Чистка

— Да, — вздохнула Докал.

Команда радостно завопила, обмениваясь ударами ладоней.

— Бойнак, со своими страховщиками санкционировали разрешение на частичное разрушение и очистку.

— Что они понимают под «частичным разрушением»? — спросил Каллум.

— Если вы не сможете открывать заклинивший клапан, — помедлив несколько секунд ответила Докал, — то можете его уничтожить.

— Ну да… — Каллум коротко кивнул, инстинкт предупреждая его, что ситуация не такая простая, как кажется на первый взгляд. Пауза на обдумывание, которую взяла юрист при ответе на очевидный вопрос, только усилила его подозрения.

— Мы можем окружить дно резервуара защитной оболочкой и разрушить клапан.

— Решай сам, — ответила юрист, — это твой хлеб.

— Отлично, — он хлопнул в ладоши, — выдвигаемся. Моши, Алана, Колин и я. Загрузите в наш тарантас пару пузырей несколько упаковок зарядов на полметра. Райна, вы занимаетесь их диспетчерской —я хочу знать реальное состояние этого бака и всех его фланцев. Мне также понадобятся все его чертежи, и характеристики материала из которого он сделан.

— Будет сделано, босс, — ответила девушка, широко улыбаясь.

— Генри, на тебе станция Хаумея. Подготовь её к приёму груза.

— Ну, да. Кроме меня некому, — простонал Генри.

— Да, некому, — отрезал Каллум ровным тоном.

Подруга Генри была на седьмом месяце беременности. Это заставляло Каллума чувствовать себя ответственным за Генри, словно он был членом его семьи. Оградив Генри от контакта с опасным материалом в Гилгене он почувствовал себя намного лучше.

— Тебе виднее, ты босс, — Генри поднял руки в знак капитуляции.

— Я хочу быть на месте через десять минут. Помните, что наша работа связана с максимальным риском —радиация, с которой мы будем иметь дело не прощает ошибок.

Экипаж поспешил к выходам. Но не успел он дойти дверей в транспортный ангар, как Докал остановила его: «Одну минуточку, Кэл». Нехорошее предчувствие заставило встать дыбом волоски на его коже, но заставил себя дружелюбно улыбнуться, сказав «Конечно», словно это происходящее было обычным делом, какой-то глупой бумажной волокитой, каким-то документом, который нужно подписать.

— Что случилось с твоими волосами сегодня утром? — спросила женщина, когда они поднимались вверх по лестнице.

— Ничего, — огрызнулся Кэл.

Она вопросительно подняла бровь, но ничего не сказала.

Офис Докал находился на втором этаже комплекса ЭД, что наделяло её редкой привилегией иметь настоящее окно. Белые жалюзи были опущены, чтобы никто не видел, или, что более важно, никто не мог подслушать происходящего в офисе, подумал Каллум.

Два человека уже ждали их. Он узнал одну из присутствующих: Пола Ли, директор по безопасности Сопряжения, работающая с Эйнсли Зангари с момента основания компании. Ходили слухи, что она снабжала его пиратским программным обеспечением, в те времена, когда он арендовал свой первый офис на Манхэттене, потому что у него не было денег, чтобы купить лицензионные копии.

Даже сам вид строгой старухи заставил его почувствовать себя виноватым. Её появление ведь не могло быть связанным с Сави. Или могло? Дама внимательно оглядела его, словно он был товаром.

— Выглядите взволнованным, мистер Хепберн, — сказала она, обманчиво мягким голосом.

— Все мои расходы законны, — огрызнулся он.

Второй посетитель встал и деликатно прокашлялся.

— Это майор Дэвид Джонсон, — представила его Докал, — Министерство обороны. Ядерное подразделение.

Майор был тяжелым мужчиной лет пятидесяти, который двигался с трудом, кряхтя каждый раз, когда ему приходилось сгибать колени. Каллум было даже подумал, что он, вероятно, был ранен во время какой-то секретной и мрачной миссии. Тонкая полоса белых волос обрамляла внушительную лысину, что в сочетании с очками в проволочной оправе, делало его похожим на классический образ профессора. Его присутствие озадачило Каллума сильнее, чем смогла Пола.

— Здравствуйте, — осторожно начал он.

— Рад знакомству, Каллум. Советник Торрес нам уже все уши прожужжала рассказами о ваших подвигах.

— Большое спасибо, Докал, — Каллум иронично посмотрел в сторону юриста.

— У нас имеет одна деликатная проблема, — начал майор, — и под «нами» я имею в виду Британское правительство. Поэтому мы обращаемся к вам за содействием в её решении.

— Которое, корпорация Сопряжение, уже успела гарантировать, — продолжила Пола Ли, — не так ли, Каллум?

— Конечно. Расскажите в чем проблема? — он широко развел руки, стараясь не показывать смятение.

— Проблема в договоре всеобщего разоружения 68 года, — сказал майор Джонсон, — Это по настоящему значимое событие для мировой политики, которое принесло много счастья избирателям.

— Я слышал о нём, — осторожно сказал Каллум.

На самом деле он едва вспоминал отдельные детали — ни политика, ни история не были его сильными сторонами.

— Это было неизбежно, учитывая появление генераторов силовых щитов. Теперь у каждого крупного города в мире есть силовой щит. Ракеты и беспилотники не могут пройти, и если вы обеспечите силовой щит достаточным количеством энергии он сможет противостоять даже ядерному взрыву. Целые национальные арсеналы устарели за одну ночь — ну, ладно, за пять с небольшим лет.

Щит, конечно, не является панацеей от всех угроз — террористы могут применить украденное ядерное оружие, как и страны-изгои, как и экстремистские политические группы и так далее и тому подобное… И единственный способ предотвратить реализацию подобных угроз — избавиться от мировых запасов оружия и расщепляющихся материалов.

— После заключения договора 68 года все страны отказались от своих ядерных бомб и веществ, из которых можно было создавать новые, — продолжила мысль Докал, — Это одна из причин, по которой Хаумея была настолько прибыльной для Сопряжения — мы устроили демонстрацию, показав военным, куда они могут выбросить накопившихся опасные запасы.

Каллум внимательно наблюдал за юристом. Ему не нравилось направление, куда свернула беседы. И изучающиевзгляды опытного вивисектора, которыми его одаривала Пола Ли, наблюдая за его реакцией, вовсе не помогали ему успокоиться.

— И мы поступили как все, — продолжил майор Джонсон, — Сократили наш арсенал. Великобритания осталась с пятью ядерными боеголовками, исключительно для целей сдерживания, без возможности создавать новые. Тем не менее, вынужден признать, что у нас возникла некоторая проблема с запасами.