Чужой Горизонт

– Ну, с нами же светлые научные головы, – ответил Камрад.

– Головы научные – тоже люди. И приборы у них имеют свойство от этого «либо» ломаться.

– Да уж, – вздохнул Камрад, – Валить надо отсюда, вот что я тебе скажу, сталкер.

– Чувствую, что надо, только я бы в депо ещё заглянул, благо до него не больше ста метров. Думаю, Ник тоже захочет.

Наверху, отдаваясь приглушённым эхом, загремели ступени – возвращались Муравей с Жужей.

– Забрал жёсткий диск, – отчитался Олег, спустившись вниз, – и одну камеру прихватил, вдруг тоже перегорела, проверим. Так-то, они здесь у нас много где понатыканы. А каморка наша не тронута, слава Зоне.

– Всё мутантов пасёте? – спросил Хлыщ.

– Пасём. Тут у них как мёдом намазано. Каждой твари по паре, да промелькнёт. Особенно после Вспышки. Популяции отслеживаем, ну и единичных тоже.

– Молодец, что забрал. Может, что интересное записалось, – Хлыщ окинул взглядом внутренности водокачки, – но оставаться здесь мы не будем. Я бы навестил депо и отчалил отсюда. Что скажешь?

– Скажу, что согласен. «Ревун» сдох, значит, есть на то причина. А встречаться с этой причиной как-то неохота.

Вернулись в вездеход, профессор выслушал отчёт Муравья и комментарии Хлыща и Камрада.

– Надо заглянуть в депо, – Сладков посмотрел на армсталов, будто спрашивая у них разрешение.

– Да сходим, – ответил за всех Ясень, – Только быстро и без самодеятельности.

– Идём – я, Барсук, Ник и двое ваших, – предложил Хлыщ.

– Из наших – я и Жужа..

– Можно, и я с вами? – попросился вдруг Серго.

«Точно, сталкером будет», – подумал Хлыщ, а вслух сказал:

– Уважаемый Сергей Сергеич, ты наш самый ценный спутник, и рисковать тобой мы не имеем права, и ты сам такого права не имеешь. Поверь, наверняка ещё представится не один случай показать свою смелость и утолить своё любопытство исследователя. Поэтому, ты останешься в вездеходе, и, пока нас не будет, вместе с остальными будешь нести вахту – следить за местностью, отражать возможное нападение, просто помогать товарищам.

– Хорошо, Хлыщ, – кивнул Серёжа, хотя было видно, что он расстроен.

– Вот и чудно. Тогда выходим. Если увидите или услышите хоть малость что-то подозрительное – сразу сообщайте нам, рации пока работают. Весомый, развернуться сможешь?

– Смогу, – водитель, прищурившись, оценил ширину дороги и завалы по краям.

–Хорошо. Ставь машину носом к железке и лупи прожектором в нашу сторону.

Весомый аккуратно развернул вездеход, двинул джойстик управления прожектором – луч врезался в темноту, выхватил из неё большую часть предстоящего пути. Камрад тем временем – на случай визита незваных гостей – направил на депо верхнюю турель. Гуськом – Хлыщ, Барсук, Ник, Ясень и прикрывающий тыл Жужа – ступили на узкую тропинку, что вела от водокачки через заросли чертополоха и высокой, пожелтевшей от радиации и местных погодных условий травы. Хлыщ периодически бросал маркер, но аномалий на пути пока не было.

– Господи, тишина-то какая, – пробормотал идущий в середине профессор, – аж в ушах звенит.

Словно в ответ ему, откуда-то из-за перелеска, начинающегося сразу за водокачкой, раздался протяжный, полный тоски и безысходности, вой. Ник вздрогнул, щелкнули затворы, вся процессия замерла.

– Большая собака или волк, – сказал Хлыщ, – На что-то более изощрённое не похоже. Но лучше не расслабляться. Тишина – вещь хрупкая.

Тронулись дальше, и спустя пять минут оказались у тыльной стороны депо. Вдоль задней стены расположились несколько гнилых ящиков, старый токарный станок под навесом из кровельного железа, ржавая вагонная колёсная пара и несколько куч битого кирпича. Довершал картину полуразложившийся труп гиперсвина с картинно закинутой на ось колёсной пары клешнёй.

– Дверь сбоку, скорее всего, – предположил Хлыщ и заглянул за правый угол, – Точно! Егеря – по сторонам, я – захожу. Ник и Барсук – за мной. Максимально осторожно.

Будто в ответ ему опять раздался протяжный вой, ещё более безысходный и трагичный. Сладков снова вздрогнул.

– Всё в порядке, Ник? – спросил Хлыщ, повернувшись к профессору.

– Если честно – нет, – ответил тот, – Слишком давит обстановка. Как-то странно давит. Давай побыстрее, – попросил он, и в его голосе проводник уловил действительно панические интонации.

– Сначала Весомый, потом Камрад, теперь – ты, – Хлыщ внимательно посмотрел на Сладкова, – Мне тоже неуютно, поверь, просто я убеждаю себя, что скоро это закончится, и мы уедем отсюда. И дело не в количестве трупов и не в этой собаке Баскервилей, просто нас гонят дальше. Так что – быстро осматриваем депо и уходим обратно.

Егеря встали по краям бокового входа, и Хлыщ, как завзятый спецназовец, без лишних разговоров высадил ногой трухлявую дверь. Освещая путь светом фонарей, разведчики один за другим ввалились внутрь. В депо было тихо, темно и… мёртво. Пять трупов с пулевыми ранениями, в одинаковых тёмно-зелёных усиленных комбинезонах распластались по углам помещения, ещё один валялся в смотровой яме.

– Так, – Ясень посмотрел на распахнутые настежь ворота, потом на раскиданных по покрытому потёртой плиткой полу покойников, – постреляли друг друга, судя по расположению тел, – он наклонился над ближайшим мертвецом, обшарил его карманы и валяющийся рядом рюкзак, – документов никаких, очевидно – наёмники. Одеты хорошо, и пушки солидные.

– Как считаешь, тепловоз их до этого довёл? – Хлыщ повернулся к Нику.

– Грубо говоря – да, – профессор переводил взгляд с одного трупа на другой, – Кто-то стихи декламирует, а кто-то на курок жмёт, всё зависит от индивидуальных качеств.

– Еще тёплые, – Барсук приложил ладонь к шее одного из мертвецов, – час-два от силы.

– Совпадает, – Сладков покосился на ворота депо, – Вырвался-таки, сукин сын.

– А парни не во время на стоянку встали, – продолжил Барсук.

– Значит – не только визуальный ряд на экране влияет на живой организм, но и само присутствие подверженной излучению техники, так? – спросил Хлыщ Сладкова.

– Скорее всего, – ответил тот, – Причём на каждого индивидуально, как я уже озвучил. Антонов не сразу в себя пришёл, а я – моментально. Но, с другой стороны, ты тоже был совсем рядом с Технокладбищем, и – ничего.

– Я следил за обстановкой, и не концентрировался на технике, – ответил Хлыщ.

– Верно, принимается, – согласился профессор, – Итак, наша версия. Наёмники встали в депо на привал, про поведение старой техники они либо были не в курсе, либо знали совсем немного. Далее, тепловоз пришёл в движение, волна излучения накрыла людей в замкнутом пространстве. Да, именно – в замкнутом, – повторил он, – Результат мы видим.

– А почему наёмники не сбежали, когда железяка начала двигаться? – спросил Барсук.

– Очевидно, сила излучения была очень большой, – предположил Сладков, – Это позволило тепловозу вырваться на свободу, выбив ворота, она же моментально свела с ума наёмников, – он еще раз обвёл взглядом помещение и тихо добавил: – Братская могила какая-то, а не станция.

– Стрелка, ведущая на основной путь, тоже сама перевелась? – Барсук посмотрел в темноту за воротами, будто смог бы увидеть эту стрелку.

– Не исключено, хотя, возможно, она и была в таком положении, – профессор тоже посмотрел наружу, – Интересно, она автоматическая или ручная?