Цветы ненастья

Насыщенный ароматами воздух невесомо окутывал опьяняющей поволокой, вязкими теплыми волнами проникал внутрь и слегка кружил голову. Заливистое пение птиц, далеко разносящийся перестук дятла, разлетающийся эхом одинокий голос кукушки, непрерывное гудение насекомых и легкое порхание пестрых пятнистых бабочек, создавало незабываемую сказочную атмосферу.

Сами не заметили, как вышли на широкую поляну. В центре находился большой бревенчатый сруб с миниатюрной башенкой наверху. Вокруг расположились всякие хозяйственные постройки, обнесенные невысоким забором. Чуть поодаль стояла часовенка, а на другой стороне поляны расположился длинный обеденный стол под навесом из хвойных лап.

Несколько десятков разнообразно одетых людей раскинулись в палатках возле лесной опушки. Они сидели и лежали на траве, жгли костры, готовили пищу. Некоторые молились возле часовни.

Среди пилигримов виднелись черными рясами монахи, внимательно слушая и ласково беседуя со страждущими. Вдалеке на разнотравье паслись распряженные лошади. Телеги с высоко поднятыми оглоблями стояли рядом. На них приезжали целыми семьями и привозили провизию для молящейся братии. Вокруг ярко светило солнце, звонко щебетали певчие птицы, множество пушистых белок и серых зайцев-русаков, никого не пугаясь, сновали между людьми, выпрашивая чего-нибудь вкусного.

Атмосфера была настолько доброй, живой, располагающей, на лицах светилось такое выражение радости и счастья, что казалось, в этом месте нет ни зла, ни страданий. Приветливые, одухотворенные взгляды, чистые непорочные мысли, глаза, в которых горела жизнь – все в этом месте было особенным. Даже дети здесь никогда не плакали, больные забывали о своих немощах, а великие грешники в блаженном упоении ощущали глубину искреннего покаяния.

Недалеко в лесу, прямо из-под земли, бил прозрачный холодный ключ. Превращался в журчащий хрустальный родник, потом в серебристый ручеек, бурливо несущий свои целебные очищающие воды далеко на север.

Дима и девушки приветливо поздоровались, присели возле одного из жарко пылающих костров, и стали с интересом слушать благочестивую духовную беседу.

– А он и не лечит никого, - рассказывал худощавый бородатый мужичок. – Посмотрит в глаза, прикоснется… Сами, говорит, в силах от своей хвори избавиться! Верой и молитвой! Кому-то пост рекомендует. А не будете верить, говорит, никакие лекарства и врачи не помогут!

– Да, да… - соглашалась благообразная старушка. – Сначала душа болеть начинает, а тело уж после. Раз болеешь – значит, неправильно живешь! Или обременяешь душу-то. Грехами!

– А я вот, бабушка, не пойму, грех – это что? – молодая женщина в цветастом сарафане с надеждой смотрела на знающую старушку.

– И-и, милая! Грех, он ить как дурман какой, как сладкий морок. Подкрадется незаметно, опьянит голову, обольстит мозг, тело истомой покроет, душу смутит, и не заметишь! Ну, а потом поздно уже… Согрешила.

– Так как же бороться–то с ним? Как не делать греха?

– В мысли его допускать нельзя! Гнать надо! Не будет у тебя помыслов греховных – не будет и греха!

– Ну, скажешь тоже, - мужичок недоверчиво глядел на бабку. – Вообще ни о чем не думать что ли?

– Не думать! О греховном не думать! – бабуля совсем даже не смутилась. Смотрела умными глазами. – Вот с мыслей все и начинается. Разовьешь ее в себе – сам не заметишь, а уже искусился. Оттого и скорби великие бывают. Захочет человек невозможного, недоступного – страдает. Недоволен чем-то, или кем-то, вовремя мысль свою не остановил – мается, мучается, до ненависти доходит.

Или бывает – так чужого возжелает, имущество, аль жену чью-то… Все, сам себя в искушение ввел!

– А как же бесы, бабушка? Ведь это они людей обольщают? – женщина смотрела с напряженным интересом.

– Никто тебя, золотко, не обольстит без твоего желания! Ну, а коль захотела – они уже тут как тут! Одного бесенка к себе подпустила – а их уже сотни вокруг тебя. Всюду проникают! И в уши шепчут, сердце зажигают, видения производят. Тело расслабляют, прелесть внушают, разум затуманивают. А главное, остановиться, в чувствах разобраться не дают. Только от одного отобьешься, другие на подхвате! И терзают, мучают, изгаляются… Человек иной раз, и не понимает, думает – это вокруг него все враги. А они внутри сидят! Одни рожки торчат!

– А бороться-то с ними как? – мужичок смотрел с сомнением. – Нет против них силы! Только Божья воля!

– Воля Божья? Без воли человеческой и Божьей воли не будет! Зачем Господь тебе помогать будет, если ты сам этого не хочешь?

– Ну а как же, бабушка? Если бесы даже подумать ни о чем не дают? – женщина умоляюще смотрела на опытную старушку, видимо, ее очень волновал этот важный вопрос.

– А ты, милая, повода-то им не давай, они и уйдут! А кормятся они мыслями нашими искаженными, да эмоциями неуправляемыми, да страстями распаляющими. Да страхом перед силой бесовской! Да неверием в себя, в свои возможности, в помощь Бога Живого! Леностью и расслабленностью, равнодушием к себе человека, упивается рать нечистая! Обман, суеверия, предрассудки, чудеса насылают, делают все, чтобы от истинной веры отвратить. Веры в Господа нашего, Иисуса Христа, веры в себя, как в Творение Божие, веры в заповеди, в Евангелие, в Святых Отцов! Превращают людей в рабов, слуг своих, по их же собственному желанию используя в бесовских игрищах. И в итоге, растлив и развратив совершенно, уносят в адские обители!

– А Феодосий? Он ведь бесов победил?

– Победил, голубушка… Воздержанием и молитвой! Верой непреклонной! Другого пути и нет! А главное – мысли свои очистить, помыслы, желания отогнать. Тогда и прельщаться не будешь! И молитва глубокая, и помощь Божья, и подвиг телесный – все во благо, все для тебя сиять будет! И душа расправится, развернется, возрадуется. И жизнь твоя светом озарится, скорби уйдут, страдания сгинут, покой воцарится…

– Все правильно сказала, матушка! И про пост, и про молитву… А вот про любовь умолчала! – невысокий седой старик добрыми улыбающимися глазами обвел сидящих у костра.
– А ведь это и есть воля Божья! Самая великая Благодать, данная нам…

– Дедушка! – воскликнула Аня. Вскочила на ноги, прижалась к плечу. – Здравствуйте!

– Здравствуй, ангел мой ясноглазый! Знал, что увижу тебя!

Люди торопливо вставали, подходили к старцу, благоговейно прикладывались к теплой руке.

– Сидите, сидите… Беседуйте. – Феодосий ласково и одобрительно смотрел на них. Присел возле Ольги, и продолжил разговор:

– Истинны слова твои, матушка! Но идти на брань великую, на подвиг праведный, настойчиво побуждать себя к борьбе с собственными страстями, слабостями, недостатками греховными – не каждому сразу такое удается. Скорее, отчаивается человек, видя немощь свою, невозможность одним лишь желанием, волей, победить личное бессилие. Лишь со временем, не отступая, твердо веруя в свой путь, научается он и мысли удерживать и с бесовскими наваждениями совладать. Но терниста и опасна сия дорога, круты и непредсказуемы повороты, узка и прихотлива колея. Без помощи Божественной, без любви близких, без живой молитвы – не одолеет человек силы бесовской!

– Или, вот, молодые искушаются… - он посмотрел на Ольгу. Перевел взгляд на Диму и остановил на Анне. – Что знают они о Божественном Откровении? Как им научиться со страстями своими бороться, путь свой искать, душу в верности и чистоте хранить? Как не оступиться среди грязи, разгула, общего безверия? Как не пасть помыслами, удержаться в благочестии, не искуситься, не прельститься красочными химерами? Как цветы в ненастье живут они, страдают, горят, терзаются…

И стоят перед испытаниями совершенно безоружные, растерянные, беспомощные. Только Любовью спасаются. Любовью Божией… А она-то, в разной ипостаси себя проявляет. Может быть, это истовая молитва близких, или искреннее сочувствие и помощь родственников и друзей. А может исповедь, причастие церковное, вкушение святых даров – тела и крови Христовой.