невозможности здоровенные остолопы.

А так их сурово порубала Стража по вполне понятному поводу — преднамеренному убийству своего начальника.

Все шито-крыто и сбоку бантик.

Мои слова оспорить теперь никто не сможет, стражники повторят их как молитву. Ведь я отмечу их выучку и правильную реакцию в докладе начальнику Стражи и всему Совету Капитанов.

— Все видели, как один из этих бандитов напал на стражника, сбил его с ног ударом и захватил его оружие. Этим же оружием зарубил бросившегося грудью на защиту Капитана Совета помощника-советника Пулинса. Он погиб, как настоящий герой, пожертвовав своей жизнью! Мы будем помнить всегда его имя! Остальные стражники сразу же среагировали на нападение и законно воспользовались своим оружием. Буду ходатайствовать о награждении всей смены знаками отличия Совета Капитанов! — громко заявляю я для начинающих собираться за забором зрителей.

И негромко добавляю: — Молодцы, мужики. С меня всем большая премия за ловкое отражение нападения на члена Совета и сохранение моей жизни, по осьмице золотых выдам каждому.

Это тоже лишним не будет.

Глава 18

Потом мне пришлось до обеда принимать во дворе Сторожки приезжающих ответственных товарищей и всем настойчиво и очень уверенно рассказывать свою версию произошедшего.

После чего кивать на свидетелей, которые все заведомо подтверждают. Потому что все так и было, а если что-то и не так показалось рядовым, то мои постоянные похвалы в их адрес и будущая выдача монеты помогут позабыть такие сомнения.

Тут самое главное — только два явных момента, первый — это неспровоцированное нападение одного из братцев на стражника и безрассудное изъятие у того оружия во время несения службы.

И второе — это то, что алебарда именно в руках первого братца развалила до пояса несчастного, но очень важного и заслуженного чиновника Пулинса пополам.

До чего довели братьев в Караулке и почему они так поступили — это уже не так всем интересно.

Почему Пулинс попал под удар, толкнул его кто-то или сам дернулся от испуга — это уже не важно. Да и никак вообще не доказуемо, ужасная по всем понятиям смерть случилась, конкретный виновник есть. Схвачен на месте преступления и тут же обезврежен из-за особой социальной опасности банды.