Чумной доктор

– Как и в случаях с десятью другими жертвами следов взлома в квартиру не обнаружено. Личные вещи не пропали, беспорядка не наблюдается. На месте прошлых убийствах иногда были перевернуты стулья, разбита посуда. Жертвы защищались, а тут тишь да гладь.

– Жертвы всегда находились в квартире по одиночке, – добавил Денис. – Больше никого рядом не было. При этом у многих есть родственники, у кого-то в отъезде, у кого-то на работе, ну и у двоих в больнице сами знаете с чем. В красной зоне, в общем.

Это было еще одной закономерностью деяний чумного доктора – убивать одинокого, в настоящий временной момент, человека, но опять же ровным счетом не сообщало ничего нового о личности убийце. Разве только то, что он явно выслеживал жертвы перед убийством и дожидался момента, когда окажется с ними один на один, и им никто не помешает.

Вопрос, как он попал в квартиру? Ему открыли сами жертвы, и Оксана Васильева в том числе?

– Она ему могла открыть, но не открыла, – ответил на свой вопрос Ян. – Потому как он открыл дверь сам.

– Сам? – недоверчиво переспросил Вебер, прекратив делать неровными каракулями пометки в бумагах.

– Незапертая дверь, – для пущей ясности пояснил Листьев. – Многие забывают закрыть дверь на ночь. Это первое. Второе – отмычкой или ключами.

– Но откуда у него ключи? – не поверил Павел.

– Пока как вариант, он мог украсть их или сделать дубликат, – сказал Ян. – Ее задушили?

– Задушили, – согласно кивнул Вебер. – Как и четверых прошлых. Первых трех ударили чем-то тяжелым по голове. Других полоснули ножом. Так, все-таки с ключами….

– Шесть женщин и пять мужчин, – продолжил рассуждать Ян, словно не обращая внимания на новый вопрос. Разрозненная картинка из сбивчивого рассказа Аллы постепенно приобретала более четкие очертания. – Ему ведь без разницы кого убивать. Мужчины, женщины, молодые и не очень – все равно. Что имеется? Сначала убито двое женщин, затем мужчина, потом две женщины, еще трое мужчин, одна женщина, один мужчина, и одна женщина, так? Что это может быть? Мнимая последовательность? Числа? Два, один, два, три, один, один и один.

– Какой-то код? – задумчиво проговорил эксперт. – Вряд ли же.

– Номер его телефона, – усмехнулся Денис.

– Давайте проверим, – Вебер, опустив свой планшет, достал мобильный и кому-то позвонил. Кажется, он хватался за любую догадку, путь даже наивную и абсурдную. – Пробей номер и прямо сейчас.

Ян еще раз оглядел убитую. Какое-то спокойствие. Даже умиротворенность, лишь легкая тревога видна в изогнутом рте. Больше ничего. Не за что зацепиться. Нет связи. Словно тебе бросили в лицо разобранную и основательно перепутанную головоломку. На, собирай. И побыстрей.

– Есть такой номер в городе, – ответил мужчина, сбрасывая звонок. – магазин керамики на въезде в Пышму. Называется «Керамия».

– Да это и не был номер телефона, – отмахнулся Ян.

– Но тогда что? – настойчиво переспросил Денис.

Ничего, ответил про себя Ян. Ничего не понятно. Ничего нет.

Теперь ты понимаешь, почему я обратилась к тебе, услышал Ян в своей голове на мгновение голос Аллы, потому что мы не понимаем, с чем мы столкнулись.

– Я же говорю, – вновь вернулся к своей позиции Денис. – Он нам что-то хочет показать. Так Хабенский в сериале «Метод» всегда говорил.

– Жизнь – это не сериал, – покачал головой Листьев. – И реальные маньяки думают по-другому. Если это вообще маньяк.

– Если не маньяк, то кто? – недоверчиво воззрился на бывшего следователя Вебер.

– Убийца. Который преследует какую-то цель. Мы его не поймаем так скоро.

– Что? Вы так спокойно нам говорите об этом?! Блин, да вас сюда прислали затем, чтобы вы разгадали его план, и мы быстренько взяли этого ушлепка. А вы тут стоите и спокойно отвечаете – долго будем работать. Пусть людей и дальше убивают!

– Быстренько как раз в сериалах, – Ян даже не посмотрел на него.

В коридоре началось какое-то копошение и чей-то бас крикнул оттуда:

– Тело когда уносить?

– Уносите, – раздраженно прокричал Вебер и вышел из комнаты.

Через десять минут все пятеро вновь стояли на лестничной площадке. Царило молчание. Ян не знал, что ему делать дальше и пока чувствовал свою беспомощность.

– Вы с нами в СК поедете, – наконец обратился к нему успокоившийся Александр Андреевич. – Или домой?

– Наверное домой. Буду думать, что делать с этим доктором дальше. Пока ничего нет. Перед нами головоломка, которую надо собрать.

– Может быть у него ничего нет? – сказал Денис. – Он просто убивает. Кого получится, когда получится. У него дикая жажда убийств.

– Нет тут никакой жажды, ты посмотри, аскетичная обстановка, не изуродованные тела. Я не могу понять какую цель он преследует. Пока не могу.

Не попрощавшись, он вышел на лестницу и стал медленно спускаться вниз.

В подъезде, глухом от тишины, теперь всюду тошнотворно пахло сосисками.

Когда Ян вышел на улицу, по-прежнему тонувшую в утренней прохладе ноября, уже забрезжил рассвет, и город постепенно оживал своими привычными для буднего дня звуками. Где-то до сих пор играла веселая музыка, которая никак не отражала настоящее настроение дня, начавшегося с убийства. Перед глазами Яна живыми образами предстали все одиннадцать жертв, все как один не понимающие, почему их убили. Или понимающие?

Что же ты такое, чумной доктор, обратился Ян к молчаливым небесам и пошел в сторону выхода из двора. Ему хотелось пройтись по улицам и хорошенько подумать.

4

ГЕОРГИЙ

Каждую ночь мне трудно уснуть. Наверное, по типу людей я сова – вставать и ложиться рано неимоверно тяжело. Оптимальный вариант – лечь поздно, когда многие уже видят десятый, если не тринадцатый сон, и встать в районе полудня. Это могло бы быть идеальным решением, но я знаю, что подобное неосуществимо. Дело не в совах и жаворонках. Не в постоянно меняющейся погоде, завывающем ветре, перепадах температуры.

Дело в этой долбанной пандемии. Она сводит с ума. Она выбивает из привычного ритма.