Цузамэн

После окончания начальной школы переезд к родителям в Республику Коми оказался сильным ударом. После школы она слушала пластинки “Крибле-Крабле-Бумс”, а транзистор вдруг поймал радио-волну. Это был испуг! На Севере было всё намного суровей, холодней и жёстче по сравнению с жизненным укладом в Украине. Однако она как-то притёрлась, свыклась, и рутина средней школы брала своё. Из этой серости Елена вынесла в новое время только один афоризм Чернышевского: “Великий, могучий и богатый русский язык”; так критически отзывался критик о языковом наследии. И она ощущала его гибкость и лингвистические способности.

Появились новые подружки, а сердце рвалось обратно, туда, в Донбасские степи, где начиналось безмятежное детство, наполненное радостью, любовью и бесконечными играми во дворах до позднего вечера под высочайшими звёздочками.

Изгиб гитары жёлтой ты обнимаешь нежно,

Струна осколком эха пронзит тугую высь.

Качнётся купол неба, большой и звёздно-снежный,

Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!²

Как же это прекрасно, когда есть прошлое и счастливые воспоминания!

И как бы не гадили в две тысячи десятых,

Счастливое детство восьмидесятых,

Испортить сейчас не могли ей никак!

* * *

Полетели в Донецк, к трубочистам³? На что глава международного отдела ответил тогда в две тысячи седьмом: “Если они хотят увидеть меня один раз, пусть подают частый самолёт, и я приеду”.

Так, толпа из трёх бульдог-брекет⁴ банков добиралась кто на чём – кто на чартерах, кто бизнес-классом, а кто своим ходом на перекладных. Приземлившись, коллеги по цеху, ожидавшие не прибывший за ними кортеж, рассыпались по взлётному полю и спрятались за корпоративные блэкберри.

Елена в тот момент ничего интересного в нём для себя не нашла и с любопытством представляла предстоящую презентацию клиента.

“Они чумазые” – подумала она.

К вечеру, наконец, переговорную заняли всю хороводом. От клиента в таких случаях присутствовали только два персонажа – генеральный директор и представитель акционера. Последний был всегда в одном из двух амплуа – или как бывший работник КГБ, или немного бандитского прикида. На этом представлении явно использовали бандитский образ. Собственника, которого интересовало в основном только изобразительное искусство, не было.

Молодой Банкирше достался стул краю – также, как и папуле на свадьбе племянника, несмотря на самый большой денежный взнос в капитал молодожёнов.

“Не обращай внимания! – кричала она мысленно. – Мне в собственной семье вообще места не досталось, поэтому пришлось держаться в лагере невесты как двойному агенту”.

– Я хочу узнать поподробней о ваших составах! – рассмотрев банкирские фотографии, начал спич генеральный директор. – Почему вы, например, включили в свою команду Елену Маслову? Расскажите мне о ней. Какими такими особенными качествами она обладает?

“Ну почему опять я”? – подумала она. – “Мой стул сейчас с краю. А вокруг за столом ещё двадцать человек сидят. И даже есть девушки, из Гонга!”

* * *

По возвращении в Лондон проходил приём в Посольстве Республики Беларусь. Говорили о перспективах страны и гарантиях для инвесторов. Королёв тоже там присутствовал и был замечен в компании с Юлией Б., которая стояла рядом с ним на очень близкой дистанции, превышающей все лимиты банковских отношений и независимых директоров. До этого он очень старался, репетируя на подиуме доклад о достигнутых успехах и дальнейших инвестиционно-строительных планах компании.

После представления Виктор заметил Елену и, в присущей ему манере, сразу же завалил бандитскими вопросами.

– Ленка, привет! – выкрикивал он как Чапаев без лошади. – Почему одна?! Где Сашка? Чем он сейчас занимается? Я правильно понимаю, что ничем?!

Почти уже прижавшаяся к нему в тот момент Юлия была крайне удивлена Витьиной фамильярности. А Елена предпочла исчезнуть в толпе, дабы никого не разочаровывать.

* * *

– Элена, ты пропускаешь половину происходящего, – заявлял управляющий директор. – Тебе надо поехать в московский офис Бульдог-Банка, чтобы больше успевать!

– А что мне собственно предлагается?! – поинтересовалась она.

– Тебе, собственно, ничего не предлагается, – пояснил он. – No bells & whistles⁵. Просто так ты будешь в самом эпицентре событий!

Она проходила это ещё в две тысячи шестом. Когда после двухлетних перелётов между Москвой и Лондоном (потому что непонятно было, где жить и работать), она была готова вернуться обратно в Россию, её бывшая начальница в московском Гонге сразу отбила все её желания:

– Возвращайся на ту же должность, с которой уезжала. Продвижение по службе в общем порядке с Нового года.

– А сколько у вас в отделе сотрудников, прошедших практику за рубежом?!

Кроме меня, никого, а иностранным партнёрам всё равно, потому что здесь растущий рынок!

“Конечно, у вас здесь растущий рынок, потому что уровень потребления ещё не достиг западного. Там уже больше не лезет”, – подумала Елена и решила искать альтернативные возможности. – “Я пять лет всё только выбрасываю”.

* * *

Перед выходом на IPO⁶ казахстанских рудников финансовый директор крыл матом всю бухгалтерию. Они работали над длинным отчётом в богом забытом месте, а ей хотелось услышать в тех прериях концерт струнных инструментов. Саша прилетал к ней, ведя себя крайне эксцентрично. С утра у неё открывалось сладострастие, но он неохотно катался по ней, уговоры подействовали.

* * *

– А Таранов приедет, а Таранов приедет? – шушукались между собой лондонские банкиры.