Чужак против Императора

Итак, двое нападавших сломали ноги, вышли из игры и стали с воем отползать от места драки. Проникаев подобрал выпавшее из их рук оружие и убрал за пазуху.

«Нечего добру пропадать, оно денег стоит», – решил он.

Третий вампир, видя такие расклады, бросил арматурный прут и пустился наутек, и Проникаев не стал его преследовать.

Четвертый вампир тоже возжелал покинуть место происшествия, но вот он-то как раз и был нужен Проникаеву. Майор при свете зажигалки увидел у него на лацкане значок ответственного по группе.

С большой степенью вероятности этот вампир владел максимальным объемом информации.

Поэтому при попытке побега вампир был пойман Проникаевым (который как упал, так и встал – без малейших повреждений).

Затем Проникаев несильно дал вампиру по морде арматурным прутом, у вампира же отобранным. А когда тот заплакал, размазывая кровавые слезы по небритым щекам, майор надел на нарушителя наручники.

Затем Проникаев вызвал по рации «Скорую помощь» – для вампиров со сломанными ногами.

– Заметьте, товарищи курсанты, что майор был гуманистом и человеком доброй воли! – торжественно объявил Честнов.

– После этого Проникаев отволок захваченного в плен вампира в сторонку, нашел неприметный космовоз, запихнул в него пленного, сам сел за руль, соединил проводки, запустил фотонный двигатель…

И вывез пойманного вампира в ближайший лесопарк.

– Собственно, когда Проникаев увидел, что на него напали эти вампиры, он понял, кто замешан в деле. Это была первая часть плана Проникаева-Императора.

Проникаев прикинулся лишенным государственной поддержки, обиженным и в то же время твердо намеренным найти и убить Чужку – о чем, как уже было сказано, он везде заявлял.

Те, кто знал Проникаева, – а знали его в Галактике практически все – знали и то, что слов на ветер он не бросает.

– В отличие от некоторых, – хмыкнул Честнов.

– Так что было ясно, что если кто-то попытается ликвидировать Проникаева, – значит, это и есть та сила, которая замешана в деле с Чужим. И, может быть, эта сила даже осведомлена, где искать Чужку. И этим врагом оказалась…

– Секта жадаев! – подал голос один из курсантов.

– Правильно, юноша. Только сначала следует сказать «разрешите обратиться» или «осмелюсь доложить», – похвалил курсанта Честнов.

– Да, этой силой оказалась секта жадаев. Только, товарищи курсанты, никакие они не Жадаи с большой буквы, представьте себе.

Жадаи – это жаргонная кликуха, которую к ним применяют Галактпол и ИБЕ. Сами себя они называют «закрытое общество оперного пения имени театра пятой колонны». Вот так запутанно эти придурки себя называют, чтобы сбить с толку честных людей, – пояснил Честнов.

– Ну а мы, сыщики, чтобы не повторять этот длиннющий бред раз за разом, говорим и пишем просто – «жадаи».

Потому что члены секты отличаются чудовищной жадностью и девизом, вытканным на знамени общества красным по черному: «За деньги можно сделать всё!»

– Тут мы дадим им суровую отповедь, – провозгласил Честнов. – Не всё, господа жадаи! Например, такого честного и неподкупного сыщика, как майор Проникаев, нельзя за деньги ни сделать, ни купить.

Потому-то вы проиграли раз, проиграете два, и проиграете вообще окончательно! – Честнов погрозил кулаком кому-то невидимому в заоконное пространство-время.

Затем он снова стал невозмутимым и продолжил лекцию.

– Задачей Проникаева было допросить вампира и, по возможности, выйти на старших сектантов. Проникаев не питал иллюзий относительно информированности вампира, мелкой сошки. Но вот его начальник мог кое-что знать.

– Кстати, товарищи курсанты, – чтоб и вы тоже кое-что знали. Вампиры секты жадаев называются вампирами из-за старого афоризма «деньги – кровь экономики».

Вы помните, что на самом деле все жадаи поклонялись деньгам, – сделал отступление Честнов.

– А еще жадайские вампиры питали какое-то ностальгическое пристрастие к деньгам, полученным в результате насильственных преступлений, связанных с пролитием крови: разбоев, изнасилований, хулиганства и так далее.

Конечно, самый большой пиетет они питали к деньгам, нажитым на войнах. Но это уже была епархия старших сектантов, гадистров. Никаких вампиров они туда и близко не подпускали.

Поэтому вампирам оставалось только горестно вздыхать и мечтать о том времени, когда любой вампир сможет понести в своем ранце жезл гадистра, фигурально говоря.

– Но пока вертикальные лифты в секте работали слабо, и все вампиры обычно так и оставались вампирами до старости. А жезл гадистра получали дети гадистра.

– Какое-то феодальное убожество в наш век фотонных звездолетов! – презрительно пожал плечами Честнов.

– И вот, значит, Проникаев вывез вампира в лес. Теперь его требовалось допросить. Проникаев рывком вытащил полумертвого от страха вампира из кабины космовоза, поставил его на трясущиеся копыта и грозно прорычал, вращая зрачками (а Проникаев это умел):

– Кто тебя послал? Ну? Говори, вампир!

Но вампир, удивлению Проникаева, не говорил ничего. Он блеял, писался, дрожал, потел, но – говорить отказывался!

Проникаев совершил вокруг вампира три прогулочных круга, театрально поигрывая арматурным прутом.

Результат был тем же, что и раньше. То есть – нулевым.

Тогда Проникаев с досадой хлопнул себя по лбу. Он с запозданием понял, что вампир и не станет говорить.

Ведь максимум, что грозило вампиру от Проникаева – это пятнашка строгой изоляции в Галактическом Централе за хулиганские действия и покушение на убийство бывшего сотрудника Галактпола (напомним, что Проникаев согласно плана был уволен из органов на пенсию).

А вот вышестоящие товарищи – которые нам совсем не товарищи… короче, старшие сектанты из секты жадаев – те вполне могли обеспечить вампиру медленную, мучительную и страшную как термобозонная война, смерть.