Честная игра
Шрифт:
– Ты серьезно.
Она кивает, выражение лица хмурое.
– Уверена, его там не будет. Я слышала, что он не появляется в доме братства уже долгое время.
– Последний раз, когда мы пошли на вечеринку в дом, он был там, - я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, страх заполняет мой живот. Это было в тот раз, когда он просунул руку мне под юбку. Извращенец. Чертовски сексуальный, гнилой, ужасный, самый превосходный по поцелуям, которого я когда-либо встречала, абсолютный долб**б. Боже, я ненавижу его. Я люблю это слово. Ненависть. Оно прекрасно описывает мои чувства к Шепу.
–
– Ну, давай, ты должна пойти. Ты же не хочешь разочаровать Джоэла, не так ли?
– она кладет плойку на стол.
– Джейд, ты не можешь позволить Шепу победить. Если он собирается быть мудаком, то ты собираешься превратиться в его худший оживший кошмар. Я серьезно. Разве не было бы замечательно, если ты появишься на вечеринке, выглядя восхитительно горячо, и он увидит тебя? Он будет пускать слюни, и ты сможешь сказать ему, чтобы шел на х*й. Он пожалеет обо всем, а ты получишь некоторое удовлетворение, сказав ему отвалить.
Это неправильно, что мне вроде как нравится эта идея? Выглядеть чертовски сексуально и наблюдать, как глаза Шепа полезут на лоб, когда я зайду в дом под руку с Джоэлом? Да, он посмотрит на Джоэла, словно тот - ничто, но это не имеет значения. Я посмотрю на Шепа, словно это он - ничто.
Потому что так оно и есть. Он ничто для меня. Абсолютное, несомненное ничто.
– Ты можешь надеть ту милую короткую юбку, как в прошлый раз, или... ох! Я знаю, что ты наденешь, - Келли мчится к шкафу и открывает его, копается там, пока не вытаскивает крошечную пару джинсовых обрезанных шорт.
– Я только недавно купила их. И хочу, чтобы ты их надела.
Келли ниже меня. Я могла бы запихнуть себя в эти шорты, но тогда будет похоже, что я состою только из ног.
– Не кажется ли тебе, что мои ягодицы будут вываливаться из них?
Она пихает шорты мне в руки, на ее лице широченная улыбка.
– Ага. Разве не в этом весь смысл? Ты сведешь его с ума.
– Кого? Джоэла?
Больше того, дам ему ложную надежду.
– Нет, не Джоэла, - она закатывает глаза.
– Шепа.
Я качаю головой.
– Я не могу надеть их. Будет казаться, что слишком стараюсь.
– Ты наденешь их. И ты будешь выглядеть охренительно великолепно в них. Я знаю это, - она машет рукой на меня.
– Примерь их.
– Серьезно?
– держу шорты, рассматривая потертые края. Ох, они короткие. Мои ягодицы определенно вывалятся из этих шорт.
– Сделай это. Прямо сейчас, - Келли щелкает пальцами, и со вздохом я снимаю свои хлопковые шорты, хватаю обрезанные и проскальзываю в них.
Они сели идеально. Дерьмо. Я иду к зеркалу в полный рост, которое висит на стене, и изучаю себя. Макияж почти готов, волосы собраны на макушке в небрежный пучок, и я выгляжу так, словно у меня ноги длиною в милю.
В милю, милю и еще раз милю.
– О, да, - Келли подходит ко мне со спины, сияя.
– Ты, безусловно, наденешь эти шорты.
– Ты не планировала сама надеть их? – неуверенно спрашиваю, поворачиваясь боком. О, мой Бог.
– Потому что я не хочу забирать их у тебя. И моя задница практически вываливается наружу. Посмотри на меня.
Какого черта я делаю? Пытаюсь произвести впечатление на Шепа, которого, вероятно, даже там не будет? А в итоге получится, что просто потрачу впустую время, нарядившись. Я могла бы, конечно, попробовать переключиться
на Джоэла, но это последнее, что хочу сделать.Мне нравится Джоэл, но я не планирую снова встречаться с ним. Даже если считаю его более подходящим для меня, но это было бы несправедливо притворяться, что я заинтересована в нем, в то время как... заинтересована в другом.
– Гребаный Шеп Прескотт, - поворачиваюсь лицом к Келли, которая едва ли не подпрыгивает на месте и хлопает в ладоши. Я передумала. Я надену это. К черту!
– Нам нужно найти самый откровенный верх в этом шкафу. Неважно, мой или твой, я надену его сегодня вечером.
– Наденешь, - Келли салютует мне, прежде чем начинает копаться в шкафу.
– Как насчет топа на бретельках? Это сексуально, и без особых усилий.
– Идеально подходит, - я поднимаю руку и стягиваю резинку с волос, встряхивая ими, так что они спадают мне на плечи почти до середины спины. Ему больше всего нравится, когда мои волосы распущены.
Ему также нравится видеть мои веснушки, поэтому я не буду наносить тональный крем или пудру сегодня. Вместо этого я подчеркну свои глаза. Нанесу розовую помаду, которая визуально увеличивает мои губы. Дам ему именно то, что он хочет.
А затем уйду, не оглянувшись.
– Не могу поверить, что поддался на твои уговоры и пришел на эту гребаную вечеринку, - бормочу я, оглядывая комнату, наблюдаю за всеми с пренебрежением. Да, я веду себя, как придурок. На самом деле, упиваюсь этим, потому что я пи**ец как разочарован. Разочарован во всех, но особенности в себе.
– Ты был таким мудаком, я надеялся, что ночь выпивки пойдет тебе на пользу, - Тристан показывает на красный стакан, что я держу в руках.
– Так что, до дна, чувак.
Я залпом выпиваю пиво, желая что-нибудь покрепче. Значительно крепче. А лучше водку. Тристан прав. Я конкретный мудак. Мне нужно напиться. Утопить свои проблемы в алкоголе, надеюсь, что к окончанию вечеринки я забуду все к чертям.
Что угодно, что поможет забыть мне Джейд.
– А еще тебе необходимо найти девушку, - говорит Тристан, разглядывая присутствующих и тихо насвистывая.
– У нас, безусловно, сегодня есть из чего выбрать.
Я даже не смотрю. Вместо этого рассматриваю дно стакана, который к превеликому разочарованию пуст.
– Никаких телок, - бормочу я.
– Что?
– смотрю на Тристана, который пялится на меня так, словно я потерял чертов разум.
– Ты серьезно? Тебе определенно нужна телка. К черту эту боль. Кажется, так поется в песне*?
Понятия не имею, о чем это он.
– Женщины - это проблемы. Каждая из них, - бормочу я, думая конкретно об одной. Хотя она не сделала ничего плохого. Она чертовски совершенна. Сосала мой член, словно получала от этого удовольствие, и вместо того, чтобы показать мою вечную благодарность (что должен был сделать, ведь мечтал о ее чертовски идеально-сосущих член губах с того самого момента, как впервые встретил ее), я оттолкнул ее. Отвез домой, высадил, даже не поцеловав на прощание, и больше не позвонил.