Цифрогелион

Идти по тоннелю я тоже не хотел. Во-первых, я не выдержу ещё одного многочасового путешествия через это жуткое место, а во-вторых, оказавшись вдалеке от существа, я не горю желанием встретить его снова. Всё что нужно, я узнал — осталось устроить ему ловушку, уничтожить, а затем устроить засаду тут и поймать безумного учёного…

Основное преимущество твари — это скорость. Если мы сможем настигнуть её в её убежище, пока она спит, и забросить туда два десятка гидравлических гранат — этого вполне хватит, чтобы с ней расправиться. Да, она выглядит грозно, но уверен, стоит пробить её мозг или сердце, и она умрёт так же быстро, как и любой человек…

В общем, придётся прыгать в холодную воду и плыть. Это будет лучшим решением…

Даже если существо способно учуять меня на таком расстоянии, и решит найти, то всё равно я не уверен, что оно способно плавать со всей этой сталью на теле. И это даст мне преимущество…

Я поплыву под углом, чтобы выйти на сушу максимально близко к Губернаторским районам, а потом что есть сил побегу туда.

Если, конечно, силы после заплыва у меня останутся.

Плаваю я неплохо: в детстве проводил дни напролёт в реке — думаю, в те времена я без проблем проплыл бы и восемь километров, так что если я остался хоть в половину таким же выносливым, как в юности, то справлюсь…

Глава двадцатая. Затопленные районы

Глава двадцатая. Затопленные районы

Не осталось. Не осталось у меня и четверти той выносливости, которой я обладал в детстве, не говоря уже о половине.

Я крепко обнимал дерево и тяжело дышал. Зелёная, совершенно ледяная вода, смердящая застоялой тиной, доставала мне по самую шею. Мне удалось нащупать ногами ветвь и теперь я стоял, набираясь сил для того, чтобы продолжить свой заплыв через лес к суше.

Я плавал уже несколько часов и, кажется, окончательно заблудился. Под водой то и дело попадались ветви, об которые я успел разодрать ноги и живот. Из-за мешающих обзору крон деревьев и затянутого тучами неба, я даже не мог определить направление, в котором мне нужно плыть.

Я проклинал тот момент, когда снял свой плащ, разулся и прыгнул в воду, которая оказалась гораздо более холодной, чем я ожидал…

Господи, как же мне холодно… Мои зубы стучали, губы дрожали, а пальцы едва слушались. А самое ужасное, что, кажется, начинало смеркаться… Ещё двадцать-тридцать минут, и я окажусь в кромешной тьме, в ледяной воде, в окружении утопленных деревьев, не зная, в какую сторону мне нужно плыть. Фонарь я тоже, разумеется, оставил на сторожевой башне — со мной был лишь мой компактный коломёт… Ну то ж, если дела пойдут совсем плохо, я хотя бы смогу застрелиться, к чёртовой матери.

Вскоре я заметил, что мышцы мои начинают деревенеть от холода…

Нужно срочно плыть дальше — так я смогу хоть немного согреться.

Я без особой надежды посмотрел наверх, на кроны деревьев: на них падал жёлтый, предзакатный свет, но солнца, разумеется, не было видно…

Стоп! Если свет падает на кроны с запада, значит, я знаю, куда мне нужно плыть! Теперь главное — не потерять направление и грести что есть сил, чтобы успеть выбраться из воды до темноты.

Я оттолкнулся от дерева и поплыл.

Какой же тяжёлый выдался день. Жуткая ночная мясорубка, жуткое пробуждение среди изувеченных тел, жуткая встреча с существом, жуткий поход через тоннель, а теперь этот жуткий заплыв. Ей богу, если на берегу меня встретит банда каннибалов и сожрёт заживо — я даже не удивлюсь.

Минут через десять я, наконец, выплыл из-за последнего ряда деревьев — всего в сотне метрах впереди начинался затопленный город.

Вода доставала до второго этажа зданий, между которыми плавали горы всякого хлама.

Жители этих районов первыми встретили беду...

Сначала никто не придал наводнению серьёзного значения: списывали на естественные природные процессы. Люди были уверены, что вода не дойдёт до города и либо отступит, либо просто прекратит распространяться.

Но она дошла.

Беспокоится начали лишь тогда, когда вода достигла леса. Именно тогда сценарий, при котором вода достигнет города, стал рассматриваться как вполне вероятный.

Сначала люди пытались справиться своими силами: создавали преграды, преимущественно из песка, чтобы хоть как-то задержать воду. Но это не работало.

Тогда на помощь пришёл Губернатор (в те времена по эту сторону тумана он был лишь один, а Старый Город был частью Северной Столицы, а не автономией) — он приказал срочно построить плотину. Всего за несколько месяцев работа была завершена, но защитное сооружение высотой в пять метров не смогло остановить затопление: вода преодолела плотину, без каких-либо затруднений снеся её со своего пути.

Тогда все решили, что плотина оказалось некачественной, не прочной, потому что была построена в спешке. Никто и подумать не мог, что у воды есть какие-то необычные свойства. А необычные свойства у неё были, хотя узнали мы об этом гораздо позднее… Вода обладала загадочным свойством растворять любые препятствия, которые ограничивали её продвижение вперёд, не оказывая при этом аналогичного воздействия на объекты, не блокирующие её движение, такие как деревья и здания.

Ещё не зная всего этого, Губернатор распорядился воздвигнуть новую плотину: куда большего размера, чем предыдущая, и выделил на этот проект по истине колоссальные ресурсы. Но для реализации подобного проекта нужно было значительно больше времени, поэтому строить заграждение стали на максимальном удалении от затопления — у самой границы Старого Города.

Жителям близлежащих районов пришлось несладко… Большинство из них потеряло работу, ведь все они трудились в полях: растили овощи, фрукты, разводили скот, занимались вырубкой леса. Эти районы, некогда процветающие и безопасные, быстро пришли в упадок.

Потеряв работу, люди, разумеется, начали искать новую в соседних районах, но там и до наводнения жилось несладко, так что никто не был рад новым претендентам на рабочие места, которых и так не хватало на всех желающих заработать на хлеб. Тогда люди двигались дальше и в конце концов неизменно попадали в Северную Столицу…

Сначала это не было слишком уж большой проблемой, но потом вода дошла до Старого Города, и стало ясно, что новая плотина Губернатора не способна её сдержать… Тогда началась паника: люди стали бежать из затапливаемых районов, а их прогоняли всё дальше и дальше, пока они наконец не попадали в Северную Столицу… Но для них там уже не было ни жилья, ни работы.

На улицах появились тысячи бродяг, уровень преступности рос вместе с ростом числа беженцев из районов, на которые надвигалась вода. Все хотели жить как можно дальше от затопления, а дальше всех была Столица…

Тогда Губернатор принял самое непростое решение в своей карьере: он приказал разобрать плотину и перенести её на границу между Старым Городом и Северной Столицей, превратив в оградительную стену, призванную остановить поток беженцев.

Воздвигнув стену, он назначил Губернатора в Старом Городе и предоставил ему самостоятельно разбираться с проблемами вверенной ему территории.