D/Sсонанс

Нет, епт твою мать. Это была ты! Понравилось?! Запомнила?! Last dance of Mary Jane. Или, что вероятнее, Crazy. Потому что это последняя выходка.

Полотенце влажное. Ни черта не согревает. И тоже работает против меня. Дает чувство мнимой защищенности, которое, сука, активизирует мой спасательный ступор, точнее, сносит его нахрен.

На полу красные пятна. Немного. Целых три. Маленькие. Как дождевые капли красного цвета. Чувствую, что просто леденею от созерцания самого явного доказательства своего безумия. В тупой надежде провожу руками по телу... Нет. Пожалуйста, нет. Боже, пусть я найду на своем теле шрамы от его плеток. Пусть это будет моя кровь. Пожалуйста!

Нет. На мне ни царапины. Даже запястья отошли уже. Приказа верить в чудеса - не поступало...

Хотела ли я его смерти в тот самый момент?

Я не помню.

Я хотела только одного. Чтобы он перестал ко мне прикасаться. Чтобы он заткнулся и не смел называть меня "рабыней". Я, вашу мать, хотела не так уж и много!

Утром я была почти надломлена. Он не врал. Скованные руки оставляют свой отпечаток на теле сознания. Утром у меня было полчаса ценного времени, чтобы об этом подумать. Нахрен. Он больной. Его заклинило. Что мне стоит подыграть? Выпустить на волю исконное женское оружие, соблазн? В школе нам на внеклассных читали лекции про маньяков. Самым ценным мне тогда показался лишь один совет... Начать приставать в ответ к нему самой. Это обломает ему кайф, он испугается и убежит, не получив твоего страха... И я пыталась. Но лишь стоило ему появиться в дверях...

Это похоже на падение с километровой высоты, когда крылья твоей уверенной планиды раскалываются на осколки, словно под влиянием жидкого азота. Когда вся твоя гребаная уверенность просто прекращает свое существование.

Я долго шерстила интернет, в попытке достучаться до сути такого вот мужского сдвига. Сотни электронных страниц пытались меня убедить, что это не сдвиг, а игры избранных для обоюдного удовольствия. Тысячи роликов ничего, кроме желания промыть глаза святой водой, больше не вызвали. То ли дело постановочные фото...

Я тогда задалась вопросом. Почему на подобных фотографиях мужчина всегда в костюме, при галстуке и в крутой обуви, словно он только что сбежал с инаугурации президента или с кастинга на роль Джеймса Бонда, а девушка, в лучшем случае, в чулках и красивом белье. В лучшем. Так, преимущественно, кроме цепей и веревок на ней больше ничего не увидеть. Тогда самый простой ответ показался самым логичным. На красивую раздетую девушку всегда приятней смотреть. Основная аудитория сайтов - мужчины. Дамам же особо много голого мужского тела не надо, если оно не супер - совершенное конечно. Им дороже некий возвышенный образ галантного парня, а что, кроме костюма, сможет так подчеркнуть этот статус? Я ошибалась в своих выводах. Суть костюма я поняла только сегодня утром.

Пробуждение вообще было кошмаром. С тех пор, как я здесь, я по-иному и не просыпаюсь. Эти гребаные наручники... Защемление плечевого нерва... Какой в них смысл? Куда мне отсюда бежать? Глухой металлопластик окон с функцией микропроветривания. Первый этаж, ажурные решетки закрывают эти стекла. С ними ничего не сделать. И далеко я доберусь в одной простыне... в лучшем случае? Тогда это была ярость в чистом виде. Когда я их дергала и стирала запястья. Никакой логики. Но совесть должна была просто сказать - я хотя бы попыталась...

Через десять минут этих усилий я прекратила идиотскую акцию протеста. Теперь на запястьях будут следы. Отлично... Утро доброе в окошко, вашу мать. Думай, Юлька, думай! Женские чары у тебя никто не отобрал. Постарайся не блевануть, называя его котиком, и все... Соври, что тебе понравилось во второй день исключительно все...

Или не соври. Самой себе, хотя бы... Нет, во. Эти мысли надо точно гнать. Думай. Перевоплощайся. Все сейчас только в твоих руках. Не прилетит волшебник в голубом вертолете со спецназом из 33 богатырей спасать тебя. Не испепелит Зевс этого неадеквата молнией. Сама, Юля, сама.

К его приходу я была почти готова. Голливудская улыбка. Черти в глазах плясали самбу. Гордо встретила его взгляд, и...

Автоматная очередь косит стадо чертей. Улыбку гасит арктический холод. Сердце обрывается, падает вниз. Туда, где теперь волей сильнейшего твое истинное место.

Когда ты раздета, прикована и лишена свободы, твоя гордость уходит в долину забвения. Когда ты не можешь даже прикрыть себя руками, а этот взгляд Хозяина прожигает твою кровь холодным лазером, видит тебя насквозь. Все твои игры. Твои мысли. Твой страх...

Он одет. Свободен в своих передвижениях и принятии решения. Не имеет значения, что вместо костюма - светлые джинсы с надрезами, а торс обнажен. Уже наличием минимума одежды он на сотни ступеней выше тебя. Осознаю всю суть постановочных фотографий... Уязвимость и беззащитность от такого положения вещей ломает посильнее боли. Когда все призвано напомнить тебе об уязвимом положении, перестаешь быть собой. Только от его воли зависит, позволит ли он тебе тупо уединиться в санузле, или будет дальше демонстрировать вопиющее неравенство. Обнажено не только тело. Душа твоя обнажена до каждого скрытого нерва. Никогда тебе в таком положении не переиграть его.

Лицевые мышцы не могут, просто не желают воспроизвести улыбку. Язык не поворачивается произнести хоть что-то. Он тоже молчит. И стены моего последнего бастиона сотрясаются под звенящей тишиной этого молчания. Даже когда он начинает говорить, я мало что соображаю. И мне даже становится легче, когда он запрокидывает мне голову, затылок полыхает уже привычной болью от стальной хватки. Это отрезвляет. Теперь все, как должно быть. К этому я привыкла...

Душ. 10 минут, так ничтожно мало. Я привыкла проводить там по меньшей мере полчаса. Это еще одна демонстрация его власти. Почему он не может оставить меня в покое?! Слезы сжимают горло, чтобы не разреветься, оголтело тру кожу мочалкой. До тех пор, пока не начинает полыхать. Ее едва гасят ледяные струи контрастного душа. Удается отвлечься. Совсем ненадолго...

"...Я не помню имени этого чувака. Помню только, что его чарам поддалась даже моя подруга Лена. Первый мачо Золотого Пляжа в моей родной Феодосии. Я загораю топлес, а он просто не может пройти мимо. Теряет телефон в попытке снять на камеру соблазнительное зрелище - мою грудь, прикрытую лишь двумя круглыми камешками, чтобы не пострадали соски. Всего-то - взмах руки, и модный гаджет, шипя, заливает кола-лайт.

– Нарвешься ты когда-нибудь, секси, - беззлобно изрекает он. Ленка смотрит с осуждением. А мне весело. Очередной пикапер -пошел нахер. Такая вот моя поэзия без прикрас. Парень не уходит. Смотрит на меня с какой-то грустью. Ей-богу, сейчас разревусь от смеха.

– Аргументируй!

– Маленькая ты еще. Что будет, когда кому-то не понравится твое поведение? Не каждый будет умиляться с подобных выходок. Я даже не пойму, секси - или же я от тебя тащусь, или просто боюсь за тебя в недалеком будущем..."

Кто ты был, твою мать? Оракул? Мудрый друид? Реинкарнация Нострадамуса?!...

Холодная вода успокаивает жар растертой кожи. Я не хочу выходить. Пожалуйста. Пусть все закончится прямо сейчас. Произойдет что-то плохое, я это чувствую. Какой у меня выбор, если он не понимает по-хорошему?