Дебютант

– А это – Питер Бридж, твой соотечественник, между прочим. Славный малый, давно уже с нами. Только бывает быстрым лишь в удачный день, сможет взять титул, если повезет с машиной.

Генри потихоньку сдвигался в сторону Сандры, рассчитывая перебить убойную смесь запахов Адама душистым ароматом духов. Прелестная жена директора невозмутимо стояла вместе около края трассы, напряженно сжимая в руке секундомер – она выполняла обязанности хронометриста. Надо отметить, очень важная и ответственная задача – как иначе узнать результаты своего гонщика, не бегать же поминутно к судьям, а точно засечь время летящего болида еще надо умудриться, не так-то это и легко, как кажется на первый взгляд.

– Смотри-смотри, – Адам пихнул Генри в бок локтем, – Сэм Мерфи – действующий чемпион, молодой парень, тридцати нет, но невероятно быстрый, изумительное чувство скорости, никогда лично такого не видел. И машина, новый Крокус. Настоящая красавица. Нам бы такую. Всех бы разгромили!

Адам восхищенно поцокал языком вслед темно-зеленому автомобилю. На удивление, в Европе (пусть первенство и мировое, но команды базируются именно в Старом Свете, где проходит большинство этапов) гонялись на достаточно слабосильных машинах. Оказывается, в первом году нового десятилетия автоспортивные чиновники, обеспокоенные ростом скоростей и многочисленными смертельными авариями, приняли решение придушить мощность мотора с двух с половиной до полутора литров.

Вытянутые в длину небольшие приземистые автомобили напоминали силуэтом сигару. В отличие от Америки, движок непривычно располагался сзади. Забавные, конечно, эти европейцы – называют себя колыбелью автоспорта, а гоняются на таких крохотульках. Но, надо признать, требовалась нешуточная отвага, чтобы на высокой скорости проходить хитроумные повороты в этом хлипком железном ящике, наполненном бензином.

Адам обеспокоенно заерзал – приближался единственный гонщик Бейкер Рэйсинг. Гоночная команда Эдварда оказалась совсем мизерной, и предпочитала не строить гоночное шасси, а приобретать поддержанный вариант у конкурентов, устанавливать на него купленный на стороне мотор, и доводить получившуюся конструкцию до ума уже своими силами. Что ж, и в Америке так поступали многие – зачастую, действительно, и проще, и дешевле пользоваться уже проверенными решениями, чем пытаться что-то изобрести самому.

Первое время, когда новоиспеченный коллектив Генри собирался домой за океан, он отчаянно трусил, ему чудилось, то его вот-вот отыщут гангстеры Мануэля, то полиция обнаружила секретный бензобак и напала на след. С содроганием вспоминал эти часы липкого ужаса. Меж тем перед спутниками приходилось делать беззаботный вид, трещать без умолку, как он мечтал увидеть Европу (ни разу в жизни), почувствовать дыхание старинных гоночных традиций (знать бы еще каких), и ощутить неповторимую ауру памятников (что-то смутное вертелось в памяти со школы).

Впервые он хоть немного расслабился в салоне самолета. Если за ним никто не следил, то Мануэль даже при всем желании не узнает, что он покинул штаты. Ежедневно десятки самолетов с разных аэродромов поднимаются в небо – где взять единый список всех улетевших?

А по прилету в Англию выяснилось – не время предаваться меланхолии. Из аэропорта они сразу же понеслись на базу команды. За громким названием, правда, скрывалась пара гаражей в британском захолустье, но главное – подготовка к старту сезона уже шла полным ходом. А там не за горами первые тестовые заезды. Потом Бейкеру позарез приспичило поучаствовать в незачетной гонке, оттуда они снова помчались на базу, а там уже пора грузиться в трейлеры и отправляться на континент, в Голландию на первый этап первенства.

За свою жизнь Генри уже примерял роль как гонщика (весьма безуспешно), так и механика (еще хуже), но вот механиком у гонщика бывать не приходилось. Против ожиданий, он с интересом погрузился в новую работу и поневоле заразился неиссякаемым энтузиазмом Эдварда: шеф приговаривал, что победы достигаются не числом, а умением, вовсю сыпал историческими примерами и прочей чепухой.

Для участия в первенстве Эдвард прикупил шасси небольшой английской гоночной фирмы Томсон. Пускай не новое, зато надежное и простое в обращении, к тому же оно себя отлично зарекомендовало, ведь одноименная команда когда-то заняла на таком первое место в общем зачете. Еще лучше обстояли дела с мотором: Эдвард достиг договоренности с Эскорт – блестящими чемпионами уже прошлого года, и договорился о поставке одной из последних модификаций двигателя. Победную комбинацию дополнял Жорж: он умудрился финишировать в первой тройке на том самом незачетном этапе, после чего даже его физиономия перестала напоминать лицо человека, постоянно закусывающего лимонами.

В Голландию каждый член крошечного коллектива приехал полный надежд на отличный результат, все шло просто замечательно, если бы не одно но…

– Минута тридцать восемь секунд, ровно, – невеселым голосом констатировала Сандра.

А лучшее время дня на целых семь секунд больше, при дистанции круга в четыре с чем-то там километра. А первый день тренировок на автодроме подходит к завершению. А как не старается Жорж, выйти из «тридцати восьми» никак не выходит. А из двадцати гонщиков он один из самых медленных. В общем, кто еще не понял – ведро холодной воды, оглушительный провал, крах надежд и прочее, добавьте сами.

Когда Жорж подрулил к их гаражу, одному из самых дальних в ряду соседей, его высыпала встречать вся пестрая команда энтузиастов. Тут и Эдвард, в кои-то веки с поникшими уголками рта, и Сандра с бесстрастным графиком прохождения кругов, и Адам, с неизменной вонючей сигаретой, и тянущийся по струнке второй механик Рой – он долгое время работал на военном аэродроме. Ну, и Генри в арьергарде. Не хватало только Тедди – водителя трейлера и такелажника по совместительству, но он, должно быть, беззаботно отсыпался в кабине после изнурительного путешествия через пол континента.

По кислым лицам соратников Жорж осознал – чуда не случилось, за эту серию кругов он не полетел точно птица. Разве только пингвин.

– Кажется, на прямой двигатель не может раскрутиться по максимуму, – раздраженно бросил единственный гонщик команды.

– Так кажется или нет? – перекинул сигарету в угол рта Адам. – Кто за рулем?

– Число оборотов каждый раз на пределе, но скорости не хватает, – огрызнулся Жорж.

– Если двигатель работает не в нужном диапазоне, напрасно только подгружается коробка передач. Пойдем, посмотрим – у нас вся ночь вперед, – вздохнул Адам.

– Друзья, небольшой перерыв и в бой. Работы хватает, – не весело подытожил мистер Бейкер.

Генри даже стало жалко старину Эдварда, до того он сейчас напоминал ребенка, который увидел в долгожданном подарочном носке на камине лишь дырку. Что-то не так, парни, с Вашей машиной. С такими успехами скоро можно вылететь в трубу. Как бы они не пришли к логичному выводу – а зачем кормить, в общем, не такого и нужного, случайно затесавшегося механика? Что за доля такая у Генри? Видимо есть люди, кому на роду написано стать удачливыми, а кому только успевать уворачиваться от шлепков судьбы.

За неимением других идей Генри отправился набить желудок – потом придется часами возиться, перебирая несчастный автомобиль в поисках рецепта скорости. Может быть, Бейкеру стоило просто-напросто взять что-то поновее и не мучиться понапрасну?

В маленьком импровизированном кафе на открытом воздухе все столики оказались заняты. Генри огляделся: несколько чумазых и горланящих компаний – разумеется, механики, юркие господа в шляпах – несомненные журналисты, группа помятых непрезентабельных людей – служащие. В итоге Генри остановил выбор на молодом мужчине, одетом в гоночный комбинезон, что разместился за столом в одиночку. Наверное, не погонит с треском. Тем более, в кармане торчит свернутый трубочкой толстый журнал – раз любит читать даже в дни гонки, наверняка, человек культурный и вежливый.